Цитаты из книги Love, etc

«Сердце устроено мягким и нежным, и это опасно». Мне сразу было понятно, что она хочет сказать. Когда человек влюблен, ему легче влюбиться в кого-то ей е. Вот такой паоадокс. Такая вот горькая правда.

Дело в том, что можно любить сразу двоих — то есть, сначала одного, а потом другого, так что вторая любовь прерывает первую, как это было со мной. Их можно любить по-разному. Это не значит, что одна любовь — настоящая, а другая — нет. Жалко, что я не смогла объяснить это Стюарту. Я любила их обоих по-настоящему.

Он действительно сильно переменился. Он производит впечатление человека — сейчас я попробую выразиться попонятней — он производит впечатление человека, который избавился от всех прежних тревог и волнений с тем, чтобы с энтузиазмом нажить себе новые.

А что же Оливер? Оливер давно для себя решил — нет: всегда знал инстинктивно, что «средний возраст» — это унизительно, d'eclasse и недостойно даже упоминания в приличном обществе. Оливер планирует ужать средний возраст до половины дня — от обеда до ужина — возлежания на диване с мигренью. Он верит в юность и мудрость и планирует совершить переход от мудрой юности к юной мудрости с помощью упаковки парацетамола и маски на глаза — какие дают в самолетах с какой-нибудь экзотической авиалинии.

Воспоминание - это волевой акт. Так же, как и забвение.

Если нельзя хотеть для себя, я буду хотеть для других. И мне всегда будет больно за то, что у меня было в жизни и чего я хочу до сих пор, но чего у меня никогда больше не будет.

Я очень ценю, когда люди ведут себя вежливо и когда у меня есть возможность пообщаться с друзьями, которых я уважаю.

Я уже говорила, чего я хочу, и мне по-прежнему этого хочется. И я знаю, что я ничего этого не получу. Так что я нахожу утешение в хорошо сшитом костюме, в филе палтуса, в книге, написанной хорошим стилем и со счастливым концом.

И еще у меня был женатый мужчина, и это было вполне нормально — в общем-то, никакой разницы, разве что он больше врал.

Существо без разумных причин для существования.

Или, может быть, все происходит наоборот: мужчина вовсе не ищет в жене заменителя совести, но женщина, вступая в брак, неизбежно — по настоятельной необходимости — становится совестью мужа? Это было очень банально. Не говоря уж о том, что трагично.

Когда мы были детьми, мы думали, что монахи и монашки должны пребывать в состоянии тайного, но перманентного сексуального возбуждения. Теперь я думаю, что большинство из них вообще не думают о сексе, им это просто не надо. Момент упущен.

С одной стороны, вы уже соскучились друг по другу, а с другой — вы уже начали забывать про секс.

Вы сидите, смотрите телевизор, вроде как обоим хочется заняться любовью, но не то чтобы очень, а так... в плане «было бы неплохо», потом вы переключаетесь на другую программу, смотрите какую-нибудь ерунду, и минут через двадцать вы уже оба зеваете, и момент упущен.

Может быть, это мое наказание от тех богов, которых больше не существует: осознавать, что все сердечные волнения — кажется, это так называется? — которые у меня были раньше, вся моя боль и отчаянные поиски идеала, все мои чаяния и ожидания, все мои действия не привели, как я думала и надеялась, к счастью?

И вот что я вам скажу: сейчас я счастлива не меньше, чем в те годы, когда я хотела. Сейчас я не так занята, меньше озабочена всякими мыслями, но счастлива я не меньше. Но и не больше.