Участь кобеля

– Ты уверена, что это не удобрения, собачка? – машинально проговорила Василиса, внутренне собираясь и настраиваясь на действие. Однажды они несколько часов кряду обшаривали огромные, заросшие жуткими колючками ангары, пока Василисе не пришло в голову прочитать, что написано на обрывке мешка. Обрывки валялись повсюду. Это был их первый, и пока единственный прокол. – А то! – Марфа поднялась на задние лапы, обнюхала панель замка и после секундного раздумья, пробормотав: «так-так-так, говорит пулемётчик, так-так-так, говорит пулемёт», – уверенно отстучала носом некий ритм. Диод на пульте засветился. – Вот и не заперто больше. Входим?

– Я бы и не то ещё с тобой сделал, – проговорил Виктор тоном записного сердцееда. – Только как на это посмотрит вон та скверная псина?.. – А она отвернётся, – сказала Василиса. – Псина?.. – Больно надо глядеть на вас, – фыркнула Марфа высокомерно. – Лижитесь, сколько угодно. – И побрела по аллее прочь, фальшиво напевая: «Пойдём со мною, бежим со мною, летим со мной, летим! Рискни приятель, пусть ворон каркал, чёрт с ним…» На загривке у неё беззащитно и трогательно топорщился беленький бантик повязки.