Во Франции зачастили необычные книги про нацизм. Лоран Бине в своем HHhH превратил убийство Гейдриха в личные мемуары, "офранцузившийся" американец Литтелл в "Благоволительницах" устроил удивительную версию Швейка. Оливье Гез же будто новеллизировал статью из википедии, стилизуя это дело то под "Зону интересов" Эмиса, то под "Банальность зла" Ханны Арендт, проблема которой в том, что помимо безнаказанности в послевоенной биографии Менгеле нет ничего интересного, как и в его фигуре в принципе, помимо числа загубленных им жизней. Его неуловимость связана не с талантами, а с богатством семьи и удачно сложившейся конъюнктурой в мире, к портрету преступника не добавлено каких-то неизвестных ранее деталей, помимо того, что он до старости отравлял существование окружающим. Вместо дотошной хроники автор настойчиво лезет в мысли и фантазии своего героя, что странно выглядит в формате как бы нон-фикшена, поэтому когда Менгеле бьет тарелки и кувыркается с женщинами, не очень понятно, на каких документах это основано. А ещё писатель пользуется случаем отвлечься на что угодно, дабы увеличить количество страниц - то на Перона, то на венгерских фермеров, то на похищение еврейского мальчика собственным дедушкой-ортодоксом, но при этом не удосужился выстрелить из повешенного им же "ружья" - чемоданчика с исследованиями, так и не продемонстрировав, что весь "вклад в науку", которым протагонист прикрывал свои преступления, равен нулю. Эти шатания так и не позволили произведению определиться, чем оно является: для романа тут слишком мало сюжета и серьезной драматургии, для исторического - нет свежих фактов, зато немало додумываний и шитья белыми нитками. Любопытнее всего, пожалуй, подъем второй волны внимания к нацистским злодеяниям, выросшее из потребности нового поколения немцев осмыслить случившееся с их родителями, которая, сфокусировавшись на "подвигах" Ангела Смерти, и надула его, сделав суперзлодеем кино и беллетристики семидесятых. В остальном получились серые будни унылого и постоянного ноющего живодёра, поймай которого моссад - и был бы ещё один Эйхман. Наверное, поджопник фашистам никогда не бывает лишним, однако личность для этого можно было выбрать намного более пёструю: от мгновенно сгинувших Одило Глобочника и Дирлевангера до прекрасно живших после разгрома фон Бах-Зелевски и Отто Скорцени.
110 понравилось
