Угрозы – удел хвастунов и трусов.

Читая Великое Заклинание, он размышлял о том, что некоторые маги гораздо лучше послужили бы человечеству в качестве составителей кроссвордов.

"I am Satan, also called Lucifer the Light Bearer..."
Cabal winced. What was it about devils that they always had to give you their whole family history?
"I was cast down from the presence of God himself into this dark, sulphurous pit and condemned to spent eternity here..."
"Did you try saying 'sorry'?" interrupted Cabal.
"No, I haven't! I was sent down for a sin of pride. It rather undermines my position if I say 'sorry'!"

Однако с некоторых пор вера ее переросла в отчаяние. Не случайно женщины, которые сперва с горящими глазами утверждают: "Нужно любить козлов", - позже, когда становится ясно, что козлы, которых они любили и которых впустили в свою жизнь, самые что ни на есть закоренелые козлы, вдруг начинают жаловаться, что "все мужчины - козлы". Учитывая, как однобоко они выбирают объекты любви, неудивительно, что они приходят к подобным выводам.

Некромант взял одну и изучил первую страницу. На ней не было ничего, кроме рекламы сигарет – одни лишь названия брендов, напечатанные в столбик несколько раз (для тех времен это был самый продвинутый маркетинг), да заголовки: «ОЖИДАЕТСЯ ЗНАЧИТЕЛЬНЫЙ ПРОРЫВ» и «ВСЕ ЗАКОНЧИТСЯ К РОЖДЕСТВУ». Кабал покачал головой. Такого не бывает. Почему люди всегда ждут, что к Рождеству война прекратится, словно милосердная судьба хочет, чтобы семьи воссоединились к празднику, а все неприятности закончились?

- Ты не представляешь, что значит посвятить себя чему-то. Не понимаешь, каково это - ложиться спать и просыпаться с одной и той же мыслью - мыслью, которая никогда тебя не покидает.

- Это уже не приверженность делу.

- А что же?

- Это одержимость.

- Что ж, если я когда-нибудь получу травму мозга, буду знать - всегда есть возможность сделать карьеру местного политика.

Курил он редко: его прельщала сама идея - иметь хоть один порок, за который его никто не отправит на виселицу.

Стоит человеку пройти через ворота, ведущие в цирк, как он становится рассеянным и беззащитным. 

Когда раздался стук в дверь, Билли Батлер понял, что у него посетитель. Если уж быть точным, то Билли Батлер сообразил, что к нему пришли, по тому, как дверь сорвали с петель и зашвырнули в соседнее графство.

Как ни крути, Йоханнес, по сравнению с тобой прокажённый на оргии и то веселее.

Сатана откинулся на троне и понизил голос, словно беседа ему наскучила.

— Поищи как-нибудь слово «Сатана» в словаре, смертный. Ты найдёшь такие термины, как «первородное зло», «воплощённый порок» и «прародитель греха». Если ты найдёшь там «хороший мужик», «славный малый» и «олицетворение справедливости», то я бы посоветовал тебе купить другой словарь. Ты принимаешь сделку?

Если когда-нибудь получу черепно-мозговую травму, надо иметь в виду, что карьера мелкого политика для меня всегда открыта.

“I was cast down from the presence of God himself into this dark, sulphurous pit and condemned to spend eternity here—”
“Have you tried saying sorry?” interrupted Cabal.
“No, I haven’t! I was sent down for a sin of pride. It rather undermines my position if I say ‘sorry’!”

– Ты вообще интересуешься психологией? – спросил Хорст.
– Разумеется, нет, – ответил Кабал. – Я – ученый.

Поверь мне, когда человек говорит о том, что его восхищает, он и других людей заражает своим энтузиазмом. Настроение передаётся.

Видишь ли, люди, желающие хорошо провести время, теряют бдительность. Раз - и они уже у тебя на крючке. 

Музыкальный гений, решивший поставить мюзикл «Некрономикон», получил все, чего заслуживал: деньги, славу и чудесную кончину в лапах невидимого монстра, который разорвал его на куски.

– Привет, Руфус, – сказал он ровным голосом. – Разворачивайся и проваливай. Спасибо.