Приступая к чтению этой книги, в голове нужно держать одну мысль: несмотря на название, как такового Рождества в ней не будет. Максимум герои ёлку нарядят, но ни праздника, ни чего-то привычно яркого, присущего историям в рождественском антураже, не ждите. Будет примерно поровну снежной зимы и жаркого мексиканского лета. В этом контексте название романа остаётся для меня загадкой, потому что герои даже встретились задолго до Рождества. Но что есть, что есть.

Роман уже привычно, как и «Дневник Ноэль», прост и лаконичен. Мистер Эванс явно не склонен к длинным описаниям, пространным рассуждениям и подробным перечислениям всего того, что между героями случилось. Он не пытается заполнить пустое пространство и пишет ровно те сцены, которые считает нужными и важными, все остальное описывая сухим «Вернулись в кондо и легли спать», «Несколько дней я провела в печали», «Мне было плохо». Он не использует витиеватые фразы для описания природы или вкусных ужинов героев, а действует просто: заказали то-то, были там-то, называлось так-то. Для кого-то это скучно, для кого-то – идеально, и это тот случай, когда всё зависит ровно от читательского восприятия.

Неизменными остаются и темы, которые автор затрагивал и в «Дневнике Ноэль»: второй шанс, новое начало, забота о ближнем, добросердечность, прощение и принятие, искупление и надежда на лучшее. Герои Эванса, в случае данного романа Мэгги и Эндрю, не говорят грубых слов, не причиняют друг другу намеренную боль, уважают друг друга и в духовном, и в телесном плане – спят в отдельных комнатах и не переводят отношения в иную плоскость. Это объясняется религиозностью автора (Ричард Пол Эванс – мормон и не скрывает, что вкладывает в своё творчество в том числе и религиозный подтекст), но мне нравится, что на первый план у него выходит эмоциональная близость, духовная связь, а не телесность. В море книг, где герои сначала спят друг с другом, а потом начинают отношения, истории Эванса как глоток свежего воздуха.

В «Незнакомце» мне, пожалуй, не хватило глубины. Если в «Дневнике Ноэль» история раскрывалась в том числе благодаря непосредственно дневнику, здесь заметки Мэгги мало чем помогали, выступая скорее эпиграфами, чем полноценными составляющими романа. Как будто мало чувств Мэгги и мало рассуждений по поводу истории Эндрю, которую действительно нужно было обдумать, чтобы принять решение. Но в этом, наверное, стиль автора: он показал, какое решение приняла героиня, оставив на читателя размышления о правильности её поступка.

«Рождественский незнакомец» – это неплохой роман на пару вечеров для читателя, который не любит чересчур длинные истории, пространные рассуждения и предпочитает по-сценарному чёткие романы без «словоблудия». Но от него не стоит ждать романтичности, чувственности и яркости, потому что основная его задача – донести до читателя: любовь есть прощение и терпение, и только в любви можно пережить все трудности.