Nocny film

Жизнь таварняком мчится к одной единственной станции, и те, кого мы любим , пролетают мимо пятнами цвета и света.

Подлинного успеха добился тот, кто по себе оставил много любви и света.

По моим наблюдениям, подонки цветут и пахнут в лучших епархиях.

– Ты меня не забудешь? – прошептала она.
– Это физически невозможно.
– Обещаешь?
– Тебя хорошо бы поставлять с таким ярлыком, знаешь: «Не снимать этот ярлык. Не то полюбите ее – и привет».

Игрушки кончились, когда Сэм было года три. И, точно невинно осужденная, попросту очутившаяся не в том месте не в то время, она смирилась и решила стоически отсиживать свой срок (детство) под надзором бестолковых надзирателей (моим и Синтии) и дожидаться УДО.

Он умер в одиночестве?
– Все умирают в одиночестве.

Как правило, я не доверяю мужчинам с вышивкой на одежде.

Все-таки прекрасен этот город: пусть ты провел несколько нервных часов в сельском пейзаже, среди медсестер, которые бросаются тебе под колеса, и диковатых семей, но Манхэттен все ближе, ты смотришь на ощетинившийся городской силуэт – а затем на мужика, который только что подрезал тебя на «ниссане», извергающем техано-польку на максимальной громкости, – и понимаешь, что мир по-прежнему хорош.

– Что они смотрят? – тихо спросил я.
Миновав гигантское упавшее дерево, а затем Нору, я наклонился – в траве что-то лежало ничком. Оказалось, старый плюшевый медведь.
– А что? – обернулся Хоппер.
– Поймем, что за люди. Если хардкорное японское аниме, дела плохи.

Можно относиться к Кордове как угодно – одержимо пересматривать, равнодушно пожимать плечами, – но он живет, чтобы мы были против.

Возможна ли категорическая истина, если она обитает исключительно у тебя в голове, бок о бок с грёзами?

– В темноте быть собой проще. Не замечал? Надо, наверное, поспать. – Кровать вздрогнула, когда Нора соскочила и побежала из комнаты. – Спокойной ночи, Вудворд.

– Спокойной ночи, Бернстайн.

Я был так накручен, что не уснуть, меня по пятам преследовала инерция, и нечем было ее объяснить – разве только смутной догадкой, что лучшие годы жизни позади и улетучились шансы, которые в юности я так естественно предвкушал.

The most unreliable witness still has the truth inside them.

Some people don’t want to be sober. They don’t want reality. After life trips them, they choose to stay facedown in the mud.

People don’t realize how easy life is to change. You just get on the bus.

He was real hardworking at being illegal.