Цитаты из книги Nocny pociąg do Lizbony

Тот, кто действительно хочет знать, кто же он есть на самом деле, должен стать неутомимым, фанатичным коллекционером разочарований. И собирательство этого опыта должно стать манией, страстью всей его жизни, поскольку у него с отчетливой ясностью стоит перед глазами, что разочарование — это не жар разрушительного яда, разочарование — это успокоительный бальзам, утишающий жар. Он очищает глаза, чтобы они видели истинные контуры нас самих.

«Не хочу производить маленьких беззащитных существ, которым придется влачить в себе бремя моей души, — сказал он. — Я слишком хорошо помню, как это было со мной, да и сейчас еще никуда не делось». «Очертания родительских желаний и страхов раскаленным стилом пишутся в души малюток, а они пребывают в полной беспомощности и незнании, что с ними творят. Нам требуется целая жизнь, чтобы найти и расшифровать выжженный текст, но и тогда мы не будем уверены, что правильно поняли его».

Он считал меланхолию понятием вневременным и был твердо убежден, что она - драгоценнейшее достояние человечества. Потому что именно она являет всю хрупкость человека.

Просто встать и уйти - какой смелый поступок!

Еслы мы можем прожить лишь малую часть того, что в нас заложено, - что тогда происходит с остатком?

Слова должны иметь ритм... Ритм, как, например, в стихах от Иоанна. Только тогда, только если они становятся поэзией, они бросают на вещи свет. В изменчивом свете слов те же самые вещи выглядят по разному.

То, что мы связаны с другими их уважением и приязнью к нам, и это делает нас от них зависимыми.

"Если пожар в душе ничем не унять, если он сильнее нас, зачем тогда похвала и упрёки? Может, проще: "повезло", "не повезло"? А он сильнее нас, этот пожар, всегда сильнее".

... начинали предчувствовать, что видимая жизнь - ещё не вся жизнь.

"Может ли Бог сотворить камень, который он не в состоянии поднять? Если нет, то он не всемогущий; если да, то тоже нет, поскольку существует камень, который он не сможет поднять".

Мы все лишены цельности и скроены из отдельных клочков, каждый из которых в каждый данный момент играет свою роль. Настолько многообразно и пёстро наше внутреннее строение, что в разные моменты мы не меньше отличаемся от себя самих, чем от других. Монтель "Опыты"

Достоинство можно потерять и самым банальным образом. Учитель, из раболепства кукарекующий в варьете. Бесхарактерность ради карьеры. Ложь и конформизм во имя спасения рушащегося брака.

Каждый момент может стать последним. Нимало не подозревая, мгновенно я переступлю незримую черту, за которой нет ничего, даже тьмы. Мой следующий шаг, — он может оказаться шагом через эту черту. Разве в этом есть логика, — испытывать страх перед тем, чего я даже не почувствую, и так пребудет вовек?

— Я на самом деле думал, что мы никогда не потеряем друг друга, — лишь раз сказал он в пространство. — Я думал, это невозможно. Когда-то мне попалось одно изречение: «Всякой дружбе свое время и свой конец». «Только не нашей, — думал я, — только не нашей».

...между людьми просто нет ничего судьбоносного, что выходило бы за рамки обычных потребностей и силы привычки. <...> Я случайно оказался здесь, на этом месте, ты случайно оказалась там, между нами бокалы шампанского. Так это было. И ничего другого.

«Иногда боишься чего-то из-за того, что боишься чего-то другого», — единственное, что сказал он.