Чёрные кувшинки

Что ж, не все купишь за деньги. Как знать, может, Бог и правда есть.

Иногда и занудный помощник приносит пользу.

Фанетта, дорогая, гению плевать на окружающих, он признает только тех, кто равен ему, а таких единицы.

Я уверен, что, после того как мы установим имена четырех женщин, эти цифры сами заговорят.

В таких селениях, как наше, не бывает недостатка в злых языках. А если им не за что уцепиться, они выдумывают небылицы.

Так, может, ваша любовь к живописи идет от Тулуз-Лотрека? Что ж, у каждого свои художники.

Странная у нас деревня: достаточно сделать пару шагов — и из несусветной толкучки — очереди перед музеями и художественными галереями, которые публика берет штурмом, — попадаешь в царство сельской тишины и покоя.

В наши дни Живерни способен подарить вам что угодно, только не покой.

Вырваться на свободу могла лишь одна из трех. Оставшимся двоим пришлось бы умереть. Так уж вышло.

Странное желание — покинуть Живерни, вы не находите? Но все они считали свою деревню тюрьмой. Вернее, большим и красивым садом, окруженным прочной решеткой с крепко запертыми воротами.

Знаете, что говорил Моне? Мудрец встаёт и ложится с солнцем!

У меня в жизни было шесть собак. Все — немецкие овчарки. Всех звали Нептунами. Каприз несчастной одинокой девочки, которой хотелось, чтобы ее собака жила вечно.

"Как вы думаете, неужели Моне случайно  писал свой пруд с кувшинками в разное время суток, с утра и до вечера? Он пытался запечатлеть вечное движение светила."

На све­те нет и не мо­жет быть ни­че­го пре­крас­нее, чем воз­мож­ность ис­пы­тать одно и то же вол­не­ние, гля­дя на кар­ти­ну Моне или чи­тая сти­хи Ара­го­на.

Судьба сама решила за нее. Она знала, что ее ждут долгие годы безрадостной жизни, похожие один на другой, что она так и состарится в этой клетке, рядом с заботливым мужем, которого не любит.