Цитаты из книги Empire Falls

До чего же странно, однако, то, как тебя воспринимают другие люди.

В Европе нужно было на каждом шагу лезть в справочники, чтобы понять, чем же ты, собственно, восхищаешься.

Он был почти уверен, что его оскорбляют, но хотелось бы убедиться окончательно.

Нет ничего труднее, чем предугадать, что вырастет из твоего ребёнка

С осмыслением действительности проблема в том, что этому нет конца, нет дедлайна, после которого мысль необходимо обратить в действие. Осмыслять все равно что заседать в комиссии, редко выдающей рекомендации (которые, впрочем, почти всегда игнорируют), - комиссии, не обладающей даже властью самораспуститься.

Большинство взрослых предпочитают вытолкнуть из себя ложь: прикрыв рот рукой, они как бы кашляют или рыгают, тогда как другие хмыкают, или фыркают, либо издают звуки, похожие на ржание.

Он считал, что пиво можно пить по-разному, но только не так, как это делал сегодня Хорас, позволяя напитку нагреваться, а потом оставляя его недопитым. Макс расставался с пивом, только стоя над писсуаром.

Не она умирает, Майлз, а ты, день за днем.

В жизни всегда так: можно полюбить практически что угодно, если посвятить этому достаточно времени. “В том числе и мужчину”, – неизменно добавляла Беа.

Вот что тебе нужно запомнить насчет копов и юристов и никогда не забывать. Худшее, что они могут с тобой сделать, еще не самое плохое, что может быть. Им нравится думать, будто они взяли тебя за яйца, но они ошибаются.

Ты добрый, терпеливый, великодушный и незлопамятный, и ты, похоже, не понимаешь, что такие качества в мужчине могут дико раздражать, что бы там ни писали в женских журналах.

Зачем, спросил себя Майлз, взрослые требуют от детей вежливости? Самые вежливые из них те, кто абсолютно не внушает доверия.

Кое-кого из этих ребят он знал, и в общем они ему нравились. Среди них была полноватая девочка в майке с единорогом и с торчащими вверх волосами цвета, не существующего в природе.

Скажу тебе как на духу: по-моему, лучше иметь в сыновьях полного идиота, чем неблагодарного зазнайку.

Никогда не ставьте крест на ребенке. Ибо даже те, кому в день свадьбы шнурки завязывают, способны удивить нас и устроиться на чрезвычайно выгодную работу.

– Ну и дела, – сказал он. – Старина Майлз Роби совершает насильственное действие. То-то все удивятся.

Глядя на него, Майлз вспомнил отцовское суждение касательно копов: худшее, что они могут с тобой сделать, еще не самое плохое, что может быть.

Нет, единственное более-менее разумное объяснение, найденное Майлзом, заключалось в том, что старость играючи выворачивает человека наизнанку. Отец Том, например, раньше всегда отправлял младших священников исповедовать паству, ныне же, одряхлев духом и телом, он умоляет отца Марка разрешить ему выслушать хотя бы одного-двух.

– Я хочу там жить, – призналась Тик с той легкостью, с какой признаются в грехе, когда не видят ни малейшей возможности этот грех совершить.