Joseph Roth - The Radetzky March
18+
User AvatarВаша оценка
4,1
(228)

The Radetzky March

Грустная2

Отзывы о книге The Radetzky March: Joseph Roth

  • Аватар пользователя
    YoeckelImpuissant
    30 сентября 2026

    Книга интересная, хотя по большей части сложно описать происходящее на страницах, но очень привлекает слог, и обширные описания рождают в голове картинку.

    Когда-то я купила книгу, потому что обожаю марши Штрауса-сына, а марш Радецкого, написанный склочным Штраусом-отцом, исполняется в нашей филармонии чаще любых других (традиционный новогодний плюс на всех концертах Штрауса-сына из-за традиционного взаимодействия с залом). И через пару десятков страниц стал очевидным выбор названия: герои - бароны Тротта - имеют такие же сложные отношения внутри семьи.

    У нас с автором совпало мнение о внутреннем мире кадровых военных в межвоенное время: строго регламентированные уставы, не способствующие индивидуальным размышлениям. На самом деле это очень удобно, что всегда радовало меня и в собственной профессии. Удобно для интровертов или для тех, кого не тянет копать внутрь себя и изучать мир.

    Сейчас отцовско-семейные отношения Тротта выглядят печально, но тогда такая отстранённость была нормой. Последний отец к старости и главный герой явно хотели бы выйти за границы уставных отношений и уставного мира, но просто не умели. Отец и на гражданской службе был солдафоном, что приемлемо при большой загруженности. Но на приграничных офицерах мы видим, что отсутствие загруженности и привычки думать своей головой имеет крайне печальные последствия: люди сгнивают изнутри, от них остаётся только пушечное мясо, которое не жаль пустить в расход.

    Для меня большое облегчение, что в романе минимум военных сцен, потому что сейчас вообще не до пропускания фронтового контента через себя. Но несмотря на интересное чтение, за раз выходило только 50-100 страниц (из 400), потом требовались долгие паузы на переваривание. Было больно, когда герой бился о стеклянный потолок душного пространства и убивал себя алкоголем, не видя выхода: но результат был закономерен, автор предупредил о нём на примере доктора Макса.

    Мне было приятно узнать, что автор родился во Львовской области в 20 км от Подгорцев, в 25-30, км от Олесько и в 30-40 км от Золочева, где я бывала.

    Читать далее
    like5 понравилось
    32
  • Аватар пользователя
    Ks9l
    13 октября 2013

    Вот я и осилила ее, наконец.

    Дочитала книгу. Перечитала отзывы. Знаете, что-то совсем не моё. Долго, нудно, однообразно. Какая-то бесконечная книга получилась. Хотя и много того, что очень ценю. И история, и новая страна со своей культурой, другие мысли и впечатления. Только чересчур долго и одинаково. Не советовали бы. Но спасибо, что познакомили и с ней.

    like5 понравилось
    166
  • Аватар пользователя
    LieG
    17 февраля 2011

    Печальная история умирающей империи. Весь роман про путь к смерти: смерти людей, смерти рода, смерти Австро-Венгрии (но без нарочитой чернухи, которую в последнее время выдают за "правду жизни"). Очень живой, образный язык у автора, и очень внимательное к деталям и точное видение мира. Перевод качественный, произведения не портит.

    like5 понравилось
    90
  • Аватар пользователя
    Alevtina_Varava
    12 июня 2021

    Я мучала этот текст бесконечно долго. Он - унылый. Тянется, тянется, тянется. Жизнь Франца Йозефа перетекает откуда-то куда-то, и единственное, кажется, что он знает о мире - это то, что он - внук героя Сольферино. И это что-то значит. Что-то сакральное. Амебистый герой кочует из главы в главу, то заводя интрижку с женами папиных друзей, то подводя своих новых друзей под дуэли, то занимая бездумна целые состояния. Во время всех действий у героя абсолютно выключен мозг, только иногда он выныривает из фрустрации или запоя с единственной, доступной ему мыслью, - "Я внук героя Сольферино".

    Причем герой вовсе не размышляет на тему того, что это значит, хотя и кажется, что он делает это всю жизнь. Он просто знает, что это что-то значит. Всё.

    Очень упадническое произведение ни о чем. Оно утомляет мозг своим течением. Карл Йозеф утомляет мозг. Все персонажи живут совершенно без смысла, и совершенно без разума. Причинно-следственные связи? Не, не слышал. Логика? Отстой. Цели планы - фи, мещанство.

    Уныло.

    Флэшмоб 2021: 28/40. 1001 books you must read before you die: 303/1001.

    Читать далее
    like4 понравилось
    859
  • Аватар пользователя
    plst
    23 декабря 2023

    Маркес для рсспадающейся Австро-Венгрии. Прекрссный текст, прекрасная композиция. Неторопливое повествование в духе классической прозы

    Таки не раскрыта тема, почему средний Тротта похож на Франца Иосифа. То, что все кончится убийством эрцгерцога Фердинанда - видно невооруженным взглядом. Младший Тротта, видимо, должен был стать символом упадка империи

    Сбежав от армии и сделавшись крестьянином, тем не менее он резво возвращается в армию, узнав о войне. И, конечно же, погибает: с ведрами. Вообще любопытный факт из военного времени: нет воды, т.к. колодцы заняты трупами предателей

    Читать далее
    like3 понравилось
    274
  • Аватар пользователя
    Dreamreader
    11 февраля 2016

    Очень красивая и грустная книга. На фоне последних десятилетий Австро-Венгерской империи описывается история подъёма и упадка дворянского рода. Угасание жизней, судеб и обширного многонационального государства. История не трагичная, а именно грустная, как поздняя осень. И при этом реалистичная, с подробной прорисовкой пышной, блестящей Вены, мелких моравских городков, военного гарнизона в украинских болотах и той эпохи, которая ушла и уже никогда не вернётся.

    like3 понравилось
    597
  • Аватар пользователя
    Orsa-Maggiore
    3 июня 2021

    Любителям АВстро-Венгрии идеально. Полное погружение.

    like2 понравилось
    469
  • Аватар пользователя
    Avtandil_Hazari
    21 февраля 2019

    Гусарский марш на похоронах империи

    «Большое проявляется в малом» – так можно сформулировать главный структурообразующий принцип романа Йозефа Рота «Марш Радецкого». Благодаря этому принципу писателю удалось органично увязать историю одной семьи с историей Австро-Венгрии и показать, как первая зависит от второй, а вторая – от первой.

    Семья, о которой идёт речь – молодой дворянский род Тротта фон Сиполье. Его основателем следует считать капитана Йозефа Тротту – офицера, во время трагической для монархии битвы при Сольферино спасшего жизнь ещё относительно молодому императору Францу Иосифу. До этого – безвестные и безгласные поколения словенских крестьян, не оставивших в книге истории никаких записей о себе. Зато её оставил Йозеф, закрывший императора грудью. Ранение, выздоровление, а затем дворянский титул – барон – и память спасённого монарха, до конца жизни не оставлявшего новых дворян без своей заступнической милости.

    В романе мы видим ещё два поколения семьи. Сын героического капитана не пошёл по стопам отца и стал почтенным чиновником – имперско-королевским обер-комиссаром в маленьком моравском городке. По сути, Франц фон Тротта был градоначальником, и считал себя исключительно слугой императора, проводником его власти, одним из многочисленных лучей согревающего Австро-Венгрию монаршьего Солнца. Таким же «помазанником» императора и наместником, каким тот считал себя по отношению к Богу. В «Марше Радецкого», разумеется, нет фразы «вертикаль власти», но это была именно она – вертикальная линия от Бога к императору и затем к главам семейств, добропорядочным подданным, офицерам, чиновникам или крестьянам. От крепости вертикали зависело самочувствие империи и её целостность: если освящённый веками, по сути, до сих пор средневековый уклад сохраняется, значит, империя живёт и сохраняет единство.

    Именно поэтому Франц фон Тротта с глубоким недоверием и даже неприязнью относился к явлениям Нового времени, с опозданием, но всё же проникшим в империю – например, к борьбе рабочих за свои права и наций за самоопределение. Эта борьба разрушала порядок и походила на бунт ветвей против ствола могучего векового древа. И, конечно, на восстание повзрослевших детей против отца: Австро-Венгерская империя, какой мы видим её на рубеже веков, по-прежнему глубоко патриархальна в своих устоях и принципах социальной организации. И власть Бога, и власть императора, и тем более власть главы семейства – это отцовская власть, единообразная на разных уровнях (ведь большое проявляет себя в малом).

    Возможно, именно поэтому мы очень мало знаем о женщинах рода фон Тротта. Йозефу Роту про них как будто и нечего написать: они тихо делали своё родительское дело и без шума и ропота уходили на тот свет, словно стараясь не мешать мужчинам исполнять свои важнейшие обязанности – не только обеспечивать процветание семьи, но и исполнять долг перед Богом и императором, а главное – заботиться о вопросах чести. Ведь нет более мужского понятия, чем честь.

    И всё же где-то внутри имперского организма шёл процесс гниения: ветра современности задували через уже не такую плотную завесу отдельности этого патриархального мира. Борьба многочисленных народов за свою независимость – лишь одно из проявлений этого гниения. Вероятно сама постановка таких целей, как самоопределение наций, стала возможной потому, что железный скелет империи несколько проржавел от времени – накопилась «усталость металла», и всем основным конструктивным элементам системы стало вдруг трудно исполнять свою роль. Плечи от поколения к поколению становились слабее для тяжести вертикали, достающей до самого неба.

    Роды прерываются, когда рождаются слабые наследники. Не физически слабые, разумеется, хотя возможно и это. «Да, были люди в наше время, не то, что нынешнее племя. Богатыри – не вы». Единственный представитель третьего поколения семьи Тротта – Карл Йозеф – был не богатырь. Его, как деда, отдали в офицеры, но он не ощущал в себе присущей бравому капитану отваги. Его недолгая история, хотя и занимающая большую часть книги, – по сути, история падения. Не слишком быстрого – заступничество императора, не забывшего об услуге ценою в жизнь, пока ещё спасало. Но финал предсказуем. Сначала добровольный перевод из кавалерии в пехоту, сопровождаемый переездом в маленькую военную часть на границе Австро-Венгрии и России. Затем пьянство, азартные игры и их неизбежное следствие – долги. Здесь же – неудачная влюблённость в изрядно распутную вдову (кстати, его первая влюблённость была в замужнюю девушку – до кротости мамы и бабушки женщинам Карла-Йозефа было далеко – тоже примета времени). В итоге – рапорт об уходе из армии.

    Так бы, может, и закончилась жизнь бывшего офицера – стал бы маленьким человеком, освоил профессию и жил неприметной жизнью рядового подданного в глухом углу империи. Но случилась война. Началась она, как и многие великие события, символично: старый Франц-Иосиф потерял наследника престола – своего племянника эрцгерцога Франца Фердинанда. Этот удар по «вертикали» нанесли в Сараево, орудием выступил член националистической боснийской организации. Стало быть, всему виной – та самая национально-освободительная борьба, раздиравшая империю на части. Ветви побеждали свой ствол, до последнего не желавший их отпускать и даже упорно стремившийся обрасти новыми: подчинение Сербии, захват Боснии и Герцеговины, вечные склоки с Россией из-за влияния на Балканах. Вот и большая война пришла с этого фланга, и Россия оказалась на противоположной стороне. Кстати, вместе с французами, некогда своим выстрелом у ломбардской деревни Сольферино возвысившими онемеченных словенцев Тротта.

    Последнего же словенского барона убили именно русские. Почти сразу, в первые недели войны, на которую Карл Йозеф, забрав рапорт об увольнении, всё-таки пошёл. Остаться в стороне не позволили долг перед Богом и императором, честь и достоинство дворянина – забытые нынче понятия, встречаемые почти с ожесточением. Но вместе с тем и отсутствие тяги к жизни, равнодушие к смерти и даже смутное стремление к ней. Может, поэтому убит Карл Йозеф был не героически: пошёл по насквозь простреливаемой территории набрать воды в колодце. Безрассудство часто спутник храбрости, но не в этом случае: здесь безрассудство было лишь следствием чувства обречённости, неизбежного распада всего привычного, его изжития. И ощущения собственной неприспособленности к новой жизни, маячившей где-то впереди.

    Отец фон Тротта ненадолго пережил своего наследника, как и старенький император Франц Иосиф – своего. А их обоих ненадолго пережила Австрийская империя. Война пронеслась по «лесу» разрушительным вихрем, оставив множество «стволов» оголившимися, а некоторые и вовсе сломленными. Последствия поражения для Австро-Венгрии были ненамного легче германских, хотя говорят о них реже. Главный итог – Австрия осталась одна, окружённая опьянёнными успехом молодыми европейскими государствами. Никаких вертикалей, подпирающих небо, у неё больше не было. Слом патриархальности – это всегда обмирщение и профанация всех сторон жизни. А мечта о сильной отцовской руке, ставящей расшалившихся детей на их освящённое вековым законом место, если и сохраняется, то где-то в тайниках общественного сознания, куда ссылают объявленные устаревшими и почти стыдными идеи.

    Современная Австрия – это тоже ветвь, а не ствол. До неба, сидя на ней, не дотронешься. Хотя «Марш Радецкого» Иоганна Штрауса-отца в Вене по-прежнему звучит.

    Читать далее
    like2 понравилось
    365
  • Аватар пользователя
    PezinaUngummed
    10 августа 2017

    Последний взгляд утонувшего

    Йозеф Рот родился в Австро-Венгерской империи, она умирала у него на глазах. Эта книга попытка осмысления гибели государства через жизнь одной фамилии. Очень интересная и грустная, она была написана, когда империи уже не существовало. Запечатленный взгляд офицера, утонувшего на корабле, где до него служили дед и отец. В переносном смысле, конечно. Любите Габсбургов? Так почитайте как умирают империи, как жернова истории растирают в труху ростки благородных фамилий. Неприятную сторону истории тоже надо знать.

    Читать далее
    like1 понравилось
    240