Цитаты из книги Bellman & Black

Как же Всевышний поднимет нас из могил в Судный день, если мы будем превращены в горсточки пепла? Вот что думают люди на сей счет. При этом никому и в голову не приходит спросить, как его призовут на суд, если он будет съеден червями, а его кости истлеют в пыль.

— В старину люди укладывали своих мертвецов на плоские камни, чтобы их кости дочиста обглодали грачи и вороны. Представляете? Это было очень давно, задолго до наших крестов, церковных шпилей и молитвенников.

Как известно, чистота золота возрастает по мере его удаления от всяческой трудовой деятельности.

Любовь? Ему она была не по карману.

Если посвящать все время какому-то одному делу в ущерб дружескому общению и спокойным размышлениям о жизни, немудрено потерять самого себя.

Между прочим, у нас тоже есть собирательное название для людей. Мы, грачи, именуем вас "человечьим посмешищем"

У него вновь появилось будущее, которое ждало лишь его прикосновения, чтобы стать реальностью.

Одно дело — сухие факты, и совсем другое — смелая игра воображения.

Грач не просто чёрен — он чернее самой черноты. В нём присутствует невероятный переизбыток чёрного, не наблюдаемой ни в одной другой живой твари. Он — сама суть черноты.

Грач кажется существом вполне заурядным, пока вы не приглядитесь к нему внимательно. Его оперение — одна из самых неординарно красивых вещей, сотворённых природой. Как заметили в тот день ребята, перья грача могут мерцать, переливаясь чуть ли не павлиньей радугой красок, хотя на самом деле в них нет синего, фиолетового или зелёного пигментов. Атласная чернота головы и спины сменяется на груди и ногах более мягким и глубоким бархатно-чёрным цветом.

С виду он был полон кипучей энергии. Но внутри его скрывался другой человек, неведомый даже ему самому; и этот человек шел по жизни с пугливой осторожностью, как по зыбкой трясине, которая в любой момент может разверзнуться под его ногами.

Если только существует способ заставить солнце светить всю ночь напролет, обратитесь к юному Уильяму, и он этот способ отыщет.

Воистину, грач видит гораздо больше того, на что мы полагаем его способным, слышит гораздо больше, чем мы думаем, понимает больше, чем мы можем себе представить.

Temperature, altitude, danger . . . The things that form barriers to humans are not barriers to rooks. His horizons are broader. This is why it is the rook that accompanies departing souls through a thick fog of mystery to that place where no air is needed and drought really doesn’t matter. Having deposited in that place the soul that your body has relinquished, they return—via other worlds and feasts of unicorn tongue and dragon liver, to this one.

The past had no hold on him. Perhaps that’s why his vision of the future was so strong. Without the past to cast its long shadow, might you see the future more clearly? You could almost envy him.

Though it is exceedingly rare, a handful of witnesses have seen this spectacle: on a bright summer’s day, turning into the sun, a rook alters from black to angelic white. Mirror-bright he dazzles and glories in his whiteness.