Belle du Seigneur

О вот еще одна книга которая войдет в список лучшего пусть не отпугнет вас ни объем романа ни потоки сознания ни огромные предложения с отсутствием знаков препинания это было ярко неожиданно огромный книжный сюрприз насыщенный разнообразием и смешением жанров тем стилей незабываемые впечатления от иронии сарказма писательской издевки над человеческой глупостью точно воссозданная атмосфера ожидания гостя когда и тебя уже охватывает лихорадка и зуд способность автора показать внутреннее состояние женщины ее переживания в том числе и через сомнения и бесконечное обсуждение и исправление то возвращаясь к первоначальному замыслу то вновь отвергая его и ах как понятно вот это погибла она погибла ей нечего надеть а еще ее телеграмма и другое метко подмеченное великое количество мелочей из чего и складывается образ каждого героя и совершенство романа в целом это огромное исследование того что называется любовью от страстного начала до неизбежного конца когда жизнь принесена в жертву любви любовь одна только любовь облагороженная не отягощенная бытом и повседневностью любовь выхолощенная от любого эстетического несовершенства похожая на игру а от игры рано или поздно устаешь как приходит пресыщение после изысканной пищи и в какой-то момент хочется черного хлеба с салом это любовь где влюбленные обречены быть исключительными и возвышенными где запрещено все низменное и оскорбляющее любовь где любовь превращается в благородное болото в тоскливый ритуал где красотой прикрывается отсутствие жизни лживость и бесполезность великой страсти и хочется вырваться из этого карцера великой любви сожалею ох что не могу выразить в полной мере собственное восхищение восторг и экстаз я готова петь гимны во славу романа мои почтительнейшие заверения господину Коэну я не перестаю благодарить ЭТОТ сайт за знакомство с ТАКИМИ книгами и ТАКИМИ авторами несомненно одна из лучших книг прочитанных мною.

• адекватные персонажи - 0;
• новые идеи - 0;
• неизбитый сюжет - 0;
• еврейский вопрос (по сути) - 0;
• любовь - 0.

  Дальше...

  Большую часть чтения я пребывала в двух состояниях:

  и

  Аннотация обещает нам невероятное приключение, истинные чувства, открытие, прозрение, литературную фреску. Однако все на этой вечеринке уже давно знакомы, распивают любимые коктейли и распевают популярные куплетики.

Альбер(Абрам) Коэн написал свою книгу в 1968 году, когда ему было уже за 70... Из литературного наследия у нас только стихи, написанные в 20 с копейками и еще пара романов про того же Солаля, так что имеем трилогию, финалом которой является "Любовь властелина". С самого начала автор пишет яркую сцену, в которой объясняет, что будет дальше: Солаль приходит к дамочке, в которую влюбился, переодевшись старым беззубым евреем и признается ей в любви. Она его, естественно, отшивает, она же не дура, жена высокопоставленного чиновника, как-никак. И потом он предстает перед ней во всей красе молодости и мужественности и говорит, типа такой: "Я вас соблазню..." Ну что тут скажешь? Подтекст виден невооруженным глазом, старенький еврей, без шансов замутить с красивой молодой женщиной, делает это на страницах романа. Эээх, старость - не радость... Дедушка взялся писать смелый роман на пороге сексуальной революции, ну в принципе чего-то написал, почти заработал нобелевку, но не хватило чего-то. Вроде бы все есть: подробные портреты семейства Дэм, игры словами Мадам Дам Ариадна-Адриан, Пасадобль и другие не менее интересные игры в анаграммы, еврейский вопрос, европейский антисемитизм, усталость и пресыщенность, поток сознания в виде многостраничных безпрепинательных предложений, сексуальность на грани дозволенного, даже немного педофилии есть, скромненькой такой, если учесть что уже 13 лет, как была опубликована Набоковская Лолита. Чего-то не хватает... Наверно все-таки решающую роль играет то, что не верится в эту любовь. При этом часть романа, посвященная быту буржуа, вполне себе на уровне и как-то погружаешься в атмосферу. А вот в эту любовь не верю, ну какой еврей бросит должность замгенсекалигинаций ради женщины? Купите себе селедку и морочьте голову ей! Коэн благополучно отработал на высоких должностях и под старость решил воплотить свои похотливые фантазии в жизнь, но так как пыла уже нет, то и фантазии какие-то импотентные получились. Антифашистский момент, когда Солаль смотрит снизу вверх на марширующих молодчиков, слишком придуманный, и в него тоже не верится. Яркие портреты дядюшек Солаля расцвечивают картину, но как-то карикатурно выглядят. Не видно еврейского в самом Солале, а человек отвергнувший свою религию обречен, если не найдет новой опоры в жизни. Вот и Солаль не живет, а прожигает жизнь, не видит в ней смысла. А какой смысл, извините, в жизни для себя? Нет, батенька, это тупик... Как она его полюбила, это вообще за гранью, все его слова были напрасны, пока он не прочитал ей бессмертные стихи "Ехали медведи на велосипеде, а за ними кот задом-наперед"... А может это и сексуально "А слониха вся дрожа, так и села на ежа"... Бездуховность в духовности, эти все Бахи, Массне с их элегиями "закрутилось по пьяному делу, а теперь не отвяжешься". Две пустышки идут к закономерному финалу, который был обещан еще в начале. Все дело в оторванности Солаля от еврейской жизни, он не стал европейцем и перестал быть евреем, он не знает, как дальше жить, любовь, как смысл жизни, тоже не прокатила, дети могли дать что-то новое, но зацикленность на себе погружает их в черную дыру.
Не очень, по-моему, на троечку

О названии романа.
Любая книга начинается с заголовка. Это утверждение в моём случае верно как никогда. С детства путаю два слова "властелин" и "пластилин". Может быть, это связано с теленовостями о финансовых пирамидах МММ и "Властелины", тогда упорно превращавшихся в моём сознании в пластилиновые пирамидки. Даже в постскриптуме рецензии основного февральского задания "Долгой прогулки" я упомянула бонус, причём сначала написала "властилина" через "и". Повезло, что вовремя сокомандницы подметили ошибку, заодно я вспомнила этот случай из детства.

Дальше похожие на первую разрозненные мысли.

О пластилиновых героях.
Герои романа Коэна оправдывают путаницу слов в моём сознании. Безвольные пластилиновые человечки позволяют другим лепить из себя всё, что угодно; некоторые от этого даже удовольствие получают. Нам представят несколько пожилых супружеских пар, молодую семью и влюблённых вне брака. А где же любовь, премного прощающая и принимающая любимого таким, каков он есть?

О любви и 35-й главе романа.
Не удержусь от банальной песенки, иначе это буду не я:

Пункты инструкции по соблазнению из тридцать пятой главы романа в нашей командной беседе с Катей moorigan обсуждали два дня. Так долго потому, что сперва прочитала я, а Катя догнала меня на следующий день. Рекомендую прочитать эту инструкцию даже отдельно от романа, особенно девушкам.

А это не свойство любви? Не буду скрывать, уважаемый Альбер поймал меня, да, прямо сейчас и именно этими словами. Стараюсь сохранять радостные мгновения от встреч с людьми, даже если первое хорошее впечатление со временем замутнится.
Солаль Солаль 14-й, прикрывающийся бронёй мужественного внешнего облика и показной суровостью сильного "бабуина" или "гориллы", сам на себе проверил своё же изречение. Проверил коленопреклоненным пением протестантских радиогимнов в одиночестве гостиничного номера, проверил стоянием у парижских исписанных стен, проверил своей беспомощностью, несмотря на богатство, проверил немым мысленным криком - призывом к любви. Только за этот эпизод он вырос в моих глазах. Ещё чуть-чуть, и научился бы отдавать. Мне искренне непонятно, почему он также не развился и в отношении к Ариадне. Поняв о любви к своему изгнанному народу и всему остальному человечеству, не понял и не применил к отдельному и самому близкому человеку. Почему не изменил сложившуюся у них ситуацию? Думаю, он мог бы, если бы захотел. Ум и часть сбережений есть. Обо всём этом мы тоже рассуждали в командной беседе и сошлись на трудности развода в Швейцарии. Правда, смотря из 21 века на середину 1930-х годов, советовать легко. Это мы сейчас знаем, что героям лучше бы было не высовываться из Женевы и переждать, мягко говоря, неспокойное время в нейтральной стране. Они нашли другой выход...

**
О сравнениях с другими произведениями.
Авторы аннотации к роману хвастают тем, что "ни до, ни после Коэна о человеческих взаимоотношениях так не писал никто", и сравнивают "Любовь властелина" с "Песнью песней", "Тристаном и Изольдой", "Лолитой" и др. В самом романе часто упоминаются Пруст, "Анна Каренина", в юности Ариадна с сестрой любили читать "Жана-Кристофа", Адриан начитался "Камасутры" и пробовал применять полученные знания. Вообще, "Любовь властелина" - кладезь для заядлого и внимательного долгопрогульщика со стажем:

**
Сумбурное заключение.
Эх, снова многое из сюжета пересказала. Спойлерство непобедимо! После романа Коэна мне нужна передышка лёгкой книгой с по-настоящему счастливыми героями.
И последняя неразъяснённая короткая мысль. А был ли Серж? В дневниках Ариадна упоминала некоего С., но и Варвара была Сияновой. Выдумала ли она дирижёра-немца, а если выдумала, то зачем? Темна чужая страсть, и мне в ней не разобраться.А может и не надо, а то есть риск захлебнуться.
Теперь точно всё проспойлерила. Скоро весна, оживание природы и чувств. Желаю всем быть самими собой и не бояться показывать это своим любимым.
P.S. Козни ума продолжаются. Опять "властелина" несколько раз через "и" написала. Вперёд, самокорректура.
P.P.S.Куда же без двух постскриптумов? Как же хорошо, что приём потока сознания с написанием без знаков препинания используют только немногие авторы! Курсор программы для чтения, которой я пользуюсь, на главах с подобным стилем скакал, как кот по наклонному козырьку крыши перед падением, перескакивая и останавливаясь в любом месте книги. Особенно часто курсор любил перескочить на последнее предложение романа, и приходилось запоминать текст по ярким словам, чтобы продолжить чтение. Мы закалены "Долгой прогулкой", выдержим и не такое, а заодно разовьём внимательность.

Клоуди закрыла книгу, проговорив себе под нос:

• Твоя любимая тема, Эмили: любовь и суицид, несчастные отношения и страдания. Всё как тебе нравится.

• Да уж, если уж пошлѝть, то делать это в открытую, хотя бы дома, а не прикрывать это интеллигентными словечками и жеманным отношением к любимому. Понимаю Соля, понимаю его негодование, понимаю его злость на обращение к нему на "вы" после того, как были совершены "непристойности", как она говорила. Но, ёпрст, неужели нельзя было об этом сказать?

  Продолжение...

• Не сразу. Первое время, да, можно и поиграть во все эти "вы мой дорогой", "не хотите ли чаю", но если уже не интересно, если уже нет былой страсти? Это показывает, что началась взрослая жизнь, пора предоставлять себя семье, а бабам всё живость в отношениях подавай, да американские горки. Конечно, мужик тоже "молодец": "у неё забурчало в животе, фу, мерзость"; "у неё пахнет изо рта, фу, мерзость". Но это же естественное состояние человека. Никто же не идеален!

• Вот, вот в чём проблема людей: им хочется лучшего, но они не понимают, что они обитают уже в достаточно хороших условиях. Они бегут за роскошью, новыми отношениями, разнообразием на любовном фронте, другими впечатлениями, но надо ли им это? Если тебе позволяют средства, нужна ли тебе ламборджини, если есть мерседес? У тебя достаточные условия для счастья, так что же ещё хотеть?

• Солю нужна была искра, надо было разжечь гаснущие чувства, которые начали тонуть, гаснуть в каждодневном любовном ритуале. В конечном итоге, он начал чувствовать жалость и стыд, что не может любить дальше, не может с той же силой удовлетворить свою женщину. Вообще, вся прелесть любовника в том, что встречи с ним тайные, есть интрига, есть нотка опасности, когда всё переходит в серые будни, то красота любовной измены пропадает.

Роман «Любовь властелина» Альбера Коэна - яркая и пронзительная история поисков любви в гнетущих декорациях скорой катастрофы, ведь события этой книги происходят накануне эпохальных изменений, затронувших весь мир.
История носит скорее приватный характер – красавец-дипломат кружит голову замужней молодой женщине. Но читатель-то знает, что совсем скоро, всего через 3 года, Германия вторгнется на территорию Польши и начнется Вторая мировая война, жертвами которой станут около 54 миллионов человек. А пока – Женева, штаб-квартира Лиги Наций и… Ни слова о парламентских выборах в Германии, к которым был допущен единственный список кандидатов от Национал-социалистической немецкой рабочей партии, а деятельность других партий была признана незаконной. Ни шепотка в кулуарах, ни выражения озабоченности на официальном уровне, лишь меморандумы о Палестине, бедственном положении населения в Камеруне («что-то связанное с трипанозомиазом») и т.д., и т.п. Стало быть, нет никаких Гитлера и Муссолини, нет никаких причин переживать о том, что совсем скоро Европу поглотит пламя войны, ведь пока жизнь героев в Швейцарии сыта, беспечна и благополучна. И если вдруг где-нибудь в отеле две дамы шепчутся о дуче… Ну что взять с женских сплетен?
Она – наивный, капризный ребенок в теле молодой женщины, любит играть Шопена в своей комнате раздетой, презирает собственного мужа и его родню, забывая, как оказалась одна, без гроша в кармане, неспособная оплатить свой номер в отеле, и как спас ее Адриан Дэм, ее будущий муж. Красивая вилла, личная комната, служанка в доме, исполнение всех капризов, дорогие туалеты и прочие удобства, источник которых – жалование ее мужа и состояние семьи. Но, конечно, в данной ситуации Ариадна – жертва, ведь она из «тех самых» д’Облей, женевской протестантской аристократии, в то время как Дэмы – «эти жалкие буржуа». «Как это вульгарно!». И эта «жертва» всласть третирует мужа, используя в качестве оружия женскую слабость.
Он – дипломат, добившийся поста заместителя Главы Лиги Наций. Сколько сил и красноречия тратит Солаль на то, чтобы высказать Ариадне собственное отвращение к карьеризму, процветающему среди дипломатов. Однако забывает добавить, как приятно демонстрировать своим меркантильным родственникам собственную успешность в виде денежных знаков, заработанных на высоком посту. А еще он очень хочет, чтобы его любили за его прекрасную душу, категорически не приемлет неверных жен и… соблазняет замужнюю Ариадну…
И вот два идеалиста оказались в вихре эмоций, названными ими любовью. Каждый из них безжалостен и требователен к другому, но при этом удивительно снисходителен по отношению к себе. А любовь… Говорят, она слепа, позволяет закрыть глаза на недостатки объекта чувств...
Как эти две крайности могут сочетаться в одном? Интересно, какова она – «любовь», начинающаяся с тщательного и увлеченного поиска «соринки в глазу» предполагаемого возлюбленного?
Честно говоря, я считаю, что книга противопоказана романтическим натурам. Все равно что поймать прекрасную бабочку, оборвать ей чудесные узорчатые крылья, раздавить брюшко и демонстрировать всем ошметки внутренностей насекомого, приговаривая: «Вот ваша любовь! Вот! Красиво?». Любовь как чувство здесь препарируется с потрясающим хладнокровием, развенчивается, приравнивается к инстинктам дикого животного, к слабости, которой легко манипулировать, к покорному и обожающему взгляду собаки, обращенному на своего хозяина, своего властелина...
И все же...
Все же:

Ах, мой друг,
Весь наш брак – это трюк,
Мне жена – не жена,
Хоть мила и нежна.
И за ней
Должен я целый день
Безотрадно бродить, как тень!
Принимают нас так радушно
И завидуют все кругом,
Ну а мне от игры такой ужасно скучно,
И я шепчу тайком:

Любовь такая
Глупость большая,
Влюбленных всех лишает разума любовь,
Все это знают
И понимают,
Но все равно влюбляться будут вновь и вновь!
(«Сильва», оперетта И. Кальмана)

Жила-была любовь двух тел, двух душ, двух страстью переполненных сердец. Они бросались в омут с головой, дарили себе обрывки счастья и были готовы на любые безумства, чтобы хоть на миг продлить радость обладания друг другом. А потом вернулся муж из командировки… Наряду с анекдотами про Вовочку, Штирлица и маленького мальчика с пулеметом подобные сюжеты занимают достойное место в нашем народном фольклоре. Следует признать, что тема адюльтера представляет собой весьма благоприятный фундамент для создания, не побоюсь этого слова, культового романа. Супружеская измена порождает целую серию внутренних и внешних конфликтов, без которых любая книга рискует превратиться в пресный и унылый набор страниц. Что это за конфликты? Для начала очертим круг довольно узко, сфокусировавшись на внутренних разногласиях действующих лиц. Автор раскрывает переживания своих героев, не скупясь на пространные монологи «прямо из головы». Таким образом, обманутый муж пытается определить для себя, какое действие совершить в первую очередь: надеть как следует брюки или застрелиться. Его супруга, как истинная женщина, переживает от того, что ей нечего надеть, пытается всеми силами сохранить новизну чувств и даже изредка вспоминает своего раболепного простофилю Дэма. Непревзойденный герой-любовник Солаль страдает от того, что чужая жена показалась ему гораздо интереснее брошенки. Перейдем на уровень выше, к конфликту между героями. Любовные игры Ариадны и Солаля напоминают рецепт к лекарственному средству: принимать в определенное время и строго дозировано, чтобы не возникло привыкания. Любое отклонение от этого предписания приводит к тому, что целебный эффект любви улетучивается, как дым через форточку. Они терзают друг друга желанием нравиться и оттого выглядят неестественно, шаблонно и скучно. Следующий уровень – конфликт человека и общества. Здесь Коэн также не стал изобретать велосипед и пошел по верной дорожке, протоптанной, например, Львом Толстым вместе с «Анной Карениной» или Теодором Драйзером с «Сестрой Кэрри». Герой романа и любимец публики в один миг превращается в элегантные шорты изгоя, для которого двери в «приличное» общество плотно закрыты. Забавно наблюдать за тем, как добропорядочные граждане с рыльцем в пушку складывают губы куриной гузкой и осуждающе шепчутся по углам. Как правило, нарушители общественных устоев в один голос твердят, что мнение прогнившего окружения их не волнует, но на деле социальное животное под названием человек рано или поздно начинает страдать в компании лишь объекта своей любви. Еще один шаг вверх по конфликтной лестнице сталкивает читателя с религиозными и политическими перипетиями, имеющими большое влияние на поведение героев и создающими канву романа. Здесь можно долго и красиво рассуждать о противопоставлении католичества, протестантизма и иудаизма, вспомнить политическую обстановку того времени и грядущий мрак холокоста, задуматься о полнейшем бессилии Лиги Наций, вяло пропагандирующей мир во всем мире наподобие доброй половины участниц конкурса «Мисс Вселенная».

Скажите честно, легко ли воспринимать длинные пресные абзацы с якобы гениальными мыслями, которые не представляют для вас никакого интереса? Автор не особо задавался подобным вопросом, детально расписывая внутренние монологи своих героев. Читающий властелина может попасть в просак пытаясь добраться до конца главы в надежде сделать паузу временами ему придется довольствоваться концом невероятно длинного предложения написанного без единого знака препинания с другой стороны такой подачей автор добивается натурализма мысли текущей в чужой голове сплошным потоком и плюющей на грамматические нормы и законы здравого смысла. Всю остальную работу за автора и персонажей доделает читательский вуайеризм. Подглядим и додумаем сами, главное вовремя вывести нас из этого транса.

Что мы имеем в итоге? Пространное описание непонятно чего, в котором одна-две мысли повторяются, не получая особого развития. В данном случае просто необходимо пройтись по тексту бритвой Оккама, или лучше уже сразу по горлу. Во избежание недоразумений поясню, что это я о своем шедевре. И нет, не надейтесь, я этого делать не буду. Ни к чему резать лебединую шею из-за того, что слов слишком много. Лишними они все равно не окажутся и будут списаны на особенности стиля. Кто захочет, разберется и дочитает до финальной точки. Кстати, у Коэна не так уж плохо получалось использовать словоблудие себе во благо. Рискну сделать подобный вывод, опираясь на качество перевода, так как язык оригинала для меня понятен не более, чем теория струн. А переводчик действительно проделал блестящую работу, заставляя мысли героев звучать по-русски, а не в переводе. Длинношеее с тремя е.

Вот странное дело. Закрыла последнюю страницу, вздохнула с облегчением, отмучилась. Влепила книге тройку, потому что не затронуло совсем. Заварила чай, подумала еще. И поняла вдруг, что книга по-своему хороша, со своим настроением и эмоциональным фоном. И Ариадна у Коэна хоть и дура, но все-таки женщина. И Солаль мужчина, хоть и на любителя. И муженек Дэм как раз такой, каких полно, хоть и тупица. И любовь в книге земная, понятная, обреченная на провал. И хмельное послевкусие обеспечено наверняка.

Роман-откровение, который хочется пережевывать исключительно глаголами. Главные герои в действиях. Сначала они наблюдают, подглядывают, ловят отражения в зеркалах и предаются мечтам. Затем начинается игра соблазнения. Она скоротечна и вполне укладывается в классическое: пришёл, увидел, победил. После первой же ночи любви Она готова капитулировать и служить Ему как влюблённая женщина, мыть его ноги, вытирая их своими волосами, предугадывать каждое его желание и быть безупречной во всем. Они сбегают от всех и наслаждаются своей отрешенностью от мира и погружаются друг в друга. Много говорят, слушают Моцарта, смотрят на звёзды и занимаются любовью. Это повторяется день изо дня. Пластинка приедается, граммофон ломается. Начинается поиск недостатков и поводов для ссор. Оба хлопают дверями, уходят, возвращаются, все начинается по новой. Одолевает скука. Затем приходит раздражение, сожаление и боль. Он ищет утешения в объятиях старой любовницы. Ей ничего не остаётся, как выдумать себе любовника. Уловка срабатывает. Он ревнует, беснуется и злится. Изводит её подозрениями и обвинениями. Она терпит и страдает. Он режет себе ножом пятки. Она плачет и сожалеет о своём обмане. Но оба втайне рады, что их чувства вновь на пределе. Пережив муки ревности, они поддаются соблазну нетрадиционного секса - все, что угодно, только не дать любви "скользить по скользкой крыше привычки". Высшая точка самоотдачи - умереть во имя и в один день. С молчаливого согласия друг друга они травят себя ядом с улыбкой на губах, поскольку свои Рай, Ад и Чистилище они уже прошли сполна. Именно такой я увидела любовь с точки зрения автора - испытанием и пыткой, где не важно, сколько лет вы прожили вместе, важно - насколько страстно исполнили свою Песнь любви.

У всех влюблённых, как у сумасшедших,
Кипят мозги: воображенье их
Всегда сильней холодного рассудка.

Уильям Шекспир.

Знаете, чему я поражаюсь всегда в любой книге о любви? Тому... Как же люди любят создавать себе проблемы на пустом месте. Любят разнообразить скуку новой скукой. Мы не любим то состояние, когда все хорошо. Дайте жару, дайте огня!! Так вот, на мой вкус, эта книга как раз из такого разряда.

Я не отношу себя к разряду романтиков и любителей сантиментов, но это не означает, что я не имею своего представления о том, что такое настоящая любовь. И, смею сказать, у меня с Коэном взгляд на суть и первоисточник "настоящей любви" очень расходится.

Во-первых, настоящая любовь - это не только притяжение тел. Не может быть, чтобы любовь воздвигнута была лишь на оценке внешности. В книге то и дело речь идёт о том, у кого какая чудесная упругая грудь, стройные ноги, "стройные ноги любимого мужчины". Включим голову. Настоящая любовь вечна, это аксиома. Так как же может любовь называться и быть настоящей, если она строится на животных инстинктах и является столь поверхностной, что я смею назвать это лишь слабеньким романчиком? Я не говорю о том, что это не показатель, но моё мнение, любовь - это совокупность причин и следствий, характеристик, набор сходств и различий, которые вы в первую очередь цените, а внешний признак - лишь повод захотеть узнать красивую картинку поближе.

Во-вторых, настоящая любовь не может быть покрыта безразличием, скукой, тайной, скрытностью. С этого ракурса не очень выигрышно выглядит Солаль. Он стыдится зарождения истинных чувств (а не того подобия, что в простонародье называется сексом), которые вызывает у него близость с Ариадной. Ему приятны нежность, минутки смешливости и всяких милостей, он отмечает мелкие детали в любимой, и не только во внешности. Но этот прямо-таки альфа-самец предпочитает все это в себе гасить. Привычка? Возможно. Или же для него внешние признаки и его внешний вид имеют большую ценность, чем наполненные жизнью и красками отношения? Скорее всего именно это.

В-третьих, когда вы испытываете что-то, что, на ваш взгляд, можно назвать "настоящей любовью", вы задумайтесь. А насколько объективно долго она проживет, если её не питать извне? Знаете, даже на собственной свадьбе мне каждый второй говорил, брак - это постоянная каждодневная работа над отношениями.. Отчасти не соглашусь, но лишь отчасти. Если взять любимого человека в ежовые рукавицы и орать каждый день: " любииии меня!!! Прошло 32 минуты и 17 секунд, и ты до сих пор в 100500 раз не сказал, что любишь меня!! Ты меня разлюбил!! Люби быстрее, пойдём в койку", то не думаю, что отношения долго протянут. Это, конечно же, не относится к работе над отношениями, но иной раз герои сего романа считают, что постель решит все их проблемы. Я не монашка и не праведница, я вообще атеист. Но отношения нельзя подпитывать только сексом и страстью. Должно быть уважение, взаимопомощь, взаимопонимание, у вас хоть как появится ваш общий "дельфиний" язык, понятный только вам, даже на расстоянии. В моем понимании работа над отношениями заключается в работе над собой в первую очередь. В книге я этого в героях не рассмотрела, а жаль.

Третий пункт, выражающий моё легкое "фи" в отношении видения Коэном настоящей любви и её истоков, помог мне перейти к выражению моего следующего "фи" по отношению к самим главным героям, к роману в целом.

Начнём с ложки меда. Что же мне понравилось. В какой-то степени мне близок взгляд Солаля на ряд дам (актуально и в наше время, прошу заметить!). Я аплодирую стоя монологу о самках. Некоторые дамы, воротя носиком и набивая себе цену даже не подозревают, что они обыкновенные самки. Которых достаточно поманить пальчиком и соблазнить, а уж чем - вопрос другой. В пустых головах бездушных девиц не возникает даже мысли о том, что есть понятия морали, есть понятия души, чувств, порядочности, что человек - это не только существо, это как минимум индивидуальность, нельзя о нем делать вывод по внешним признакам. Почему если он посредственен внешне, и в кошельке хватает мелочи лишь на хлеб с маслом, но без икры, то он сразу уходит под грифом "второсортный"? И зачем даже если все по внешним признакам с человеком все хорошо, начинать играть в павлинов, распуская цветы на простой куриной заднице? Мне это никогда не было понятно.

Что не понравилось. Конечно, поверхностность Ариадны. Она вызывала у меня нескончаемое отвращение, глава за главой. Малодушная, бестолковая, посредственная девица, которой свезло родиться с непосредственной внешностью, за красивой оболочкой нет абсолютно ничего. Все эти размышления о тряпках, еле, готовне этой бесконечной, о ужасно сопящем и отвратительном муже меня просто убивали и повергали в негодование. Девушка, вы хоть когда-то бываете довольны, кроме постели? То в магазине затупила с декольте лишь из-за того что её назвали "мадам", то она сто часов размышляет бесконееееечным и грязным потоком мыслей о том, как ужасен секс с её мужем, то она стонет от того, что как много пришлось готовить еды любимому мужчине я его люблю приготовила все сама что он любит так устала ноги крючит но он же любимый мужчина так надо потом будет секс секс секс а потом он закончится как же плохо но сначала поесть я же сама готовила осталось перед приходом лизнуть руку хозяина и когда-нибудь попросить для Добби носок чтобы постирать а потом и другой чтобы надеть на голову и спрятаться от мира боли и страданий. Вот как я вижу Ариадну в своих пустых мыслях и ненужных беспокойствах.

В своём финальном слове о сим произведении я воспользуюсь цитатой, которая хотя бы отчасти, но в то же время и достаточно емко отражает моё видение настоящей любви, в чем мы с Коэном и разошлись.

Очень, очень большая книга ни о чем.

Автор старательно напихивал в свое преогромнейшее произведение самые разнообразные темы. Безусловно, это были темы актуальные, хорошо знакомые и сильно его взволновавшие. На первом плане близкая Коэну среда - существование чиновников и работа большой организации. Многие и многие страницы (а это только один том тетралогии) посвящены гонению евреев и отношению к ним общества, а также взаимоотношениям внутри группы. И тема, вынесенная в заголовок - любовь. Хотя больше подходит "страсть".

Тут следует напомнить, что в оригинальном названии книги нет никакой любви, а есть красавица и сеньор, или господин.

А если разобраться, то и в самой книге любви тоже нет. Есть довольно-таки стандартный набор персонажей - крутой мужик, высокопоставленный чиновник, он же еврей. Есть любовница главперсонажа, изнеженная молодая женщина, замужняя. Есть обманутый муж, господин Не-так-высоко-поставленный-как-бы-ему-того-хотелось. Может, любовный треугольник? Да, в общем, нет. Любви ведь в книге ни на грош, этих людей обуревают демоны - каждого свои.

Стиль подачи, которым балуется автор, - поток сознания. Главным образом это монологи трёх главных персонажей плюс дополнительные, второстепенные герои - прислуга, члены семьи, родственники. Как и любой поток, он несет в себе множество мусора, ненужных деталей, вроде как призванных обогатить повествование. Но как же это скучно, просто до ужаса. Наверное, все дело в том, что у одних людей мысли интересные, а другие даже думают так, словно сопли жуют.

Главы про мужа-чиновника абсурдны и смешны, а то и печальны - если подумать, что примерно так же живут и работают многие современные сотрудники непомерно раздутого управленческого аппарата. Эта часть сатирическая и весьма удачная. Окажись она отдельно от книги - было бы даже забавно. Но нет, это книга не о мелочности чиновников и не об их жизни.

В том же аппарате - Лиге наций - работает и главный герой-любовник Солаль, только на самых верхах. Вся его работа словно бы заключается в представительских функциях и в грамотном распределении документов, причем основная масса работы ложится на временных сотрудников. В остальное время он всецело посвящает себя душевным терзаниям и ухлестываниям за приглянувшимися ему юбками (и изрядно в них разочаровавшийся). Ариадна, изнеженная замужняя дама, последняя в этом списке. Их страсть начинается с наистраннейшей сцены соблазнения, после которой вообще ни разу не ясно, как можно было кого-то соблазнить или соблазниться. Только подхватить юбки и бежать, бежать...

Отдельная тема - это новое отношение к евреям в нацистской Германии и настроения в обществе в связи с этим. Благодаря своей принадлежности к этому сообществу и высокому чину Солаль узнает истинное состояние дел, но это совсем не помогает как-то решить или улучшить ситуацию. Конечно, он страдает, жертвует образом жизни, к которому привык, чином. С другой стороны - всего этого ему оказывается недостаточно, чтобы действовать и искать другие пути и способы, пусть даже как частное лицо.

В место этого бедняжечка Солаль ищет успокоение в мертворожденной страсти к бедняжечке Ариадне, которая, ах-ах, так сильно его любит.

А финал сами знаете какой.

Но есть одна хорошая новость. В книге есть котик, точнее - кошечка. Ей фактически принадлежит целая вилла, специально снятая для нее, пока хозяин работает дни напролет. Чтобы, значит, котик не скучал, так-то вот.