Люди в голом

Однажды в одном журнале в разделе о литературе я прочитала отрывок из книги одного современного писателя с абсолютно непроизносимой(как мне тогда казалось)фамилией. Отрывок мне очень понравился и я была решительно настроена приобрести книгу. Во время поисков я таки научилась выговаривать фамилию автора, но в итоге в "бумажном" формате книга ко мне так и не попала. И хорошо, что не попала - не потратила лишние деньги. Разочаровалась. Начало, правда, как по мне, было многообещающим, веселенькие факты из жизни питерского школьника, но потом что-то читалось все трудней, интерес пропадал все больше с каждой прочитанной страницей. Но все-таки я дочитала, осилила. Могу сказать, чтобы убить время очень подходит. Возможно, кому - то и понравится. А в-общем, среднячок.

Как известно, женщина-филолог - не филолог, а мужчина-филолог - ... Но критика критикой, а у меня этот писатель с непроизносимой фамилией (нет-нет, за два дня я натренировалась, но скольких усилий мне это стоило!) как минимум вызвал улыбку. Да, "огрызки из отрывков" или наоборот. Да, смутно как-то. Да, ни сюжета, ни структуры. Но, чёрт возьми, поймите же, что это не "Анна Каренина", не "Идиот" и даже не "Соло на Ундервуде". Завышенные ожидания всех нас тут погубят. :)

Что для меня оказалось прекрасным в этой достаточно невнятной книжке, так это ощущение причастности: одно только упоминание чудесного преподавателя, который читал нам зарубежку и хвалил мою работу по "Цветам зла" Бодлера, чего стоит. Как ни крути, а Ленинград - город маленький, поэтому как минимум половина персонажей "Людей в голом" оказывается знакомой. Так "наше всё" Ю.М. Лотман живёт в этой книге рядом с КВД, а Фёдор Двинятин пытается создать рок-группу.

Первая часть, как все успели заметить, гораздо лучше, чем вторая - с этим не поспоришь. Как и не поспоришь с тем, что "Люди в голом" - это не какое-то "новое слово" в современной литературе. Но чтобы полистать в какой-нибудь поездке и поулыбаться - самое то. Особенно если вы когда-нибудь чувствовали себя неловко в Публичной библиотеке, раскладывали по алфавиту карточки с диалектными выражениями или интересуететсь семиотикой надписей на сигаретных пачках. :)

Собственно, писать отдельные рецензии на "Людей в голом" и "Скунскамеру" странно. Потому что это один большой роман, случайным образом (по принципу объёма) порубленный пополам. Более того, это даже не роман. Это набор разных историй из детства, юности и зрелости автора, Андрея Аствацатурова - как он в бассейн ходил, как на детских утренниках выступал и так далее. Они перемешаны с мыслями автора о жизни и другими сентенциями. Написано весело, приятно, читается легко. Но есть одна проблема, причём немалая. У Аствацатурова была и есть чудовищно скучная жизнь. В моей жизни (а я младше его на 12 лет) было в сто тыщ раз больше событий, занимательных историй и баек; автор же уже у середине "Людей в голом" начинает высасывать воспоминания из пальца. Более того, точно в том же стиле свою гораздо более смешную, богатую и интересную жизнь задолго до Аствацатуров описал прекрасный бард Александр О'Карпов - его заметки вышли в своё время в Оранжевой книге его памяти. А Аствацатуров - обычный питерский филолог с серой школьной порой, серым студенчеством, серой жизнью, и как бы остроумно и приятно не выглядели бессистемные записки о ней, выдаваемые за роман, они оставляют ощущение, что читателя обманули. Хорошо и долго трепались с ним ни о чём. 4/10.

Очередной повод поставить тег "не осилил".
Прекрасный, как говорят, лектор и уважаемый филолог совершенно беспомощно описывает свою молодость. Получились мемуары, состоящие из скучноватых баек (зато всё правда, вероятно), сведения счетов, каких-то затаенных обид. Местами слишком выпирают мотивы автора: что вот эту заметку он написал, чтоб в книге была гадость про конкретного человека, а вот эту, чтоб все знали, что он дружил с Федором Двинятиным (который по какому-то недосмотру редактора, или из-за того, что автор сильно волновался, на одной странице становится Женей). И несмотря на то, что книжка небольшая, бросил читать на середине. Считай, два часа сэкономил, уже неплохо.

Одна из самых шумных премьер 2009 года – дебютная книга санкт-петербургского филолога Андрея Аствацатурова. Личность автора в данном случае позволяет с большой точностью предугадать содержание и структуру «Людей в голом». Роман создаёт впечатление составленного из автобиографичных записок и обрывков, причём швы между обрывками сознательно не маскируются, сокращая тем самым дистанцию между текстом и читателем. Дистанция, впрочем, и без того невелика – благодаря нарочито свободному обращению с разговорной лексикой. Ещё один способ сокращения дистанции роднит книгу с «университетским романом» – расстановка своеобразных «маркеров» для гуманитариев и интеллектуальной богемы, по которым всегда можно узнать «своего». В роли маркеров – имена Хайдеггера и Селина, узнаваемые воспоминания из детства. Всё это охватывают и объединяют ирония пополам с самоиронией – явные приметы времени и среды, подгоняющие пишущего и ободряющие живущего. Удалось ли таким образом объединить разрозненные куски в полноценный роман – публике не так уж важно; фрагментарная проза всё ещё в моде.

Андрей Аствацатуров. Люди в голом

Бессмысленно современному писателю быть оригинальным – придумываешь новый жанр, пишешь о себе, о своей непридуманной жизни, смешных, грустных, глубоких наблюдениях, душу наизнанку выворачиваешь, открываешь самые потаенные уголки. Куда не пускают обычно даже психоаналитика, – а тут пишешь обо всём на страницах романа открыто, с напускным эксгибиционизмом. Не зря же название романа – «Люди в голом».

И вот ты о пишешь о единственном, доподлинно известном тебе опыте, пишешь искренне, не просто раздеваясь догола, а выворачиваясь на изнанку. Про глупые ситуации, про то, как тебя не взяли в бассейн, как спал с приятелем в командировке в одной постели, что думаешь о людях на самом деле, называешь несимпатичную знакомую дурой и лошадью (про себя, но на страницах книги, так что вслух)… И не важно, правда или вымысел эти истории, калейдоскоп роящихся в голове мыслей. Может быть, именно этих историй и не было. Или они были, но другие. Ты же сочиняешь новый жанр – роман даже не экзистенциальный, а эксгибиционистский, слишком личный, чтобы быть неправдой.

Но все бессмысленно. Такой роман уже написан – вот тебе Гришковец. Другой, но такой же. Гришковец – мачо, герой обложки. Ты – ботаник, питерский интеллигент. Тот – позёр, ты – искренен. Но уже было. Про тебя говорят, что ты похож интонациями на Довлатова, Ерофеева, кого-то ещё. Обидно.

Есть откровенно скучное место в романе. Во второй части автор решил стать литературоведом – исследовать другие тексты, дать образчики литературной пародии. На того же Гришковца, немного на Сашу Соколова, на каких-то еще, не угаданных мною авторов. Даже написать псевдотекст – роман-клип «ПУТЬ ГАВА». Автор решил напомнить, что он-то уж знает, как (куда без этих каков?) делаются модные и успешные тексты. Решил поиграть исследовательскими мускулами. Естественно, весь спор в противостоянии Москвы и Питера: он за Питер, а ремесленники, они из Москвы. Команда под руководством редактора успешного московского издательского дома:

А, знаете, и не стоило. Печатать, продавать в книжных магазинах, читать, да и писать не стоило. Или стоило написать, но положить в стол. И читать по праздникам – хороший жанр, кстати, «застольные виньетки». Собираются друзья, а ты им «мемуар» вслух – честный, но незлобивый. Ты же не со зла про них, а с дружеской снисходительностью к недостаткам, с пониманием неизбежности жизни, ее физиологической обоснованности. Если поел – то заснул, если хлипкий – то боишься и обязательно получишь по роже, если человек – то обязательно какаешь. Ты же не принцесса какая-то (кстати, этой фекальной темы в романе немного слишком даже для ботаника с филфака и постструктуралиста).

Где-то недавно в разговоре промелькнуло или прочитал… Если писатель филолог по образованию, то он чаще всего графоман. Могу добавить, пусть графоман. Зато книга читается легко. Слогу и стилю филологи обучены.

январь 2020 года

Начал читать. С детства. Мило, глупо, для детства нормально, но быстро приелось.
Переходим на юность, университет, работу. Та же глупость. Не понимаю. Как? Универ в то время, высшее образование, такой поток детсадовского менталитета - разве такое возможно?
Не придумал ничего в оправдание этого лучше, что толковые люди осваивают высшую математику, физику, химию, биологию, всякие инженерные заморочки. А по данной специальности просто читаешь книжки (по тексту понятно, что и и книжки особо не читали, раздолбайничали и просто оттрёпывались языком) и потом изображаешь что-либо наукообразное на своё усмотрение.
Книга для слабоумных детей.

Эта книга была бы не так плоха, если бы с чьей-то лёгкой руки её автора повсюду не сравнивали с Довлатовым, причём с "лучшими страницами". До Довлатова здесь, как... ну вы понели. Видно, как автор тужится и пыжится изо всех сил, пытаясь писать легко и остроумно, но получается очень тяжеловесно, нетонко, вымучено. Читается такой текст быстро только из-за общей ненагруженности книги смыслом, но эмоции от процесса остаются скорее негативные. В общем, эту книгу я дочитала, но вот за "Скунскамеру" уже не возьмусь — чувствую, что время тратится зря.