Little Aunt Crane

Довольному человеку и скандалить незачем

В какой из историй о настоящей любви не встречается кровь?

Она никогда не видела, чтоб Сяохуань так горько рыдала: обычно все остальные лили слезы из-за Сяохуань.

— Я японского тофу не пробовал, так что я сволочь с национальным сознанием!

спер нашу коляску, чтоб своих детишек катать? Да пусть твое отродье до чирьев докатается, чтоб у него всю задницу гнойными чирьями обсыпало! Да на каждом чтоб по восемь головок! Чтоб он у тебя кровью да гноем изошел! Увидел, что у нас дома заболели по женской части, так решил еще добавить? Да чтоб эта кровь поганая на твои ступеньки пролилась, чтоб тебе всю жизнь видеть одни несчастья, чтоб сыновья рождались без писек, а дочери без глаз!

Иногда он скучал по ней, но только потому, что в глубине души знал: они никогда не будут вместе. Даже если все на свете одобрят их союз, сам он едва ли его одобрит.

Никогда еще не случалось, чтобы о новостях в семье не докладывали соседям. Даже представить было нельзя, что в их доме кто-то отмолчится и заживет спокойно дальше, оставив соседей мучиться догадками и сомнениями.

Мать с младенцем на руках - с тех пор, как появился род людской, сколько раз эта картина являлась миру? Вылепленная из глины, сделанная из теста, из прокаленного в печи фарфора...

Пока быстрые тяжелые мужские слёзы падают на пол, женщина будет любить его хотя бы за то, как упрямо он любит её.

За что японцы так любят смерть? Как может староста своей волей повести деревню к смерти? Как может мать решить, что детям нужно умереть?

Ей было ясно, что слова, которые вырвались у него, ничего не значат - улетят с ветерком, как будто их и не было. А самые главные слова можно и не говорить, ведь самка понимает самца без слов.

Почему, когда любишь кого-то, сильно любишь, становишься сам не свой? Почему не можешь сделать ему больно? Не можешь как следует помучить, чтобы показать, что эта боль и есть любовь? И что когда любишь — должно быть больно.

Поплакал он уже довольно, хочешь не хочешь, а мертвое нужно хоронить и жить дальше, кормить живых, больших да маленьких

"Тацуру" — счастливое имя, и Куми сложила тысячи тысяч бумажных журавликов, загадав, чтобы она как можно скорее вернулась домой.

Согласно японской легенде, желание человека, сложившего тысячу бумажных цуру, обязательно исполнится.

Когда одно сердце влюбляется в другое, то и плоть тоже влюбляется в плоть.

По правилам Тацуру, если работу нельзя сделать без сучка и задоринки, за нее не стоит и браться, а Сяохуань здесь подлатает, тут поправит, один глаз прищурит, другим посмотрит, и любое дело у нее худо-бедно, а клеится. Жизнь несладкая, но можно как-нибудь прожить, не хуже других. Так в один миг прокатился целый месяц, а за ним и лето миновало. Еще миг, и настала осень. Оказывается, вовсе оно не скверное, это "как-нибудь", а даже удобное, если привыкнуть.

Любовь - как детская игра: появляется без спроса и уходит, когда захочет, а начнешь с ней воевать, она заболит и уж до самой смерти не ослабнет.

Дохэ писала, что во всей Японии не сыщешь человека, который ругался бы так хорошо, как Сяохуань. Дохэ считала, что японцы носят тревогу и гнев в себе, никогда их как следует не выпугивают, потому они и несчастны. А людям вроде Сяохуань, которые умеют всех насмешить своей бранью, не придёт в голову ни других убивать чуть что, ни себя.

Родные люди без ссор не живут, их драки - нежность, их ругань - любовь, и если в конце обратить все в шутку, то и помириться куда проще.

Любовь - как детская игра: появляется без спроса и уходит, когда захочет, а начнёшь с ней воевать, она забродит и уж до самой смерти не ослабнет.