Однако перед самым входом кто-то вдруг коснулся моего плеча, и я повернулась. Передо мной стоял Даня, который все еще тяжело дышал после бега. И в его руках было два высоких стаканчика кофе, от которых исходил тёплый аромат.
- Держи, Дашка, - протянул он мне оба стаканчика.- Не знал, что ты любишь, и взял капучино без сахара и арбузный латте.
- спасибо, - в замешательстве пробормотала я. - Но не стоило.
- Ты же сказала, что хочешь кофе, удивленно заметил Даня. На его лицо падало столько солнечного света, что он щурился, а лучи, будто нарочно, играли с его длинными ресницами. Все- таки он умеет быть лапой.
- А ... Ну да... А ты что любишь? - неожиданно для самой себя спросила я.
- Да мне все равно. Главное, чтобы не складно, - произнёс Даня.
- Тогда бери капучино, а я возьму латте, - объявила я. - Спасибо! - И поцеловала его в щеку, встав на носочки.
Сама не знаю, зачем я это сделала. Но чувствовать губами его гладко выбритую кожу щеки было ужасно приятно. Как будто я поцеловала воплощение чуда.
- Повтори,- попросил Даня. - Я не понял.
- Что не понял? - улыбнулась я.
- Как ты до меня дотянулась. - Он тоже улыбался.
- Не такая уж ты и башня, Матвеев. И вообще, любая башня покоряется, - объявила я.
- Я не башня, но покорюсь, - зачем-то пообещал он. - Кстати, если бы это сделал я, ты бы начала орать.
- Ты тоже можешь начать орать, - благосклонно разрешила я. - От счастья.
- Счастье любит тишину, знаешь ли, - весело глянул на меня Даня.