The Paper Grail

Поразительно, - откликнулся Говард. На ум ему не шло  никакое другое слово, разве что, может быть, "патологично" или "гнусно" или ещё какое-нибудь выражение из дешевого романа ужасов.

Говарду почудилось, что теперь в кривляниях появилась жутковатая без временность, что она забыла, что делает, и не видит причины останавливаться..... В ней не было ни угрозы, ни магии, ни силы.

Это - как заново идти по карте или разбираться, как выйти из лабиринта. Невозможно увидеть все взаимосвязи разом, нужно прослеживать их одну за другой.

Нечто огромное - энергия роста, смены времён года, вращения Земли и самих звезд - потекло через него, наполняя, как красное вино кубок.

Грааль, говоришь? Что же тебя всё так чертовски тянет к конкретному? Он не предназначен для того, чтобы "употребить его на дело". Мир полон вещей, которые ни на что не употребимы.

И почему-то, сидя ночью мини-вене, готовясь нанести удар по врагу, он впервые за много месяцев - а может быть, и лет - почувствовал, что что-то имеет значение. Словно он целую вечность смотрел на мир одним глазом,  а теперь открылся второй, и мир обрёл глубину.

Легкомысленно так убить целый час, но это дало ему время подумать, и почему-то наклеивание переводилок показалось ему правильным и странно уместным. Он по уши увяз в безумных затеях, и это ничем не безумнее других.

Глядеть фактам в лицо, Гвен, слишком утомительно, особенно если тебе не нравится, что ты видишь в зеркале.

Я впервые слышу, что у меня есть "социальная совесть", как вы её называете. Когда политизируешь мораль, сразу её теряешь. Вот что я думаю.  Совести стандартного образца мне вполне хватает.

Никогда нельзя отрицать, что у вас есть совесть. А не то однажды утром проснётесь и обнаружите, что правы.