Честное слово, провидение ведет себя просто возмутительно. Я всего лишь безобидная дама средних лет, никому не причиняю вреда, в чужие дела не лезу. Чем же я заслужила эти потрясения?

— Милочка, не надо подчеркивать, что мне сорок пять. И пожалуйста, не улыбайся так, будто знаешь, что на самом деле мне сорок семь. «Сорок пять» устраивает меня просто потому, что это круглая цифра. Через год я буду говорить, что мне пятьдесят. Сорок восемь — совершенно неопределенный возраст, и женщине ни к чему в нем сознаваться, если только она не намерена выйти за вдовца с семнадцатью детьми.

— Нет, я не вытерплю, — шептала она. — Я предчувствую скорую смерть.
— Я не видел еще ни одной женщины, которая бы не предчувствовала скорую смерть, — заметил доктор Рамзи, — даже если она всего лишь прищемила палец.
— Смейтесь, смейтесь, — жалобно промолвила Берта. — Не вам же терпеть.

Если разбираешься в фермерском деле и знаешь повадки домашних животных, то уж подавно управишься с собственной женой.

По-моему, весьма оскорбительно, когда священник ведет с тобой религиозные беседы, точно с простолюдином.

- Все так считают.

• «Все» всегда правы.

Знакомство с картинами, дворцами и людьми в чужих странах освободило ее разум от тьмы невежества, но при этом разрушило большую часть иллюзий.

"... Ее возмущало, что Эдвард считает себя вправе высказывать мнение о книгах — даже не читая их! — только потому, что он, как любой школяр, выучился читать и писать. Конечно, неразумно винить беднягу в слабости, присущей большей части человечества. Любой, кто умеет держать перо, уверен в своем таланте критиковать, причем критиковать свысока..."

Человек привыкает ко всему. Только самые объявленные мизантропы делают вид, что не могут смириться с глупостью себе подобных. Через определённое время свыкаешься с самым скучным человеком или занятием, и даже однообразие перестаёт быть однообразным.

...шампанское - напиток, который для юнцов и женщин служит высшим символом роскоши и легкомысленных развлечений.

Сердце ее было подобно большому дому с опустелыми комнатами, в которых с ревом бушевало пламя любви

Для Берты книга жизни написана курсивом, а для Эдварда - большими буквами, как в прописях. вам не кажется, что это некоторым образом может затруднить процесс чтения?

Не стоит впадать в заблуждение, милый читатель: уважающему себя автору нет до вас никакого дела.

Некоторые люди наделены чрезвычайно узким мышлением и не допускают какой-либо игры воображения. Жизнь для них - не праздное развлечение и не пустые мечты, а чрезвычайно серьезная, убийственно скучная штука. Подобным складом ума обладает тот, кто, услышав от женщины, что она чувствует себя ужасно старой, не бросается уверять её в том, что она выглядит на удивление молодо, а начинает занудно рассуждать - дескать, юность имеет свои недостатки, а старость - преимущества.

Сразу было видно, что душистое мыло для него также свято, как вера в Консервативную партию, скачки в Эпсоме и кризис сельского хозяйства.

— Страданиями душа совершенствуется, — сурово произнесла мисс Гловер. — Страдание — это Божье пламя, выжигающее все низменное из материальной природы человека.
— Что за чушь вы несете! — возмутилась Берта. — Вы утверждаете так, потом что сами не страдали. Говорят, что страдание возвышает, но это ложь! страдание лишь огрубляет.

«Она не могла оторваться от него, словно безумная. Поцелуи никак не кончались»