Омфал

Слегка альтернативная реальность. По времени примерно соответствует нашему двадцатому веку. С поправкой на североамериканский континент. Основное отличие от нашей действительности - вера в Господа в мире, созданном волей Теда Чана, крепка и повсеместна.

Наука подкрепляет догматы церкви. Археологи постоянно обнаруживают неопровержимые доказательства божественного вмешательства - останки людей без пупков, деревья без годичных колец. Попадаются кости животных без признаков того, что они были детьми и постепенно взрослели или раковины моллюсков и т. д.

Главная героиня произведения - такой вот археолог. Весь рассказ - ее мысленная исповедь вперемешку с молитвой. И постепенно автор подводит ее к кризису веры. Статья, которая ей попадается в ходе неофициального расследования хищения экспонатов музея, неопровержимо свидетельствует – нет никакого божественного замысла для нашей планеты. Нет никаких оснований считать свой мир пупом вселенной. Нет никакого предназначения для людей. А значит, нет смысла у большинства из того, с чем сталкивается человек на протяжении своей жизни.

Героиня находит выход, но такой фокус под силу не многим. Далеко не все могут полагаться исключительно на себя и брать ответственность за свою жизнь. А вот сильному и независимому археологу оказалось достаточно вопрос «почему?» заменить вопросом «как?»

Интересен и сам сюжет рассказа, и его герой. Но главное сокровище - мир. И вопросы, которые ставит автор.

Вот ради таких вещей я читаю Теда Чана. Роскошная и радикальная альтернативка, рассказывающая о женщине-археологе (время определить сложно, какая-то смесь викторианских порядков и современных технологий), популяризирующей науку и веру с помощью раскопанных артефактов. Артефакты не простые - мумии без пупков, спилы окаменевших деревьев без годовых колец в середине - и как дважды два доказывают факт Творения и даже конкретную дату Божьего промысла. Уже сами по себе декорации выглядят изумительно, хочется побольше у знать о мире, потрогать, пощупать, понюхать, а Чан еще и добавляет сложнейшую драму, бросая героиню в экзистенциальный кризис веры, ломая ее принципы и заставляя переосмыслить все ее представления о жизни, ее смысле и целях человечества.

Все это подано в крутой концентрации, которую бы разбавить и был бы фейерверк, но специальность Чана - атомная бомба, на заряд он не смотрит, не влезай - убьет. Вообще, кажется, читатель- это последний, о ком Чан думает, когда ваяет свои экзистенциальные драмы.