Шкатулка сновидений

"Конечно же, теперь я начал понимать, почему мне пришло в голову стать писателем. Только таким способом я мог создать мир, в котором цыплята и пиво, дружба и любовь, нежная материнская забота и безмолвная отцовская гордость никогда не кончаются. Я мог придумать любою вселенную — и жить в ней! По крайней мере, большую часть времени. В конце концов, не было смысла влюбляться в красивую девушку и жениться на ней, ведь рано или поздно всё закончится, даже если только со смертью. Сам же я мог с тем же успехом жениться на созданной мной девушке, которая не умрет. Она проживет столько же, сколько я; вернее, переживет меня. Видите, как просто получается? И совершенно неважно, если мой вымышленный мир никогда не опубликуют, ведь он всегда будет в моей голове. А если он мне надоест, я могу изменить его, обновить и освежить, населить персонажами, делающими исключительно то, что я пожелаю. В этом личном мире никогда не произойдет ничего неправильного: небо всегда будет василькового цвета, всегда будет лето, хлеб всегда будет свежевыпеченным, дружба никогда не померкнет, а любовь только усилится. Я собирался жить ради этого: маленькая комнатка где-нибудь в городе, набор ручек и бумага; кофейня поблизости, где можно выпить чашечку кофе и съесть кусок торта, если проголодаешься; прачка, которая будет стирать для меня за умеренную плату. Чего еще желать?"

"...Сон продолжается. Он никогда не закончится. У него нет конца, нет начала, нет середины. Он похож на реку, только без истока. Он течёт вечно. Когда ты спишь, все твои поступки - шаги вглубь сна, а когда просыпаешься - шаги наружу. Он живёт отдельно от тебя... Внутри ты или снаружи, он всегда продолжается. Он независим... Всё, что тебе надо сделать - выйти из этого сна до того, как всё начнётся снова...

Смысл всего - иметь смысл, обрести смысл. Жизнь не рождается с готовым смыслом, так же как цыплята не рождаются под соусом. Смысл, как и соус, надо приготовить..."

— Когда-то я прожил двенадцать месяцев в монастыре дзен, — ответил я. — Учился там воспринимать вещи такими, какие они есть на самом деле.
— Значит, учение не пропало даром?
— Даже если бы совсем ничего не вышло, я бы не понял этого, ведь, научившись принимать вещи такими, какие они есть, я стал бы одинаково безразличен как к поражению, так и к успеху.
— Конечно же, нет, — возразил голос. — Ведь если вы постигли способность принимать успех или неудачу такими, какие они есть — или, правильно выражаясь, достигли татхаты — значит, учение, несомненно, было успешным. Безразличие обязательно исключает неудачу — но не мешает вам отличить успех от неудачи.
— Я не улавливаю причинно-следственную связь.
— А разве не этому учит дзен? Что мы не должны искать причины?