На его глазах аттракционы и шатры рассыпались и приобретали новые жуткие формы. Вся сцена напоминала триптих Босха «Сад земных наслаждений». Не самое лучшее место, чтобы прийти с семьей.

Иоганн Кабал ненадолго замер, на лице его медленно проступала очень неприятная улыбка, словно в замедленной съемке показывали, как разрастается меланома.

— Я – Сатана. Также имя мне Люцифер, или Носитель света…
Кабал поморщился. И почему дьяволам всегда нужно пересказывать свою историю?

Некромант сурово взглянул на птицу.
— Почему ворона, а не что-нибудь стильное? Хотя бы ворон. Или грач.
— Ка-а-ар!
— Пингвин. Я бы даже не стал особо привередничать.

По истечении десяти минут Тимоти Чемберс из милого приличного парня, несколько склонного к фантазированию, превратился в потенциального серийного убийцу, поджигателя и каннибала.

Из внутреннего кармана он извлек тонкую сигару. Курил он редко: его прельщала сама идея – иметь хоть один порок, за который его никто не отправит на виселицу.

Никто не приходил на Гримпеновское кладбище без острой на то необходимости. Даже самый циничный, обкуренный опиумом поэт нашел бы множество других дел, вместо того чтобы сидеть на одной из могильных плит этого кладбища и сочинять сонет.

Несколько мгновений потребовалось на то, чтобы осознать – он больше не в Аду. Когда он наконец понял, что его бесцеремонно переместили, то изрек грязное ругательство на языке, мертвом уже восемь тысяч лет, умудрившись проявить себя одновременно эрудитом и грубияном.

— И да благословит вас Бог? – прошипел Кабал.
— Им это понадобится, – ответил Хорст.

Цирк продвигался все дальше и дальше, из города в город, оставляя за собой тонкий след страданий и раздора.

<...> Для него девушка была всего лишь игрушкой, с которой он развлекался время от времени. А он из тех типов, что ломают игрушки. Поэтому я решил, что он заслужил куклу, которая для разнообразия поиграет им.

— А что, если я не хочу знать?
— Что ж, ваше право. Но вам не кажется, что вы уже достаточно долго ничего не хотите знать?

Некромант выругался, используя древнее нецензурное выражение, в котором упоминался половой акт между представителем вымершего племени и вымершим животным.

Когда раздался стук в дверь, Билли Батлер понял, что у него посетитель. Если уж быть точным, то Билли Батлер сообразил, что к нему пришли, по тому, как дверь сорвали с петель и зашвырнули в соседнее графство.

Кабал ощутил, как сквозь него прошло зло – нечто среднее между горем и зубной болью. С этим чувством Кабал познакомился, пока создавал цирк, но привыкнуть к нему так и не успел.

Ни ярмарки, ни цирки по своей природе не дают вам богатого опыта. Их единственная задача – развлечь, заставить забыть о серой рутине будней, затянуть в атмосферу необычайного. Огни ослепляют, представления потрясают, аттракционы восхищают, ларьки разочаровывают, но это все равно приятно. Веселое вытягивание денег и очаровательный способ перехитрить неуверенность в себе – вот что такое цирк.

— Я тебя предупредил, Кабал. Теперь приготовься почувствовать на себе ужасный гнев Малефикара!
Неподалёку заблеяла овца и испортила весь эффект.

Рейчел сияла от счастья настолько, насколько это было возможно в присутствии Теда, но внутри ее снедали противоречивые мысли. С одной стороны, Тед поступил очень мило и выиграл ей куклу, пусть даже она догадывалась, что отчасти он сделал это назло симпатичному джентльмену в тире. Однако сам факт, что Рейчел лишь подозревала, но не была уверена, показывал, насколько плотный кокон иллюзий она соткала вокруг себя.

Согласно некоторым экспертам, мысль и основанное на ней действие морально равноценны.

Человек, который от злости бледнеет, ударит скорее, чем тот, кто от злости краснеет.