Терапевт

Медицинская карта не содержит моего личного мнения о пациентах. В ней высказывается мое профессиональное суждение.

Ни при каких обстоятельствах нельзя хранить в спальне револьвер для обороны. Револьверы – вещь опаснейшая, подстре́лите себя или убьете кого-нибудь…

Потенциально жизнь зачинается в день, когда женщина прижмется к мужчине и шепнет ему на ухо: «Давай попробуем?»

Мрачно, не без того, но при этом, Сара, я считаю, что, глядя на мир из мрака, можно многое узнать. Вот что главное. Надо только потом выбраться из этого мрака, не оставаться там.

Если поведение пациента вызывает в тебе злость, жалость или отчаяние, то это показывает, что происходит в душе этого человека и что чувствуют его или ее близкие.

Одиночество отталкивает.

Если вы не можете с определенностью доказать, что знание фамилии позволит вам предотвратить действия с тяжкими последствиями, то я обязана соблюдать врачебную тайну.

Лучший из моих университетских преподавателей терапии говорил: самое важное, что нужно сделать для страдающих неврозом пациентов, – помочь им увидеть мир таким, какой он есть.

Нельзя забывать, что все приходящие мне сейчас в голову кризисные мысли являются именно таковыми: кризисными. Они не превращаются в истину оттого, что пугают меня.

Полная откровенность – вещь относительная. Ведь разве можно, собственно говоря, полностью довериться человеку, если знаешь, что это не навсегда?

С полицией нужно стоять на своем. Они свое дело знают, но им, как и всем, не хватает ресурсов, так что не повредит показать им, что тебя так просто не отфутболишь.

Большинству моих пациентов она дала бы совет взять себя в руки, прекратить искать во всем тайный смысл, наладить сон и питание, уделять больше внимания учебе, навести порядок в своей комнате – и всё образуется.

Да, в этом не так просто разобраться, но в любом случае, когда речь идет о взрослом человеке и ничего чрезвычайного не произошло, мы ничего не предпринимаем, пока не пройдет двадцать четыре часа.

В огромном большинстве случаев пропавшие отыскиваются в течение нескольких часов. Как правило, оказывается, что люди не поняли друг друга, договариваясь, или в памяти у них что-то неверно отложилось…

Во всех учебниках написано, что у приходящих на терапию пациентов всегда имеется мотивация; на худой конец они не уверены в том, чего хотят. Гуру психологии твердят: зацепись за то, что есть.

Мне не нужны доверенные друзья. Мне нужна только любовь.

Многие из обращающихся ко мне девочек рассказывают о борьбе за существование на школьном дворе, о важности уметь безжалостно, расталкивая всех когтями и локтями, пробиваться поближе к лидерам: съесть или быть съеденной – другого не дано.

Я считаю, что у любого человека есть потребность иметь в своем окружении кого-то, кому можно довериться.

— А больше вы ничего не хотите мне рассказать, Сара? Про какое-нибудь еще оружие? Охотничьи ружья там или огнеметы? Старинные, изящно украшенные орудия пыток?

Возможно, эта способность увидеть кофейную лужицу под чашкой, крошки под тостером, капли воды на поверхности стола обусловлена биологическими различиями между мужчиной и женщиной