Цитаты из книги Chodząca katastrofa

— Когда ты появился на нашем семейном дереве, надо было тебя сразу же отпилить.

А я не мог оторвать от нее глаз, — наверное, именно так она обычно выглядела по утрам, когда вставала с постели… Чтобы отвлечься, я стал прогонять у себя в голове первые десять минут фильма «Спасти рядового Райана». Кровь. Крики. Вспоротые животы. Гранаты. Артиллерийские залпы. Опять кровь

А с людьми, которых уважать не за что, лучше общаться как можно меньше.

Женщина, которая стоит таких страданий, не станет кидаться тебе на шею.

У меня есть идиотская привычка срывать гнев на тех, кто мне дорог.

Толпа расступилась перед ним, как Красное море перед Моисеем.

Leaving emotion at the door, and replacing it with numbness, or anger—which was much easier to control—was easy.

Я хотел кивнуть и обнять его, но ничего у меня не получилось. Вместо того чтобы бороться за маму, я был наверху, торчал в ванне как истукан. Я уже разочаровывал ее. Собрав в узелок путающиеся мысли, я пообещал, что сделаю все, о чем она мне говорила, когда мое тело снова заработает. Как только грусть пройдет, я буду не переставая играть и не переставая бороться. Это и правда очень трудная задача.

Не часто человеку удается так остро почувствовать, что он именно там, в том единственном месте на земле, где ему и хотелось быть.

Женщины вечно оправдывают свои поступки тем, что сами себе навыдумывали.

"There's a girl, Dad." He smiled a bit. "A girl." "She kinda hates me, and I kinda..." "Love her?" "I don't know. I don't think so. I mean...how do you know?" His smile grew wider. "When you're talking about her with your old dad because you don't know what else to do.”

Истина часто оказывается страшной.

Когда мы с тобой не вместе, все становится каким-то бессмысленным.

— Знаешь, я готов все пережить сначала, с того самого дня, как мы впервые встретились. Пускай бы каждая секундочка повторилась, лишь бы в итоге мы оказались вместе, как сейчас.

Жизнь без тебя, Голубка, — это единственное, чего я боюсь.

— Ты не можешь указывать мне, что делать, Трэвис! Я тебе не принадлежу! Ее слова всколыхнули во мне затаившуюся злобу. Я подошел к кровати и, опустив руки на матрас по обе стороны от бедер Эбби, наклонился к ее лицу. — Зато я принадлежу тебе! — прокричал я, вложив в этот крик столько силы, что кровь отхлынула от лица.

— Мой дом — это ты.