Человек сидящий

За каждой вещью – беседы, договоры, обмены. Зона ничего не даёт бесплатно.

Зона ничего не дает бесплатно.

Дань никогда ничего не меняет.

Он бывал и откровенен, все в зоне иногда откровенничают, иначе мысли перегнивают в тоску, а она губит любого.

Прекрасные книги. Они могут изменить человека, а с ним – мир вокруг. Но не меняется ничего. Эти книги в зоне – спящие боги, к которым люди перестали ходить. Их не читают, не переписывают и не цитируют. Поэтому и отнимать их нужды нет.

"Создавайте себе условия"
Это известная в зоне фраза. Выживайте – так она переводится.

Вертухай не может видеть людей, ему запрещено, даже если на нем белый халат.

Рассказывает, за что сел: помогал людям оформлять правильно документы для получения налоговых вычетов и возвратов. Нехорошо это, чиновник должен мешать.

В жизни, если ожидаешь чего-то ужасного, ничего подобного не происходит. Ужас или внезапен, или его нет.

Моя виновность доказана фактом возбуждения уголовного дела.

ГУЛАГ проявил гуманность - не убил меня, пока я был в нем.

Книги в зоне - спящие боги, к которым люди перестали ходить. Их не читают, не переписывают и не цитируют. Они за пределами спектра, в котором живут надзиратели и сидельцы. Спектра, все оттенки которого - серые.

Те, кто в бараках живет,- воннегутовские бараны им не под силу.

От зоны можно всего ждать. А если не ждешь всего, ты-лох.

Зона - это совокупность мелкого опыта, и любой шаг, если он не продуман или в неизвестность, может изменить все и сразу.

Тот, кто создавал этот мир, огороженный стенами и колючей проволокой от Вселенной, был не Бог, он не устал на седьмой день трудов и не отдыхал.

Обряд окончен, маски сняты, бубны сложены.

Тем не менее блатные понятия, как и в любой колонии, и для этих арестантов - основной свод правил. Иначе нельзя. Когда царские правила слишком сложны и запутанны и меняются непредсказуемо, когда люди государевы взращены на лжи, ложью живут и жизнь мужика не ставят в грош, мужик идет за законами к лихому люду. Идут за пониманием. За понятиями.