Desert Places

Мёртвое остаётся мёртвым, независимо от того, кто оно.

Это были мои собственные наручники. Они были у меня со Дня всех святых 1987 года, когда нам с Софи, моей тогдашней подругой, преподнес их в шутку один знакомый. Сначала подарок нас несколько смутил, но уже следующей ночью я приковал Софи к спинке кровати. Впоследствии я сковывал этими наручниками и других женщин и позволял им сковывать меня. Я сковал ими Орсона. И вот теперь он сковал меня. Долбаная прочная сталь!

– Тебе попалось гнилое яблоко, и теперь ты думаешь, что все яблоки такие на вкус?

Потому что человек не может идти по жизни, не влюбляясь время от времени в кого-нибудь.

Никогда не учи человека с заряженным оружием, как он должен себя вести.

Теперь ты больше не порхаешь бесцельно по жизни, подобно всем остальным людям, слепой к позывам той чёрной дыры, которую ты называешь сердцем. Будь благодарен мне за это. Теперь тебе известно, на что ты способен. Немногие узнают такое про себя. Но мы с тобой живём честно, ты и я. Такова природа, Энди.

Ты отомстил матери за то, что она произвела тебя на свет.

У нас с тобой чёрные сердца, но они прекрасны.

Ничто не может быть таким же опустошающим, как память о том, что я увидел и что сделал сам.

Когда ты делаешь дело хорошо, разве тебе не хочется, чтобы тебя признали?

Моя душа оставалась токай же грязной, какой и была.

Неважно, что наркотики хранятся в запертых шкафах; ключи от этих шкафов лежат в незапертых ящиках.

Когда человек знает, что его смерть неминуема, он пообещает все что угодно.

Некоторые малодушно теряют целые годы своего детства. Они засовывают воспоминания в глубины подсознания, чтобы те глодали их лишь понемногу, маленькими, безболезненными укусами.

-"Я так уже увяз в кровавой тине, что легче будет мне вперёд шагать, чем по трясине возвращаться вспять".

Мертвое остается мертвым, независимо от того, кто оно.

Потягивая пиво, я оглядел пустой зал: голые бетонные стены, ни музыкального автомата, ни неоновых вывесок с марками пива. Не было даже плакатов с образцами ковбойского остроумия, призванных изобразить культуру Дикого Запада для проезжающих мимо жителей Восточного побережья вроде меня. Просто убогое, безнадежное место, в котором напиваются убогие, безнадежные местные жители.