Tysiąc jesieni Jacoba de Zoeta

Жаль, человеческий разум — не свиток, который можно свернуть и убрать в футляр...

Маятник часов черпает время, как лопата могильщика (236)

Однако ваше призвание... то есть акушерство... Это... Это искусство жизни.

«Слуга, не получающий платы, вправе сам ее взять»

Шутка - это тайный язык внутри слов. 

Моя защита - моя вера

Мы живем в юдоли слез.

На свете мало того, что заслуживает веры и неверия. Чем тщиться опровергнуть, лучше постараться сосуществовать...

От запада к востоку небо разворачивает облачный атлас.

Слуга, не получающий платы, вправе сам её взять.

Орито вспоминает легенды о богах, об Идзанами и Идзанаги, о Будде и Иисусе, а может, и о богине горы Сирануи; не один ли у них принцип действия? Человеческий разум представляется ей ткацким станком, на котором отдельные нити верований, памяти и повествования сплетаются в единое целое, что принято называть человеческим "я", а иногда оно само называет себя-сознанием.

«Если бы, человеческие создания не представляли из себя маски поверх масок, надетых на другие маски! Если бы мир был чистой доской линий и пересечений, а время — чередой продуманных ходов, а не хаосом промахов и ошибок».

Женитьба — это другое, женитьба в голове: социальный статус, бизнес, продолжение рода.

Они умирают, потому что бог реки сердится. Люди не говорили: «Они умирают, потому что большие мосты еще не придуманы». Никто не говорит: «Люди умирают, потому что мы слишком невежественные».

«Потеряете час утром и будете искать его весь день».

«Бреясь, — думает Якоб, — человек перечитывает свои самые честные мемуары».

Ее улыбка - и крапива, и подорожник