Gent normal

Да, деньги - это та субстанция, которая придет миру реальность.

«Марианне казалось, что ее настоящая жизнь течет где-то очень далеко, течет без нее, а она даже не знает, найдет ли когда-нибудь в эту жизнь дорогу. В школе она ощущала это довольно часто, правда, как эта самая настоящая жизнь выглядит и течет, не представляла себе. Знала одно: когда она начнется, представлять ее уже будет не нужно.»

Неужели в мире и правда столько злобы, что любовь невозможно отличить от самых примитивных и жестоких форм насилия?

Несколько секунд они стояли молча, он обнимал ее, щекотал дыханием ухо. Большинство людей проживают целую жизнь, ни разу не ощутив такой близости, подумала Марианна

Я не верю в бога, но иногда мне кажется, что он сотворил тебя специально для меня. 

Марианна ставит баночку с йогуртом на место и спрашивает Джоанну, не смущает ли ту, что ей платят за проведенные на службе часы - иными словами, она обменивает драгоценное время своей земной жизни на искусственное изобретение под названием деньги.
Ведь время это уже не вернешь, добавляет Марианна. В смысле время-то реально.
Деньги тоже реальны.

Удивительно, какие иногда можно принять решения только потому, что тебе кто-то нравится, говорит он, а потом это меняет всю твою жизнь.

По поводу встреч с писателями Коннелл остался при своем мнении: это – культура, принявшая форму школьного урока, литература, фетишизированная за ее способность устраивать образованным людям фальшивую эмоциональную встряску, чтобы потом они могли почувствовать свое превосходство над необразованными людьми, об эмоциональных встрясках которых им нравится читать.

It feels powerful to him to put an experience down in words, like he’s trapping it in a jar and it can never fully leave him.

Между двумя людьми всегда происходит столько потаенных вещей.

Ее уже несколько недель не покидает это чувство – чувство, что ее обернули защитной пленкой, что она всплывает на поверхность, как ртуть. Внешний мир соприкасается с ее внешней оболочкой, но никак не задевает то, что внутри. И что бы ни означало это «как ты рано», ей решительно все равно.

Взгляд ее тревожит его, как и раньше, это как смотреть в зеркало на того, у кого нет секретов от тебя.

Ему хочется понять, как устроена ее голова. Если он решает про себя удержаться от какого-то замечания по ходу их разговора, Марианна через секунду-другую обязательно спросит: «что?» В этом «что?» ему видится столько всякого разного: не только потрясающая, словно у судьи, способность замечать умолчания, но и стремление к полному взаимопониманию, представление, что любая недосказанность между ними – это неприятная помеха.

Жесткость бьёт не только по жертве, но и по обидчику, причем зачастую куда болезненнее и необратимее. Если над тобой издеваются, ты вряд ли узнаешь о себе что то уж очень важное, а вот издеваясь над другим, узнаешь о себе такое, что потом не забудешь

Ты знаешь, что я тебя люблю. Но это не значит, что мы можем быть вместе.

На самом деле, если взглянуть, как живут мужчины, то пожалеть их хочется. Все общество у них под контролем, и это - лучшее, что им для себя удалось придумать? Да им от этого и радости-то никакой.

Не обольщайтесь, мне нечему у вас учиться.

Мучительно было смиряться с мыслью о помощи немногим – проще не помогать вообще никому, чем совершать что-то настолько малозначительное.

—То, каково тебе, определяется только состоянием твоих мозгов.

Одна из тайн духовного перелома, который принято именовать «преображением», такова: многим из нас не бывает даровано откровения ни земного, ни небесного до тех пор, пока некий человек не окажет на нас неожиданного влияния, вызвав ответный отклик.
Джордж Элиот. Даниэль Деронда