Исход

По великой насмешке Провидения в советах одной замечательной лайвлибовской игры оказались сразу две книги контркультуры, которые настолько схожи друг с другом основной тематикой, что не сравнивать их между собой практически невозможно. Более того, я бы вот так и рекомендовала их читать, сначала Хантер С. Томпсон - Страх и отвращение в Лас-Вегасе , а потом Силаевский "Исход".

Итак, Пётр Силаев - основатель хардкор-панк группы "Провлинейка", пропагандирующей идеи антифашизма и стрэйтэйджа. Его "Исход" же - манифест тоски по извратившимся в странное идеях, Вырождении Великой Мечты и понимание тупиковости дальнейшего пути.

Начну, пожалуй с Великой Русской Мечты. Можно начать удивляться: а что это вообще такое? Ведь по сути в отличие от Мечты Американской о Русской никто вроде бы ничего конкретного никогда не слышал. Тут надо отметить, что наиболее ярко мы обрели эту мечту во времена СССР. Идеи равенства и интернационализма. При этом достаточно быстро интернационализм как политический принцип трансформировался из поля политического в поле социальное, связанное конкретно с объединением в одну общую группу всю многонациональность конкретно нашей страны, и выходцев из нашей страны.
Смотрите:
Екатерина II - немка , но русская
Владимир Даль - датчанин, но русский
Куинджи - русский грек
Сталин - русский грузин
Рокоссовский - русский поляк
Гоголь - русский украинец

Однако этот расовый интернационализм резко перестал существовать именно в момент брожения и распада СССР. Но вообще, это нам сказали, ну или им сказали, что он перестал существовать. Ибо, разделяй и властвуй. Политика вернулась. При чём, идея-то Великая Русская Мечта - осталась, осталась как данность. До сих пор каждый адекватный русский считает русскими всех, кто когда либо имел отношение к России, даже весьма касательное. Мы странные, для нас все свои и родные. таки дела.

Но разжигание межнациональной розни с яркими лозунгами, что русские своей идеей всеобщей русскости угнетают другие народности не просто породило русофобию, оно породило и идею русского национализма.

Естественной реакцией стало тут же рождение движения русского антифашизма. И вроде бы, читая отстранённо о движении и его ответвлениях, может казаться, что всё прилично. Что прекрасна Великая Русская Мечта, кое где просто в непринятии национализма в любом виде, кое где с идеями марксизма и тд. Но, не углубляясь в теорию, кто из русских, будучи в сознательном возрасте ни разу ничего не слышал об антифа? А что конкретно они слышали, с чем ассоциируется движение антифа у среднестатистического гражданина России?

Погромы, уличные бои и беспорядки, кровавые разборки нередко с летальными исходами.

И было бы несправедливым кидать камни обвинений в беспорядках, которые когда либо происходили в постсоветской России только в антифа. Страсть к погромам отмечается во всех мало-мальски активных группах.

Почему, отчего, зачем - обо всём этом книга Силаева "Исход". Об обманутых надеждах, об осквернённых ценностях и об озлоблении в ответ на это. Однако. История эта совсем изнутри. Не столько движения, сколько себя. Силаев вспоминает о том, как оно начиналось и почему казалось задорным. И когда и от чего произошёл перелом и всё это оказалось не просто НЕ задорным, но и омерзительно беспросветным. Как история стрэйтэйджа скатилась в пьяно-наркотический дурман. Как из идеи превратилось в рутину и руины.

Вспоминая соратников Силаев мрачно говорит о будущем, о двух его возможностях - смерть и тюрьма.

Такая она - Великая Русская Мечта. Где-то явно брезжит закрытым "Клубом старых психиатров"

Итак, повесть не нова. В свое время её уже публиковали в журнале "Знамя", и она вызвала дикий резонанс. Все вопили: вот он, голос поколения! Вот как живут наши дети! Вот как обращается с нами наше государство!
Сейчас книга претендует на премию Андрея Белого, а также вошла в длинный список "Нациионального бестселлера". Не могу понять, правда, за что? Я не ханжа, спокойно отношусь и к мату, и к гною, и к рвоте и ко всяким другим выделениям, которые частенько попадаются в нонконформистских книгах. У нас тут на сайте их недавно назвали "тяжелыми книгами". Повторюсь, я нормально отношусь ко всем атрибутам радикализма и выворачивания наизнанку чего бы то ни было. Но эта книга меня абсолютно не впечатлила.
Когда редактор рассказывал нам о планах на 2011 год, упомянул об этой книге, вкратце описав о чем она. На резонный вопрос всех собравшихся на встрече отделов "А зачем нам такая книга?", он смог только промямлить "Нуууу... кто-то же должен издаваать и такую литературу". Гражданская позиция и все такое.
Теперь я подобралась к главному. Почему не понравилась книга, кроме того, что ее тошнотно читать (самый мой любимый момент про то, как старая проститутка на вокзале выдавливает таксисту прыщи). В ней не выражено той самой пресловутой гражданской позиции. Ни антифа в общем, ни автора в частности. Да, все плохо, кругом разруха, хаос и дерьмо. Автор констатитрует факт, но не высказывает ни своего отношения к этому, ни вариантов решения проблемы, ни как жить дальше. Автору пофиг. Его цели: бухать так, чтобы из ушей пёрло, бить ментов, бить фашистов, бить антифашистов, бить проъожих, бить своих, бить все, что может и не может драться, ходить на концерты послэмиться, гонять на фанатские выезда. Кажется, я все перечислила, а выводы, господа, делайте сами.

Два года назад, когда "Большую книгу" получила Гузель Яхина, в Казани на Аксёнов-фесте разгорелась дискуссия. Говорилось, дескать, историзм русской литературы, пишем о предках, возвращаемся к корням, пытаемся понять сами себя... это всё критики и издатели обсуждали, молодые писатели кивали, старые посапывали. И тут один мужик из зала (щетинистый, с чёрной банданой на голове и серьгой в ухе) подал голос: мол, корни, это хорошо, а сейчас история уже не происходит?

Издатели повторились: историзьм, большое видится на расстоянье, пока непонятно что тут у нас происходит.. а он своё: нет, мы же в своё время живём, неужели доя нас всё остановилось? я, например, совершенно теряюсь перед сегодняшним временем, если бы про него были книги, это тоже - понять себя. А про сегодня почему-то не пишут, будто оно недостойно литературы.

Между издателей и писателей разгорелся курятник. Алиса Ганиева, красивая и неприятная женщина, несколько раз перекрикивала: "Я, я пишу только про современность! Может, вы просто не те книги читаете?" Мужика обвинили в безграмотности и непонимании литературной ситуации. Они, конечно, люди умные и профессиональные, но если предположить, что литература существует не для главреда журнала "Октябрь", а для меня и этого неформала средних лет?

Это я к чему. Может, Пит и не такой великий писатель, но он - про меня. Хотя я не дитя проходных дворов, наоборот, вполне рафинированная интеллигенция, хотя я была тем самым чуваком, которого п*здит трубой прыщавый подросток, эти бухающие, обкуренные и озлобленные - тоже я. Я живу в той стране, про которую написан "Исход", и если продолжить давнишнюю дискуссию, про современность нужно писать именно так.

Нечто подобное встречалось только в "Людях августа" Сергея Лебедева. В прошлом году она фигурировала в шорт-листах, и я за неё болела. Тоже не великая литература, но так хотелось, чтобы у нас сквозь культурное наследие и литературоцентричность пробился неприглядный сегодняшний день без всяких -измов. Но нет, там отбирают попричёсаннее, с замахом на толстовское величие. А хотелось, чтобы это могли читать мои соседи и одноклассники, те, кто учился в одном классе с чеченскими беженцами, у кого батя был в Афгане, кого мамка пьяная лупила и плакала, кто потом дрался с ментами от злобы и нечего делать.

Сумбурно излагаю, но от книги настолько мощное впечатление, уже недели две не могу структурировать. Значит, как наша жизнь - беспорядочно, отчаянно и правдиво.

Роман Сечин из "Литературной России" говорил о книге: "В чем главное достоинство "Исхода"? В том, что это живой текст. А это редкость... в нашей сегодняшней литературе".

Да... Такая дрянь - редкость даже в современной революционной литературе. Это притом, что в ней вообще мало грамотных и интересных вещей. И в первую очередь мне искренне жаль 16-17-летних подростков, которые на волне так называемой "моды на непохожесть" смело читают эту книгу и их сознание сильно искажается на этой почве.

Оно и видно...

Повесть "Исход" вошла в шорт-лист премии Андрея Белого.

Как вы думаете, чего я ждала, взяв в руки книгу?

• Разумеется, качественного повествования, поражающих сознание событий, действительно жесткого текста, который станет прорывом в российской "оппозиционной" литературе.