Цитаты из книги Empire Falls

– Я хочу там жить, – призналась Тик с той легкостью, с какой признаются в грехе, когда не видят ни малейшей возможности этот грех совершить.

Ты обнаружил, что может произойти, если ты сделаешь то, что боишься делать. Ты узнал, насколько быстро способна передвигаться эта машина, а затем выяснил, сколько времени требуется, чтобы ее остановить. То и другое тебя удивило, но в первый и последний раз. Нельзя судить о своей способности управлять чем-либо, не изучив пределы возможностей. Теперь тебе понятно?

Огрехи в живописи часто принимают за художественный приём.

Как ни планируй, господь скорректирует твой план.

Как ты поступишь, когда ты хорош только в чем-то одном, а потом оказывается, что не настолько хорош, как тебе казалось?

– Твой бардачок не открывается.

– И знаешь почему, папа? Потому что он заперт.

– Заперт? – ошарашенно повторил Макс.

Только вчера он не был заперт, и Макс, заглянув в бардачок, нашел там десятку, что позволило ему дотянуть до зарплаты. Запертый бардачок его явно покоробил. Это все равно что прийти в гости с расчетом на радушный прием и обнаружить, что тебе отвели место в чулане.

Илайе Уайтингу, которому было уже под сто, не удалось убить жену лопатой, и от огорчения и досады он так и не оправился. Он по-прежнему жил с супругой в бывшем экипажном сарае, цепляясь за свое горе, а сварливая жена цеплялась к нему.

Грейс была рада, что ей не придётся делиться соображениями об отношениях матери и дочери, хуже которых она в жизни не видела. Словно они умудрились разочаровать друг друга столь всесторонне, что ни одна не ждала от другой ничего хорошего. Мать и дочь напоминали призраков, обитавших в разных измерениях одного и того же физического пространства, - измерениях настолько разных, что Грейс легко могла вообразить, как столкнувшись на перепутье, мать просто проходит сквозь дочь, или наоборот.

- Что ж, - сказала Майлз, - будем надеяться, ад всё-таки существует.

Она не была ни популярной, ни непопулярной, модную одежду не носила (по настоянию своей матери) и интуитивно догадывалась, как это бывает с иными редкими девушками, что на свете есть вещи и похуже непопулярности и что жизнь — штука долгая, потому настанет день, когда она обзаведется вполне приемлемой грудью, а пока с ней и так все в порядке, что бы там ни думали окружающие.

Дэвид лишь имеет в виду, что твой отец всегда знает, чего хочет. И стоит ему понять, чего он хочет, через секунду у него уже готов план по достижению цели. План, может, и дурацкий, но Макс, он как бульдожка со свиной косточкой, вцепится в тебя, пока ты не дашь то, что ему нужно, либо он сам возьмет втихаря.

Каждый год ты уезжаешь на две недели на тот остров в гости к своей мечте. Задумайся, Майлз. Островок в океане, иной мир за много миль отсюда, на желанном безопасном расстоянии. То, о чем ты можешь мечтать сколько угодно, но не добиваться желаемого, да никто от тебя этого и не ждет.

Она чувствует то же, что должны были чувствовать ученики Христа. Они не желали, разумеется, чтобы его распяли, но как же им, наверное, полегчало, когда могилу завалили камнем, накрепко запечатав все, что с ними произошло, дабы они смогли вернуться к ловле рыбы, в чем они знали толк, в отличие от ловли человеков. Неудивительно, что позднее они не узнали его на дороге в Эммаус. Не хотели узнавать, не более чем хочет Тик вновь впустить этого несчастного мальчика в свой мир.

В последствии он любил говорить, не без печальной усмешки, что в размолвках с женой за ним всегда оставалось последнее слово, а точнее, два слова: "Конечно, дорогая".

Ты женишься не на той, на ком хочешь. Ты женишься на лучшей из оставшихся.