Цитаты из книги Ripley Under Ground

— Здравствуйте, — сказал Бернард. Элоиза стояла как вкопанная на том же месте. — Здравствуйте, — ответила она по-английски. — Элоиза немного устала. — Том подошел к ней. — Ты поднимешься наверх или останешься с нами? Кивком головы Элоиза подала ему знак, чтобы он поднялся с ней. — Одну минуту, Бернард, — сказал Том. — Это тот самый, кто выкинул этот фокус? — спросила она, когда они были в ее спальне. — Да, боюсь, это он. Он несколько эксцентричен.

После обеда он работал в саду, а вечером они с Элоизой лежали в пижамах на постели в ее спальне, смотрели телевизор и пили чай. Около десяти раздался телефонный звонок, и Том снял трубку в своей комнате.

Вместе с последними спешащими на работу лондонцами Том нырнул под землю на Бонд-стрит. Из авторов настенных граффити его больше всего восхищали те, кто умудрялся создать свое произведение, стоя на движущемся эскалаторе. На стенах туннеля было развешено множество плакатов, рекламирующих нижнее белье, — девушки в одних только поясах или штанишках с пририсованными анатомическими добавлениями — и мужскими, и женскими. Иногда тут же были написаны целые фразы: «БЫТЬ ГЕРМАФРОДИТОМ — ЭТО ПОТРЯСАЮЩЕ!»

Спать они легли рано. Том безуспешно пытался уговорить Элоизу снять нелепые полоски пластыря с его затылка. Она купила какую-то французскую антисептическую жидкость цвета лаванды и пропитала ею повязку. Еще в «Ритце» она выстирала его шарф, и к утру он высох. Около полуночи позвонил телефон. Ривз сказал, что ему доставят то, что он просил, завтра вечером, в понедельник, самолетом «Люфтганзы», прибывающим в Орли в ноль пятнадцать.

У художника все получается естественно, без усилий; его рукой водит некая сила. Тот, кто подделывает художника, прилагает сознательные усилия, и если он достигает успеха, это тоже художественное достижение

Том был в саду, когда зазвонил телефон. Он знал, что мадам Аннет, их экономка, снимет трубку, и продолжал счищать мох, облепивший каменные ступеньки. Октябрь в этом году выдался сырой.

Большинство хороших художников не проявляет свою личность и не растрачивает свой огонь на личную жизнь. С виду они кажутся вполне обыкновенными.

Действовала только классическая музыка - она успокаивала или навевала скуку, внушала уверенность или, наоборот, лишала её, потому что в ней был порядок, и ты либо подчинялся ему, либо отвергал его.

К полудню буря усилилась, и ветер гнул верхушки высоких тополей, словно удары кнута или меча.

Демократия зависит от некоторого минимального уровня образования каждого человека, а Америка пытается дать её каждому, но настоящей демократии у нас нет.

Телефон неприятно загудел, а потом затрещал, как гора, расколотая ударом молнии.

Бракосочетание должно быть тайной, такой же тайной, как брачная ночь. Почему вся церемония так вопиюще публична, если на свадьбах все так или иначе думают о брачной ночи?

Французская сельская местность славилась разнообразием мух, превышающим разнообразие сыров.

Художник работает естественно, без усилия. Его рукой движет некая сила. Тот, кто занимается подделками, борется, а если добивается успеха, то это уже подлинная работа.

Рисунок для художника всё равно что подпись, и очень сложная подпись!

В прошлом обычай устраивать пышные свадьбы был понятен – тем самым как бы хотели сказать: “Ну вот, старый греховодник, мы сплавили ее тебе на руки в присутствии стольких свидетелей, что теперь ты не отвертишься, или все полсотни родственников невесты зажарят тебя живьем!” А в наши дни какой в этом смысл?

Человек - это то, что он успел сделать, не больше и не меньше. Вспоминая человека, мы всегда говорим о его работе, а не о нем самом (Бернард Тафтс)

...самоубийство, в конце концов, это одна из форм убийства.