Отзывы о книге Девушка напротив

Очень жестокая книга. Страшная и безжалостная. Вдвойне тяжёлая оттого, что основана на реальных событиях. О нашумевшем убийстве Сильвии Лайкенс из Индианы написаны несколько книг, пьеса, сняты фильмы и клип. Но не уверена, что готова с ними знакомиться. Пожалуй, прочитай я вдумчиво аннотацию, не стала бы брать в руки и это произведение. Слишком беспощадное и откровенно злое.

После аварии Мег и её сестра-калека Сьюзан, оставшись сиротами, поселяются в доме семейства Чандлеров. Хозяйка Рут Чандлер становится опекуном для детей. Первые дни в новом жилище будто не предвещают беды. Но в какой-то момент "маленькие тревожные звоночки" перерастают в нечто большее — садистское, извращённое, больное по сути...

Страшит не столько бытовое насилие: истязание девочки-подростка и её младшей сестры, сколько равнодушное молчание общества. Какая-то зловещая тишина висит в воздухе. Окружающие люди, словно сторонние зрители, исподтишка рассматривают ужасающее представление. Не желают понимать и принимать происходящее.

Все это было похоже на дурной, болезненно-мрачный сон. И я сделал то, что делают во сне. Я стал пассивно наблюдать за тем, как разворачивается мой сон.

Это было как в кино. Конечно, иногда это было страшное кино – такое, в котором ты переживаешь за героя и героиню – сумеют ли они вырваться из очередной западни. Но и только. Просто кино. Когда оно кончается, ты, получив свою порцию страхов и волнений, встаешь и выходишь из темного зала, оставляя все позади.

И главный герой Дэвид, от лица которого ведётся повествование, самый настоящий преступник. А взрослые? Как можно не замечать страдания у себя под боком? Или игнорировать чужие слёзы? Но вся их позиция — это сторона. Стала бы добропорядочная миссис, мать троих сыновей, приютившая двух сироток, обижать девочек? А если Рут Чандлер и подняла руку на ребенка, то лишь с благой целью научить уму-разуму! Для юной Мег розги были лишь началом, прелюдией к спектаклю, в котором главную роль играли монстры.

... что происходит с нами, когда мы начинаем верить в то, что эти монстры – тоже люди.

Мне не жаль ни одного из этих чудовищ. Подростки, избежавшие наказания, заслуживают много большего, а не порицаний и покачивания головой "онижедети". Нет, это не дети, это выродки, нелюди, мнящие себя вершителями судеб. Впрочем, яблоки от яблони...

В процессе вскрытия тела Лайкенс судмедэксперт насчитал на её теле около 150 ран различной степени тяжести. Эта девушка могла бы выучиться, влюбиться, выйти замуж, родить детей и счастливо состариться. Или несчастливо, или не влюбиться. Но она могла бы до сих пор жить!

Книгу никому не советую. Но помните, иногда детские крики за стеной это не просто шалости. Возможно, это крики о помощи.

https://emoticons.do.am/1/33/72.gif"> Немного статистики от ЮНИСЕФ:

▸Три четверти всех детей в возрасте от 2 до 4 лет в мире – около 300 миллионов – подвергаются дома психологической агрессии и/или физическому наказанию со стороны лиц, осуществляющих уход за ними;

▸Около 6 из 10 годовалых детей в 30 странах с доступными данными, регулярно сталкивались с насильственными методами воспитания. Почти - половину детей в возрасте 1 года трясли в качестве физического наказания, и почти 1 из 10 детей били по лицу, голове или ушам.

▸Во всем мире, 1 из 4 детей в возрасте до 5 лет – 177 миллионов - живут с матерью, которая является жертвой насилия со стороны близкого партнера.

▸По всему миру, около 15 миллионов девушек в возрасте от 15 до 19 лет страдали от принуждения к сексу на протяжении их жизни.

▸Только 1% девочек-подростков, которых принудили к сексу, обратились за профессиональной помощью.

▸Данные из 28 стран указывают на то, что в среднем, 90% девочек-подростков, которых принудили к сексу, сказали, что они знали преступника, который совершил насилие в первый раз. Данные из 6 стран выявили, что друзья и одноклассники часто являются злоумышленниками, которые совершили сексуальное насилие в отношении мальчиков-подростков.

▸По всему миру, каждые 7 минут подросток погибает от насильственной смерти.

▸Только в 2015 году от насилия погибли 82,000 подростков в мире.

▸Половина детей школьного возраста - 732 миллиона- проживают в тех странах, где телесное наказание в школе не запрещено в полном объеме.

Это самая жесткая книга из всех, которые я читала. Хотя не могу назвать себя нежной орхидеей. На многие болезненные темы спокойно читаю, а тут было тяжело. Даже пришлось перерыв в несколько недель делать.
Думаю, причин две – в книге очень много подробных сцен издевательств над юной девушкой Мег и факт того, что написана она от лица 12-летнего мальчика Дэвид, который наблюдает все происходящее и периодически в этом участвует.
По сюжету Мег и ее младшая сестра Сьюзан приезжают в дом Рут Чандлер. Девочки недавно потеряли родителей в автокатастрофе, Сьюзан с трудом передвигается – она сильно пострадала в этой аварии. Мег чувствуют двойную ответственность за сестру – на правах старшей и из-за состояния здоровья Сьюзи. У Рут сыновья – Вуфер (Ральфи), Донни, Вилли. Она воспитывает их одна. Ну... как воспитывает... Она любимица местных детей, так как разрешает пить пиво, курить и т.д.
С самого начала автор показывает группу детей жестокой и странной. Чего стоит их «Игра», которая определенно выходит за рамки нормального. А некоторые и вовсе неадекватны – например, Эдди и Дениз. На фоне остальных Дэвид просто паинька. Он проникается симпатией к Мег. Но в какой-то момент все идет не так.
Автор понимает большое количество важных проблем: бездействие полиции, жесткость детей, которая под влиянием безумной Рут превращается в садизм, ответственность несовершеннолетних перед законом (точнее – безответственность), молчание как преступление.
Важна ли эта книга? Да, безусловно. Особенно учитывая, что она основана на реальных событиях. Убийство Сильвии Лайкенс было очень жестоким, и Джек Кетчам воспроизвел многие детали в своей книге, хоть и переработал эту историю.
Но рекомендовать ее к прочтению я не рискну именно из-за огромного количества садистических сцен. Кажется, связывание и порка – это самое легкое из того, что испытала девочка. Но если вы уверены в своих нервах, читайте. Для любопытствующих скажу, что есть одноименная экранизация этой книги 2007 г. и оставлю ссылку на реальную историю Сильвии Лайкенс.

Трудно осознать, что человек, которым ты восхищался, которого считал другом, оказался на стороне зла. Возникает желание как-то его оправдать, понять, найти тысячи объективных причин смолчать, остаться верным ему, несмотря на действительность, а действительность непреложна - перед тобой абсолютное зло.

Повествование в романе ведется от первого лица. Главный герой Дэвид, уже будучи взрослым человеком, вспоминает события произошедшие в захолустном американском городке в 1958 году, когда Дэвиду было двенадцать лет. Тогда Дэвид дружил с мальчиками семьи Чандлер, их было трое и они жили с матерью Рут по соседству с семьёй Дэвида.

Дэвид часто бывал в доме Чандлеров, иногда ночевал там и очень уважал и восхищался Рут Чандлер. Рут была не похожа на мать Дэвида и на других взрослых вообще, она общалась с подростками не как родитель, а скорее как старший опытный товарищ, как авторитет, главенство которого беспрекословно признают, но при этом считают человеком своего круга. Рут, взрослая женщина, мать троих детей, в присутствии подростков пила пиво (и позволяла немного выпивать мальчикам), курила, рассуждала на разные темы, не стесняясь касаться половых и сексуальных вопросов.

Она наклонила баночку с пивом и отхлебнула из нее. – Расскажи еще про хучи-ку, – сказал Вилли. <...> – Да, – сказал Вуфер. – На что оно было похоже? Я так и не понял. Рут рассмеялась. – Танцующие девушки, я же тебе сказала. Вы что, вообще ничего не знаете? Ну полуголыми танцевали. Некоторые из них. Она подтянула выцветшее платье до середины бедер, подержала мгновение, потрясла им в нашу сторону и снова опустила. – Юбки вот до сих пор, – сказала она. – Махонькие лифчики. И всё. Ну иногда рубин в пупке или еще что-то. И небольшие темно-красные круги, нарисованные здесь и здесь. Она указала на соски и медленно обвела их пальцем. И посмотрела на нас: – Ну и что вы скажете об этом? Я почувствовал, что краснею.

Дэвид никогда не говорил своим родителям ни о чем из того, что слышал и видел в доме Чандлеров, так как этого требовала Рут, да и Дэвид сам понимал, что его мать тогда сразу же настрого запретит ему ходить к Чандлерам. Рут была своим человеком и предать ее было недопустимо.

В 1958 году в доме у Рут стали жить две сестры: Мэг четырнадцати - пятнадцати лет и Сьюзан лет десяти. Девочки были дальними родственницами Рут. Мэг и Сьюзан с родителями попали в автомобильную аварию, родители погибли и сестер отдали под опеку Рут. Отношения сестер с Рут, особенно Мег и Рут сразу же были напряженными, постепенно перерастая в ненависть со стороны Рут.

С некоторого момента в романе начинается кромешный ад.

Рут является идеологической, санкционирующей и главной движущей силой процесса истязаний девочки, но самое страшное в романе не то, что творит психопатка Рут, а то как она вовлекает в данный процесс своих сыновей и других детей. Рут, в результате прогрессирующей психопатии, даже не пытается скрывать, происходящее в подвале ее дома, от подростков из компании своих детей. Сыновья Рут с самого начала активно участвуют в процессе, Дэвид с самого начала является свидетелем пыток, со временем и другие окрестные подростки ходят в подвал к Чандлерам, как в игровой клуб, "развлекаются" с живой куклой. Ситуация становится до ужаса обыденной.

Я заводил разговоры с ребятами нашего квартала, каждый из них имел какое-то представление о том, что происходит у Чандлеров – у некоторых оно было довольно-таки смутное, у других вполне определенное. Но мнения своего никто не высказывал. Словно это была гроза или заход солнца, какое-то природное явление, нечто такое, что просто происходит. Никто же не обсуждает летний дождь.

И в основном мы сидели вокруг верстака, играя в карты, или листая журналы и попивая колу; мы болтали так беспечно, словно Мег вообще не существовало, и лишь время от времени мы дразнили или оскорбляли ее. Издевательства стали привычным и обычным делом. Она оказывала на нас такое же действие, как на охотников – общая добыча, – Мег стала центром нашего клуба. А в нем мы проводили почти все свое время. Стояла середина лета, а мы все были цвета рыхлого теста от долгого сидения в подвале. Мег сидела или стояла, привязанная к балкам; она молчала, да и мы ее особо не трогали. Разве что у кого-нибудь появлялась новая идея – новый способ поиздеваться, – и тогда мы испытывали ее на Мег.

В романе очень хорошо показано, как абсолютно дикая ситуация может выглядеть в глазах подростков. Да, дети могут быть очень жестоки, но Дэвид абсолютно не жесток, он не подвержен очарованию вседозволенности, ему с момента знакомства очень понравилась Мэг, и, тем не менее, даже Дэвид очень долго не может правильно понять происходящее, несмотря на всю очевидную мерзость ситуации. Дэвид растерян, он не понимает как ему себя вести, не понимает своих чувств. На Дэвида очень давит авторитет Рут, он до определенного момента считает, что Рут контролирует ситуацию, что это какая-то жестокая игра, которую Рут остановит и все станет по прежнему, что это такой способ наказать Мэг, очень жестокий, но ведь все взрослые наказывают и бьют детей.

Дэвид иногда допускает мысль, что Мэг сама во всем виновата. Но, постепенно, благодаря своим душевным силам, Дэвид прозревает и тем самым спасает самого себя. То, что случилось ломает Дэвида, он никогда не сможет очистится, но все же он нашел в себе силы дать себе шанс на относительно нормальное будущее.

Книга очень хорошая, но очень специфическая. Если вы не выносите книг, где издеваются над детьми, то данный роман вам противопоказан категорически. Остальные, прочитав книгу, смогут понять, что стремление некоторых современных детей выкладывать на всеобщее обозрение в интернете свои подвиги - это далеко не самое страшное, было бы на порядок страшнее, если бы они это не выкладывали. Сейчас видео из подвала Чандлеров обязательно попало бы в сеть, и для Мэг это было бы лучшим вариантом в такой ситуации.

Это преступление до сих пор считается в Индиане одним из самых тяжких за всю уголовную историю штата. Случилось оно в пригороде Индианаполиса, в далеком уже 1965-м. Тогда Гертруда Банишевски, ничем в общем-то не примечательная домохозяйка, с помощью своих и соседских детей замучила до смерти Сильвию Лайкенс, девочку-подростка, которую незадолго до этого сама же взяла под опеку. Насилие над ней растянулось на долгие недели: началось все с оскорблений и оплеух, а закончилось средневековыми пытками в подвале.

После был громкий судебный процесс, броские заголовки в газетах, прошения о помиловании и – в пику им, требования смертной казни, словом, все то, что традиционно подобные дела окружает. В конце концов все виновные понесли наказание; некоторые из них, ввиду своего юного возраста, весьма символическое.

«Девушка напротив» Джека Кетчама была опубликована в 1989 году и, по большому счету, роман этот есть художественный пересказ тех трагических событий. Тот самый случай, когда все имена и фамилии вымышлены, но совпадения НЕслучайны. Банишевски превратились в Чэндлеров, Сильвия Лайкенс – в Мэг Луэлин, всё остальное – подвал, дети, исключительная жестокость – осталось на месте.

Сильвия Лайкенс, Гертруда Банишевски

Главный герой романа – двенадцатилетний Дэвид Моран. Он живет в соседнем с Чэндлерами доме и крепко дружит с сыновьями Рут. Последнюю, в силу своей юности, он считает по-настоящему классной и клевой, что в общем-то неудивительно. Побитая жизнью, с вечной сигаретой в зубах, Рут Чэндлер позволяет соседской ребятне если не все, то многое. Хочешь пива – бери в холодильнике. Сигареты? На книжной полке. И никаких «мисс Чэндлер», зови меня просто Рут. Очевидное её безразличие принимается детьми за прогрессивные взгляды, отсутствие контроля и каких-либо запретов – за добродетель. Хей, остальным до Рут как до луны!

Привычный ход вещей в доме Чэндлеров нарушает появление Мэг Луэлин и её младшей сестры-инвалида Сюзан. Родители девочек погибли в аварии и опека перешла к их тете, Рут, как к ближайшему родственнику.

Довольно скоро в доме Чэндлеров, один за другим, начинают вспыхивать конфликты. Действия Мэг, даже самые безобидные, житейские, из раза в раз натыкаются на яростные истерики. Рут то и дело попрекает сирот куском хлеба, бездельничаньем, высокомерием. Инстинктивная пощечина, которая Мэг дает одному из её сыновей – тот схватил её за грудь, – приводит к первому избиению девушки. После следует второе, третье. Вскоре Мэг отказывают в еде. Когда она начинает искать помощи на стороне, демонстративной порке подвергается уже Сюзан – так Рут лишает Мэг воли, бьет в её слабое место. В конце концов, Чэндлеры бросают её в подвал, из которого Мэг живой уже не выйти.

Дэвид – свидетель всего этого кошмара, до самого его конца. В самих истязаниях он не участвует, однако пользуется его плодами: спускается в подвал, чтобы посмотреть на обнаженное тело девушки, присутствует на экзекуциях; как и все остальные, он охвачен зыбким и нечистым чувством бесконечной власти над Мэг. Вообще его персонаж большая и, пожалуй, главная удача Кетчама. Дэвид не плохой, вовсе нет. Он понимает, что происходит что-то неправильное, жуткое, но побороть стереотипы – «взрослые лучше знают, что делают», «все воспитывают детей розгами», «это же наша Рут!» – у него получается не сразу, а когда это ему наконец удается, уже слишком поздно.

«Девушка напротив», безусловно, роман взросления. «Мальчишечьи ужасы». Однако, в отличие от большинства своих коллег, Кетчам пишет об обратной стороне детства, о его слабости, уязвимости, порочности, в конце концов. При этом автор никого не оправдывает и не осуждает – просто пишет: она подошла, она сказала, он подумал и сделал, добиваясь этой своей отстраненностью по-настоящему жуткой реалистичности происходящего на страницах. Такой, что от книги порой хочется просто отмахнуться, забыть о ней, сказать «так не бывает». Но ведь бывает же... Бывает, черт возьми! Воистину, детство это время, когда дружба – крепче, клятвы – тверже, а жестокость – немотивированней.

Итог: очень тяжелый, трудный роман, затрагивающий такую непростую тему, как детская жестокость. Программное произведение Джека Кетчама, яркое и как никогда злободневное.

Это книга из жанра "садизм" (можно уже и такую категорию выделять). Реальное преступление, произошедшее в США в 1965 году, Дж. Кетчам перенес в 50-е годы, несколько изменил действующих лиц, но полностью оставил все жуткие пытки, истязания, унижения, через которые прошла 16-ти летняя девушка в приемной семье, где и умерла через три месяца в подвале от нанесенных увечий.

Сюжет книги: сестры 14-летняя Мег и 8-летняя Сьюзан Лафлин после автокатастрофы, в которой погибают их родители, попадают в семью ближайшей родственницы - Рут Чандлер. Мужа у Рут нет, есть три сына. Через пару недель после того, как девочки поселяются в новой семье, начинают твориться те ужасы, которые приведут к гибели Мег.

Сказать, что это жуть, жесть, ужас и кошмар - не сказать ничего. Откуда берутся такие маньяки, как втягивают в свои преступления окружающих и почему никто ничего не видит? Крайняя бедность и депрессивное состояние, зависимость детей от неадекватных родителей, психические проблемы, равнодушие окружающих - целый спектр проблем приводит к таким трагическим случаям.

А что же про книгу? Прочитала я её быстро, некоторые особенно отвратительные моменты пролистывала. Рассказ ведется от лица соседского мальчика Дэвида, который хоть и не участвовал в пытках над Мег, но все равно присутствовал при этом и временами даже ощущал интерес и завороженность происходящим. И поэтому создается ощущение, что ты читаешь книгу, написанную самим маньяком (иногда казалось, что автор специально фантазирует на тему, какие бы еще изощренные пытки придумать). Отсюда и возникает такое гадостное и отвратительное состояние после прочтения книги. Здесь нет чувства страха, не щекочет нервы как должно быть при чтении ужасов, здесь хочется захлопнуть книгу от того, что в голове не умещается вся мерзость происходящего.

Оставляю книгу без оценки потому, что для чтения таких событий предпочитаю жанр нон-фикшн, где есть возможность узнать о реальном событии из документов, свидетельств очевидцев, выписок из протоколов, журналистских расследований и т.д. Как художественную литературу такие книги читать не могу из-за слишком высокого градуса эмоциональности. Единственное, что понравилось в книге - это послесловие "Как писалась эта книга". Полностью согласна с автором, что нельзя забывать о таких зверствах, но сама книга мне не понравилась.

Уф, еле добила. Хотя книга читается то быстро, проблема в том, про что я читала. На протяжении около 300 страниц я лицезрела издевательства и пытки одной девочки-подростка, и нет она не попала в руки маньяка или секты, она стала жертвой в своей приемной семье. Добивает окончательно и то, что книга основано на реальных событиях (убийство Сильвии Лайкенс - гугл в помощь). Становится дурно от того, до каких крайностей может дойти человек, от того как на буквально пустом месте может расцветают ненависть и жестокость, и от того, что ваши знакомые из соседнего дома, которых вы знаете десять лет и прекрасно с ними общаетесь, могут пытать ребенка у себя в подвале...

Историю нам рассказывает двенадцатилетний Дэвид, который стал свидетелем и соучастником всех произошедших событий. Обычный такой пацан, живет своей бесшабашной подростковой жизнью, водится с местными ребятами, в меру хулиганит. Ничего удивительного и особенного. А по соседству с ним живет некое семейство Чандлеров, мать одиночка Рут и трое ее сыновей. Наш главный герой с ними отлично ладит, и той самой Рут вообще очарован, она для всей местной шпаны, безусловно, авторитет. Хотя в те времена властью обладали все взрослые, с детьми то не церемонились, а Рут хоть и была жесткой, и вообще женщиной, но прослыла этаким своим пацанов рубахе. Еще бы, разрешает называть себя по имени, угощает пивком... И вот однажды к ней на опекунство поступают дальние родственники - две девочки, старшая Мег и младшая Сюезан. Они чудом выжили в автокатастрофе, унесшей жизни их родителей. Сестры еще не знали, что пережив такую трагедию, их испытания еще не закончились, и судьба занесла их теперь прямиков в ад. Начиналось все вполне терпимо, бытовые склоки, придирки, наказания и настраивания родных сыновей против. Дальше больше, унижения, рукоприкладства...Побитая жизнью и подгнившая внутри мамашка решила отыграться на двух девочек по полной, особенно на старшей, ведь Мег такая красивая, умная, расцветала в настоящую женщину, у которой вся жизнь впереди. Дэвид на это все смотрит, вроде жалеет их, но привязанность к своим друзьям детства перевешивает, да и вообще всех детей наказывают, что ж, значит за что-то заслужили. Это полное равнодушие и безнаказанность, окончательно развязали всей компании руки. Мег запирают в подвале и с этого момента начинается вторая половина книги, где творится полный дурдом. То, что творили с девушкой персонажи книги во главе с Рут пересказывать не хочу, да и просто нет сил. Ребенок умер просто страшной смертью, просто так, ни за что.

Мне очень тяжело далось прочтение этого произведение. Это из раздела полного торжества зла, на что способно человечество не в глобально даже смысле, а отдельно взятая единица. Кто бы мог подумать, что обычная взрослая женщина, мать, сможет сотворить такое с ребенком, да еще и возглавить все действо , поощрять и направлять подростков. А те и рады вознестись над слабым, почувствовать себя богами. Главный же герой, с которого меня отдельно выносило, виновным себя не считает, он же ЕЕ не трогал, и вообще в конце сам стал жертвой, и даже попытался помочь. Молчание - знак согласие? Только ли. Что ему мешало изначально во всем это не участвовать? Да все тоже самое, что и у остальных. Где-то внутри, в душе, однажды в них умер человек. Многие здесь отрывки, абзацы просто вверх предела жестокости. И эта история не только об отдельных мерзких людишках, оно о равнодушии и в чем-то испорченности общества, о том, что насилие как наркотик и вирус, заражает все вокруг. Все же можно было изменить, что в книги, что в реальности, не спасти даже, а просто не допустить полного беспредела. Бьет значит любит, детей надо наказывать, кто старший, тот прав, кто сильнее тот и прав и т.п. и т.д. А потом имеет, что имеем. Вспоминаются похожие по энергетике истории: фильм "Райское озеро", книги "Варварские свадьбы" Кеффеллека, "Райские сад первой любви" Линь, там тоже прекрасно показаны темные стороны людей и нашего мира в целом, сопровождая ощущением обреченности и безысходности. К сожалению, у нас есть все, для того, чтобы подниматься выше, но что-то будет всегда тянуть вниз, в бездну. Первобытное и злое.

Получила.

Это ужасная история. Еще и основана на реальных событиях.

От этого еще страшнее, ведь такие монстры существуют на самом деле.

Мег и ее сестренка остаются без родителей, на попечении у многодетной Рут. Назвать ни женщиной, ни человеком у меня язык не поворачивается.

Монстр, который породил таких же монстров.

Монстр, который когда-то наплодила детей, тем самым якобы разрушив свою жизнь, поэтому решила сместить свою злость на бедных сиротках.

То, что она вытворяла с Мег в подвале нельзя читать спокойно, я то и дело закрывала книгу и давала себе подышать.

Повествование ведется от лица школьника Дэвида, который дружил с этой семьей, ведь здесь ему позволяли то, что дома было нельзя. А именно пить пиво, разговаривать на взрослые темы со взрослой Рут, а позднее наблюдать за "игрой", которую затеяли с бедной Мэг. И как бы автор не пытался оправдать его, я считаю, что он являлся соучастников этого ужаса, и у меня в голове не укладывается, как можно было воспринимать это все в шутку? Неужели нельзя отличить добро от зла в столь юном возрасте?

То, что он потом сам понял, что что-то не так, и слишком поздно, стало его травмой на всю жизнь, оно и понятно. Жить с чувством вины - такое себе удовольствие.

Книга явно не для слабонервных, и я еще долго от нее отходила. Порой смерть - как избавление, и Мег сто раз наверно пожалела, что не погибла в той аварии вместе с родителями.

Наверное, я ничего не понимаю в разделении литературы по жанрам. Наткнулась на эту книгу по чьей-то эмоциональной рецензии. Эмоции читательницы понимаю и всецело разделяю. Я бы нервно курила после каждых нескольких глав, но этой привычкой не обзавелась. Так вот, всегда объединяя ужасы с мистикой, никак не ожидала натолкнуться в этом жанре на роман о бытовом насилии. Ничего таинственного, просто каждый дом в тупиковой улице закрыт от соседей. В начале романа вырисовывается идиллическая картинка городков как у Брэдбери. Летние каникулы, жара и прохладный ручей, игры мальчишек на улице, муравьи и жуки, раки и речные рыбки, кино и всеобщее фанатение по Элвису, карнавальная ярмарка и чёртово колесо... А к соседям переехала красивая и смелая рыжая девчонка. У девчонки есть младшая сестра, которую на улице почти не видно. Но для детей разница в пару лет - это непреодолимая пропасть, и младшая - просто малявка, о которой можно не задумываться. Жестокость пробиралась в сюжет тихой сапой: оплавленные солдатики, ошпаренные кипятком муравьи, мальчишки кидаются друг в друга полозом... А мама соседских ребят - клёвая, грубая и раскрепощённая женщина, разрешающая сыновьям и их друзьям пить пиво и украдкой смолить. Холодильник Чендлеров всегда полон пивом и колой. Мать-одиночка не работает. Её сыновья старше 10 лет о летней подработке даже и не помышляют. Так и не поняла, неужели им на жизнь хватало алиментов и отчислений за двух осиротевших девочек. А дальше начался беспросвет и закончился только с приходом полиции. Каждый дом тупиковой улицы - это крепость, в жизнь которой не вмешиваются ни власти, ни взрослые соседи. Рассказчика Дэвида мягко затянуло в этот жестокий водоворот, мальчик ещё легко отделался. Сыновья Рут и соседские дети принимали участие в "забавах". 10-летнего Ральфа все упорно называли малышом, а 9-летнюю Сью считали несмышлёным детским садом. Будто за сбрасыванием возраста откидывали и ответственность. Даже славящиеся своей религиозностью соседи не забили тревогу. Один из друзей рассказал о происходящем своей добропорядочной матери и вместо беспокойства схлопотал от неё взбучку за опоздание на ужин. В романе между мирами взрослых и детей поставлен непробиваемый барьер. Дети представлены до карикатурности беспомощными и безответственными, от них ничто-ничто не зависит:

Дети должны либо терпеть унижение, либо удирать со всех ног. Протестовать в открытую нельзя. Просто убегаешь в свою комнату и хлопаешь дверью. Вопишь и орешь. Сидишь за ужином с мрачной физиономией. Закатываешь истерику – или ломаешь вещи. Случайно или нарочно. Ты постоянно угрюм и молчалив. Ловишь неуды в школе. Вот, пожалуй, и все. Весь твой арсенал. Но ты не можешь встать и послать взрослого куда подальше. Ты не можешь встать и спокойно сказать: «нет». Для этого ты еще слишком мал. Поэтому все происшедшее так нас поразило.

А поразили их попытки Мег взбунтоваться против тирании явно неуравновешенной Рут. В репликах персонажей полно клишированных отговорок и самооправданий. Великолепный пример - разговор рассказчика с отцом - владельцем бара. Разговор о том, можно ли бить женщину, завершился двусмысленным: вообще-то руки лучше держать при себе, но если очень достала, то можно, но лучше не связываться. Повернись этот разговор по-другому, возможно, мучения в подвале прекратились бы, да и сам Дэвид не попал бы пленником в то убежище. Таких клише от занятых собой взрослых можно найти в романе достаточно. И жестокостью автор не наслаждается. Он проводит мальчика по пути от восхищения раскрепощённостью Рут до ненависти к Рут-животному. Книга основана на реальном случае смерти замученного пытками подростка. Этот сюжет описывался художественно и до Кетчама, и экранизировался. Не представляю, как это экранизировать, и как готовить юных актёров к таким ролям. Прочла книгу залпом вечером и утром, с перерывом на сон. Ожидала худшего исполнения, но автор прорабатывал ситуацию, не стремясь шокировать или развлечь читателя. Разделяю его позицию и ракурс, под которым развёрнут сюжет. Происшедшее навсегда останется с рассказчиком Дэвидом. *** А потом дети первого послевоенного поколения вырастут как раз ко Вьетнаму с напалмом. Другим соседским детям дали по два года колонии, и после 18 лет проступок вычеркнули из личного дела:

Деяния ребенка не должны использоваться против взрослого.

Дэвид откосил от призыва бегством в Канаду.

Книга написана по мотивам жуткого преступления над 16 летней девочкой и ее младшей сестрой. Женщина, которой отец отдал девочек на попечение, на протяжении трех месяцев вместе со своими детьми и соседскими мальчишками пытала и замучила до смерти старшую. Автор хорошо передал условия проживания в приемной семье, очень походит на то, что было в действительности. Вплоть до количества столовых приборов, которых было меньше, чем число проживающих. В описании жестокости, автор собрал ключевые пытки, котором подверглась девочка в реальности.

Автор не сильно ударился в чернуху, описывая происходящую жуть: как день за днём градус жестокости увеличивается, как восприятие пыток со временем становится нормой и частью жизни, как дети подсаживаются на эмоции от жестоких поступков и жаждут еще. Даже в минимальном объеме пытки очень сложно читать. Лучик надежды давал факт того, что рассказчик жив и смог пережить случившееся.

Легко ничего не заметить, особенно если нет желания лезть в проблемы другой семьи. Вряд ли социальные программы спасли бы от таких трагедий, только доверительные отношения с детьми, следить за изменением их поведения и много с ними разговаривать на разные темы.

Смотря на ютьюбе о различных преступлениях, не погружаешься в бездну боли и жестокости, там это описывается парой предложений. Только факты. В книге ты становишься участником происходящего и это трудно читать. В реальной истории взрослые не верили в опасности девочке, им было проще пройти мимо и не разбираться. В дом приходила даже мед. сестра из школы, но ушла ни с чем и не забила тревогу.