Цитаты из книги La dama de blanco

«Тьма сгущается, — сказал он, — но я иду все дальше. Смерть уносит добрых, прекрасных, юных, щадя меня. Губительная болезнь, разящие стрелы, морские пучины, могила, в которой погребены любовь и надежда, — все это вехи на моем пути, они ведут меня все ближе и ближе к концу».

Моя заинтересованность в чистоте своих юбок и чулок превышает мой интерес ко всем елизаветинским спальням во всем королевстве, и потому я твердо отказалась пачкать свою одежду, исследуя древнюю грязь и пыль.

Капля по капле я вливала в это чистое сердце и неопытный ум горечь житейской мудрости, чувствуя в глубине души, как все лучшее и высшее во мне восстает против этой грустной задачи.

Вопрос о дне свадьбы решаем мы, женщины. И поверь мне, Лора, я сумею воспользоваться этим по-женски.

Ваше поведение сегодня вечером сделало меня вашим другом на всю жизнь.

Покончено было с моим самолюбием бедняка, покончено с мелким тщеславием художника.

Но все зреет во времени.

Я редко ругаюсь - это такая неджентльменская привычка, - но, когда Луи ухмыльнулся в ответ, считаю совершенно естественным, что я проклял его за это. Во всяком случае, я это сделал.

Он совсем не такой осел, каким я до сих пор его считал. Он помнит дату события приблизительно, а я помню имена действующих лиц.

Почтенные юристы, царапающие каракулями ваши завещания, говорят о смерти прямо в лицо своим клиентам. Разве от юристов у вас тоже бегают мурашки по телу?

Английское общество, мисс Голкомб, столь же часто соучастник преступления, как и враг преступления.

На лицах иногда отражаются сокровенные мысли - несомненно.

Джон Буль - самый зрячий из старых джентльменов, когда дело касается сучка в глазах у соседей, и самый слепой, когда дело касается бревна в собственном глазу.

- Кто нашел меня мертвым на дне морском (из-за судороги), кто вытащил меня наверх? И что я сказал, когда я вернулся к моей жизни и одежде? - Гораздо больше, чем требовалось.

Ни один мужчина не стоит жертв с нашей стороны! Мужчины! Это враги нашей чистоты и покоя - они отрывают нас от родительской любви и сестринской дружбы, они всецело присваивают нас, беззащитных женщин, и привязывают к себе, как сажают на цепь собак!

Я известил всех вначале,что этот рассказ будет представлять собой неповторимый документ.Он полностью оправдал мои ожидания. Примите эти пылкие строки-мой последний дар стране,которую я покидаю навеки. Они достойны этого,они достойны- Фоско.

Я был потрясен. Задумайтесь над этим-Фоско был потрясен!

Мне часто доводилось видеть, как старые люди были взволнованы, радостно предвкушая какое-нибудь невинное удовольствие, в то время как оно нисколько не трогало их бесстрастных внуков.

О смерть, безжалостно твое жало! Ты побеждаешь все...