«Все то красивое, что оставалось в библиотеке, – фрески, горгульи, витиеватые заглавные буквы – пало жертвой сжимающегося пространства. Не считая книг, которые остались, пусть теперь лежали не на полках, а на полу, у локтей. Лежали в пыли, и уголки их лоснились от грязи, а страницы провисали, словно жировые складки, между костями переплета.Разумно было бы ожидать, что эти книги – самые достойные, самые ценные и хранящие тайные знания, смысл всей коллекции. Зачем же еще хранить их в такой неудобной шахте? Но это обычные романы, сборники сказок и старомодные семейные хроники. Воплощение посредственности. Мне среди них самое место. Такое чувство, словно я забрел в шахту, но вместо угля или минералов тут книги – они и руда, и потолок, и пол. Если бы я лег на спину и выбрал том из плотно упакованных «ребер» наверху, думаю, последующее обрушение меня бы похоронило. То, что в основной библиотеке казалось приятным запахом, здесь ощущается как нехватка воздуха; кажется, здешние книги вдохнули всю сладость, а выдохнули разреженный газ с кисловатым привкусом.»
Читать далее