
Ваша оценкаРецензии
Summerjoy28 мая 2024 г.Читать далееНе читайте первый абзац этого текста во время еды.
«Другой класс» похож на прекрасную комнату с интерьером в стиле ампир, наполненную острым трупным смрадом. В этой книге правильным, литературным, очень богатым и красивым языком, с многочисленными культурными отсылками и уютными деталями - быта описываются мерзкие события, выворачивается почти наизнанку ничтожная душонка психопата, вскользь освещается несправедливый «синдром пропавшей белой женщины» (хотя пропадают мальчики) и торжествует несправедливость.
Прекрасная стилистика – моя слабость: я готова читать что угодно, если это написано велеречиво, с изобилием языковых средств и нестандартными фигурами речи; за безупречный стиль я готова вытерпеть плоских персонажей, глупейший сюжет и отвратительный финал. В «Другом классе» я стерпела последнее, благо с закрученностью сюжета в цикле о Малбри у Джоан Харрис проблем нет. Она всё так же коварно водит читателя за нос, намекая на личность убийцы, заставляя мучиться недосказанностью, дразнит, затем, ближе к кульминации, открывает его подлинную личину – и снова это не тот, на кого я уже подумала! Мне-то казалось, что недобродушный, язвительный автор дневника, который стремительно раскрывается как малолетний живодёр, психопат, серийный убийца – это тот неприятный, самолюбивый, напыщенный и малотолковый тип, который пришёл реорганизовывать школу, где некогда учился, во главе антикризисной команды. Но нет: pov-психопат здесь словно сошёл со страниц учебников по криминалистике или по психиатрии, и капельку теории Ломброзо в его образ немножко прилили. Неприятный малый для той роли слишком незауряден.
На первый взгляд история своим зачином и форматом повторяет «Джентльменов и игроков» : через год после описанных в первой книге событий в старинную частную грамматическую школу для мальчиков «Сент-Освальдз» приходит группа новых преподавателей, антикризисная команда во главе с бывшим учеником школы Джоном Харрингтоном, и профессор латинского языка Рой Стрейтли, чьими глазами мы видим главы осени 2005-го года, этим чрезвычайно недоволен. И поводов для недовольства, раздражений и возмущения у него немало, и не все они старческие капризы. Все вековые традиции новой метлой беспощадно сметаются, даже дубовые доски почёта вывозятся, как ненужный хлам, школа компьютеризируется, проводится масса ненужных совещаний, от учителей требуется клиентоориентированность, то есть умение не столько дать качественное классическое образование, сколько угодить ученикам и, следовательно, их родителям, которые платят деньги. Классические языки теряют привлекательность и популярность: скоро школа «Сент-Освальдз» должна превратиться в обычную частную школу для богатых. В школе для мальчики появляются девочки из женской частной школы «Малбри Хаус» - шумные, пропитанные лаком для волос и парфюмерией, ярко и довольно вульгарно одетые старшеклассницы во главе с похожей на них директрисой. Яркая стайка юных девочек лишает учеников покоя, добавляет забот и головной боли преподавателям-старожилам, но это – капля в море по сравнению с тем, что творят новые «учителя». Они совершенно не умеют преподавать, плохо знают свой предмет, отчего дисциплина в классах исчезает, и некоторые из горе-преподавателей только беспомощно, истерически перекрикивают разбушевавшихся учеников. Но и это полбеды: они не в силах пресечь школьную травлю, и даже не считают нужным это делать. Ведь главное – привлечь новых учеников в «Сент-Освальдз», увеличить доходы, сделать из старинной грамматической школы со своими традициями очередной привлекательный бизнес. Главное – бизнес. Рой Стрейтли, опытный, хороший, компетентный преподаватель, по-старчески принципиально отрицающий электронную почту и требующий приносить ему лично уведомление в виде записки от руки, с болью наблюдает разрушение школы, в которой он почти прожил большую часть своей жизни (он также её выпускник), гибель дела, которому он отдал самого себя, вспоминает счастливые дни своей относительной молодости, когда весело, с шутками на грани фола, преподавал латынь мальчикам и дружил с одним из преподавателей, Гарри Кларком, который любил музыку, пить чай с коллегами, определять характер человека по его любимым конфетам, своих учеников, приглашать их домой...
Во время антикризисного бедствия в "Сент-Освальдз" Рой Стрейтли получает письмо от Гарри из дома престарелых, где тот закончил свои дни, в полном одиночестве, забвении и остатках огромного, всеобъемлющего позора. Это последнее письмо: Гарри умер. В письме он просит провести по нему службу в часовне "Сент-Освальдз". Но исполнение последней просьбы успошего встречает яростное сопротивление у капеллана и коллег Стрейтли: имя Гарри Кларка, густо, несмываемо запятнанное, здесь постарались забыть, и служить заупокойную по такому, с позволения сказать, человеку, который опозорил школу, совершив подлое злодеяние – неслыханное кощунство. Семнадцать лет назад Гарри Кларк, преподаватель английского языка и литературы, любимец учеников, открытый гей, был обвинён в насилии над учениками и приговорён к длительному сроку заключения.
В книге – «по усмотрению Её Величества» - кажется, пожизненное заключение с чем-то вроде испытательного срока.
Школа в тот год потеряла много учеников: родители предпочли другие учебные заведения оскандалившемуся «Сент-Освальдз». Рой Стрейтли до сих пор не верит в виновность своего друга и знает, кто его оговорил. И в середине книги он называет имя клеветника.
Это – второй pov, главный герой второго пласта повествования в форме дневника, где он обращается к кому-то по прозвищу Мышонок. Автор дневника, начатого осенью 1981 года, делится с другом своими впечатлениями о «Сент-Освальдз», куда его перевели родители, говорит о некоем Особенном Состоянии, рассказывает о своих новых приятелях, также новичках в школе, которым даёт прозвища Пудель и Голди. Пудель застенчив, робок, даже забит, ведом, как комнатная, ухоженная собачка; Голди более общителен, активен, очень самолюбив, весел, чем похож на золотистого ретривера. Сам же автор не даёт указаний на свою личность, кроме прозвища Зигги, оставаясь мутно-прозрачным пятном на теле истории. У него нет интересов, достижений, друзей, - своих приятелей по «Сент-Освальдз» он таковыми не считает, - вся жизнь его предстаёт пыльно-серой, тоскливо, остро скучной. Эта скука овладела им в детстве, и уничтожить её можно было только одним способом, одной забавой – наблюдением за тем, как тонут мышки в грязном рву песчаного карьера, за их муками, добиванием их. Такую забаву он делил с другом по прозвищу Мышонок, который его, правда, предал незадолго до его перевода в «Сент-Освальдз». Также они вместе мучили старшего брата Мышонка, Пигги – толстого, неуклюжего, слабого мальчика.
Герой, оставшийся безымянным, в новой школе очень привязался к Гарри Кларку, вокруг которого мальчики водили хороводы, но тот обращал на своего безликого, скучного ученика крайне мало внимания – по крайней мере, так считал он сам. Как вы поняли, привязался он вовсе не по-ученически. На его взгляд, Гарри отмахнулся от него, вместо ожидаемого разговора по душам отправив к капеллану, не зная, насколько тот ненадёжен в плане тайны исповеди, и его ученик затаил чёрную обиду. И к этой обиде добавляется зависть: Пудель был явным фаворитом Гарри, и тот нашёл для него и время, и доброе слово, и место в своём доме, где так хотел оказаться невидимый пока-ещё-безымянный персонаж.Язвительность, насмешливость автора дневниковых заметок вводят в заблуждение и заставляют подумать, что написал их Харрингтон, но это не так. Ещё до того, как Стрейтли говорит, кто это мог сделать, можно понять, что Харрингтон довольно харизматичен и небесталанен (у харизматичного уже есть талант – нравиться людям), а признаётся в своих злодеяниях индивид максимально убогий и крайне порочный. Грязная кроличья нора. Психопат. Как по учебнику: отсутствие одарённости, интересов, сильная скука, жестокость к животным, мстительность, расценивание отказа как оскорбления, жажда внимания любой ценой. Всё это усугубляется родительским мракобесием (это объединяет его и его приятелей), «демонами секса» и табуированной нетрадиционной ориентацией. В один момент жестокость к животным переходит в убийство человека – немотивированное, подлое, жестокое убийство.
И здесь вступает в действие знакомый нам по «Джентльменам...» «Солнечный берег», в «Другом классе» переведённый как «Саннибэнк»; но вступает уже не в качестве фабрики уголовников, а как передержка никому не нужных детей. Жертва, Ли Бэгшот, кажется обыкновенным пареньком, в котором гопника выдаёт чересчур просторечный язык, форма школы, где служебная стоянка оплетена колючей проволокой, и привычка запасливо совать «подстреленную» сигарету за ухо; в романе он не сделал ничего плохого, а в сравнении со своими убийцами он и вовсе святой. Он долго и мучительно умирал, а его убийцы наблюдали за его попытками выбраться из ловушки, спастись и выжить, сталкивали обратно в холодный ров. При жизни Ли Бэгшот не был нужен ни отцу, ни беспутной матери, и после смерти стал лишь одним из несчастных случаев в грязном карьере, о котором дежурно написали на четвёртой странице городской газеты. В то время как об исчезновении мальчика из "Сент-Освальдз" писали все газеты, называя его многообещающим, перспективным, наделяя всеми возможными достоинствами. В истории с Ли Бэгшотом проявляется что-то вроде синдрома пропавшей белой женщины – синдром пропавшего хорошего мальчика: мальчика из богатой, хорошей семьи ищут активнее, и газеты с ТВ бьют во все колокола, а мальчика из плохой ищут спустя рукава, и, найдя, не очень беспокоятся о причинах его смерти. Если сын гулящей женщины, которая хватилась его где-то дня три спустя, ученик ужасной школы, значит, будто бы сам виноват: пошёл гулять в карьер, как обычная шпана, и сам утонул. Не велика потеря. Таких много, и плодятся они быстро. Ничего страшного. Естественный отбор. Это богатых и приличных надо спасать. Они по умолчанию хорошие и подающие надежды.
В прошлом безымянного героя много тайн, и не все из них он раскрыл. У него был опыт убийства человека до Ли Бэгшота, на что автор дневника намекает, и он был жертвой сексуального насилия, и за этим стоял, конечно же, не Гарри. Другой их коллега, чудаковатый, трусливый и бессемейный. Вряд ли он сломал мальчика, - его наклонности проявились ещё до Сент-Освальдз, - но однозначно его добил.
И в судьбе персонажа-педофила кроется несправедливость, авторская (и жизненная). Он не несёт никакого наказания, не раскаивается; его реакция – глухой, затаённый страх и горечь от предстоящей потери репутации. Он уверен в своей безнаказанности, потому что знает, как в таких случаях ведут себя коллеги и начальство – заметают преступление под ковёр. Да, может быть, новый директор не станет горой за него, но не выдаст властям и отправит педофила в отставку, и не придётся заслуженно сидеть в тюрьме. И будет возможность, - хотя бы теоретическая, - повторить преступление.
Но что потрясло меня больше, так это реакция Стрейтли. Он не отвернулся от коллеги, не произнёс никакого гневного обличения, не высказал негодования, просто пожурил, закурив свой любимый «Голуаз». И я не понимаю: здесь проявляется попустительство Стрейтли по отношению к «своему», его нравственная червоточина, или же сама Джоан Харрис считает, что раз мальчик был психопатом, ничего страшного в педофилии преподавателя нет, и он не заслуживает даже осуждения? Бесспорно, мерзость вроде серийного убийцы очень хочется расчеловечить, но так, чтобы на фоне его злодеяний померк случай педофилии, насилие над ним самим... Это шокировало меня и сильно разочаровало, больше, чем какие-то недочёты и не интересная мне тема ЛГБТ, занявшая добрую треть книги.
Содержит спойлеры7700
IrinaPuzyrkova28 января 2024 г.Несколько уступает "Джентльменам и игрокам"
Читать далееЭто продолжение книги "Джентльмены и игроки", действие происходит в той же школе Сент-Освальд, в центре повествования опять старина Честли, только в этом переводе он остается на английский манер Страйтли, что создает поначалу некоторый когнитивный диссонанс. И снова старые тайны не дают покоя старинной закрытой школе для мальчиков. Другой класс - это класс работяг, к которому с пренебрежением относятся образованные и аристократичные. Ну и любые "другие", не вписывающиеся в рамки нормы люди. Довольно мрачные истории вскрываются, убийства творятся на право и на лево, но старина Честли не унывает и продолжает стоять на своём. Харрис умудряется гармонично смешать триллер и социальную драму с английским юмором и уютом.
71,1K
EmmaW18 марта 2018 г.Читать далееДжоанн Харрис относится к числу писательниц, которые мне нравятся. Так что от «Другого класса» я ожидала качества и была уверена, что получу удовольствие от чтения. Ну и обложка завораживала – она просто потрясающая и явно в тему.
Первая глава обещала, что здесь будет что-то похожее на «Мальчика с голубыми глазами». Безымянный герой ведет дневник и пишет в нем те мысли, которые не мог бы ни с кем обсудить. Намекает, что интересуется убийствами и хочет развлечений. Родители отдали его в школу «Сент-Освальд» из-за ее религиозного статуса и множества правил и ограничений для учеников. Они думали, что школа поможет их ребенку избавиться от того, что он в дневнике называет Особым Состоянием. Я сразу сделала предположение, в чем оно заключается и, в общем, не ошиблась. Учитывая отсталых от жизни и помешанных на религии родителей, ответ напрашивался сам собой. Но Харрис долго наводит тень на плетень и выглядит это странновато. Будто она нас считает глупыми.
Я уже думала, что весь роман состоит из дневника героя и событий из его реальной жизни. Но во второй главе появился этот Рой Стрейтли – учитель латыни – и как-то из повествования понемногу исчезло что-то цепляющее и добавилось раздражение. Я поняла, что Стрейтли основной герой и как минимум половина книги сконцентрируется на его деятельности, его мыслях и его воспоминаниях. Можно догадаться, что аннотацию я не читала. Так и есть. Любимые писательницы избавлены от отборочного этапа и попадают в читательский список по умолчанию.
Стрейтли и безымянный герой по очереди рассказывают свои истории. Один в настоящем времени в 2005 году, второй в 1981, когда сам поступил в «Сент-Освальд». В то время как раз произошло что-то ужасное, что поставило репутацию школы под удар и надолго всем запомнилось. Харрис дает понять, что герой с Особым Состоянием имел какое-то отношение к этому.
В 2005 году Стрейтли был уже на пороге пенсии, но сам уходить не собирался. Не только он, но и многие из других учителей, пришедшие преподавать одновременно с ним, тоже не собирались на пенсию, а кое-кто даже рассчитывал на повышение. Поэтому когда специальная кризисная комиссия во главе с новым директором стала наводить свои порядки, то старая гвардия решила угождать и притворяться, что им все нравится. Но Стрейтли моментально взбесился и всем показывал, что он против всего нового. Против компьютеров, Интернета, электронной почты. Не согласен обучать девушек, не хочет убирать старые и никому ненужные доски почета, не хочет чтобы школа попала в рейтинг лучших школ. А самое главное – против нового директора, который являлся его бывшим учеником и которого он считал виновным в тех событиях 1982 года.
Читать дневник героя с Особым Состоянием интересней, чем мысли Стрейтли. Вначале я даже сочувствовала ему. До тех пор, пока не узнала, что от теории убийства он перешел к практике. Вот тут как отрезало. Далее мне стала безразлична его жизнь. Когда раскрылась правда о тех событиях 1982, то она не добавила ничего и не дала никакого другого взгляда. Когда жертва превратилась в убийцу, то как-то сочувствовать некому.
Что касается Стрейтли, то он раздражал меня почти с самого начала. Мне никогда не нравились такие учителя. «Твидовый пиджак», как он сам себя называет. Ну да, консервативный зануда. Его мысли погружали меня в прошлое: у нас было полно в школе «твидовых пиджаков». И ни одного Гарри Кларка. Кларк – тоже учитель в «Сент-Освальд», но другой формации, не такой, как Стрейтли – мне понравился сразу. Хотелось бы больше информации о нем. Лучше бы всю историю подать от его лица. Кстати, почему он себя не спас? Харрис не пишет причины, по которой тот ничего никому не сказал. А я сама не поняла.
Интриги в романе нет, все очень просто, хотя писательница делает вид, что это не так. Она постоянно говорит намеками «там произошло такое… такое…» и молчит почти до концовки. Я даже отмела правильную версию и стала придумывать что-нибудь посложнее. Но все же я не могла знать, что Харрис оставит преступника безнаказанным.
И, конечно же, это не детектив совсем. И Стрейтли не расследует. Он предается воспоминаниям и вызывает других учителей на разговоры о прошлом. Но я не ждала детектива. Я знала, что его здесь не будет.
Харрис вроде говорила, что напишет четвертую книгу. Романы «Джентльмены и игроки», «Мальчик с голубыми глазами» и «Другой класс» связаны между собой и считаются трилогией. Кстати, «Другой класс» это не только про школу, но и еще имеется в виду другой социальный класс.
Остался вопрос о термине «Броди Бойз». Когда выяснилось, что так Стрейтли зовет своих любимых учеников, то я предположила, что это взято из романа Мюриэл Спарк «Мисс Джин Броди в расцвете лет», у которой была своя банда любимых учениц. Но точно я не знаю, а переводчики сноску не дали. Зато почему-то дали на фразу «некоторые равнее других», хотя Оруэлл известен гораздо больше Спарк и уж эту-то его фразу все знают.
Я очень сильно разочарована романом. Не думала, что ничего не найду здесь для себя и просто потрачу время. Его даже один раз прочитать было трудновато. А уж перечитывать и вовсе нечего. Он хорошо пойдет для тех, кто любили учиться в школе, любили «твидовых пиджаков», любят фиксацию на всяких описательных вещах, вроде мелового запаха, гула коридоров, шума дождя и хотят ностальгировать о школьном прошлом.
7595
Empira10 августа 2023 г.Читать далееИз-за прошлогодних событий в школу Сент-Освальд направили кризисную команду во главе с бывшим учеником, чтобы реабилитировать в глазах общественности это учебное заведение. Вот только есть факторы, мешающие прогрессу, такие как упирающийся учитель латыни Рой Стрейтли и давние события, которые имели место в то время, когда нынешний директор жаловался родителям на своего учителя за возмутительные склонения латинских глаголов.
Прочитала заключительную книгу цикла про «Город Малбри» и если у кого-то была надежда, что она свяжет между собой две предыдущие, то спешу вас расстроить, это новые события в уже известной по предыдущим частям школе. Харрис вновь ловко через речь, поведение и флешбэки рассказывает о персонажах и событиях, что можно спокойно читать эту книгу отдельно.
Вновь внешние силы пытаются разрушить привычный уклад Сент-Освальда и мы скачем между двумя временными отрезками, которые нам рассказывают разные персонажи. Мальчик о прошлых событиях и пожилой учитель о настоящем, знакомая схема? Автор сама у себя ее утащила, что меня немного расстроило, думаю, что автор могла и по-другому уже преподнести повествование в новой части. Да и в прошлый раз больше накала страстей было, чувствовалась угроза, которая нависала над персонажами. Сейчас это уже остатки былого великолепия.
Персонажи вытягивают всю книгу, Стрейтли все также ворчит на новые технологии и на мальчишек, которые почему-то уже выросли во взрослых людей и имеют солидную карьеру. Загадочный мальчик несколько раз обманул мои предположения о его личности, я прям приложила усилия, чтобы разобраться в этом. Для меня это бесспорно плюс, если автор водит меня по лабиринтам сюжета и оставляет хлебные крошки. Дали больше место для других учителей и немного иначе показали учебный процесс в школе.
В повествование, на мой взгляд, очень грамотно вплели тему ЛГБТ и отношение людей к нему, особенно религиозно настроенных фанатиков. Также правдоподобная тема жертв насилия, которые могут быть не вызывающими сочувствия личностями, и классового неравенства в рамках одного города.
Я с удовольствием прочла сие произведение из-за любви к автору и тому как она меня водит за нос, но на самом деле можно было остановиться и на "Джентльменах и игроках".
61,1K
Mnogo_slov4 марта 2022 г.послушай, Мышонок!
Читать далее
Я почти успела забывать, как умело Джоан Харрис водит своих читателей за нос. И в этой книге я поняла, почему несколько лет назад эта писательница стала одной из моих любимых.⠀Я привыкла к тому, что романы Джоан – это что-то среднее между потрясающим кулинарным рецептом и любовной драмой, пронизанной насквозь магией. А эта книга выбила меня из колеи. Это было «не в стиле Джоан». Так мне казалось в начале.⠀А потом я окунулась в книгу с головой.Повествование скачет от 1981 года к 2005; от учителя Латыни до мальчишки-ученика, который начинает свои главы с обращения к Мышонку. И через повествование этого мальчишки мы всё глубже утопаем в черноте. Булинг в школе, домогательства со стороны учителя, насилие, психологические травмы, убийства животных и… убийство детей.⠀Нам дают право быть детективами: самим решать, кто будет убийцей, кто будет невиновным. Учитель латыни – Мистер Стрейтли, ловко читает людей (сначала я не понимала как так, а потом – 30 лет стажа в школе, он должен уметь) недовольный осуждением своего лучшего друга в том, чего он не совершал и с самых первых страниц книги пропитан ненавистью к Джонни Харрингтону. И маленький парень (со своим Состоянием), который раздает людям клички – Пудель, Голди, - и хочется быть в центре внимания любой ценой.⠀Мы пробираемся через путаный сюжет, через много букв и в конце понимаем, как нас мастерски водили за нос. Вот он преступник. Тот, кто так долго скрывался в тени, прятался за спиной другого мальчишки, писал письма Мышонку и был совершенно не тем, о ком мы думали.⠀Я долго думала о чём же всё-таки это книга. О геях? Насилии? Предательстве? Нет. Она об учителях и о том, как они влияют на нашу жизнь. Иногда в хорошую, иногда в ужасную сторону и часто «сторона» не зависит даже от самих учителей.6976
Dasha_Nik5 июня 2019 г.Когда друг оказался вдруг..
Читать далееУ нас с Джоанн Харрис сложные отношения - сначала мне дико скучно и непонятно, зачем я это читаю, а потом последние 150 страниц зачастую кардинально переворачивают мое впечатление о книге. Так было с "Джентльменами и игроками", с "Леденцовыми туфельками", а теперь и с "Другим классом".
Вообще, к этой истории у меня изначально мало ожиданий: во-первых, в моей памяти свежи воспоминания об "Острове на краю света", который ну очень уныл и неинтересен, а во-вторых. "Другой класс" является продолжением законченных "Джентльменов и игроков", не прямым, но локации и главный герой те же. После прочтения я все еще уверена, что продолжать бы не стоило, на мой взгляд, нужно было перенести действие в другое место и с другим героем. Но автор барин, что хочет, то и делает. Наверно, кому-то понравилась именно такая идея Харрис.
В "Сент-Освальдз" снова скелеты в шкафу. Снова есть прошлое и настоящее. Снова есть выросший психопат, который был воспитан в стенах этой школы. Снова Рой Стрейтли, преподаватель латинского, пытается во всем разобраться. А в это время в школе сменяется руководство, которое хочется сделать ее более современного, при этом руководителем оказывается нелюбимый Стрейтли Джонни Харрингтон - бывший ученик школы, с которым были проблемы.
Сначала (как я уже сказала выше) было ощущение, что написанное - полный бред. Действие ведется, как любит Харрис, в прошлом и настоящем - от лица психопата в прошлом и от лица старого латиниста в прошлом и настоящем. Мысли психопата не соответствуют действительности, при прочтении абсолютно не понимаешь, что-зачем-почему. Я вообще хотела бросить спустя первые 200 страниц. Потом стало интереснее.. А потом выстрелило - снова необычный поворот сюжета. Впрочем. в моих глазах только это и спасибо книгу.
К сожалению, кроме скуки минус здесь является неуклюже поднятая автором тема гомосексуализма. И если в прошлом эта тема выглядит совершенно логичной и обоснованной, то в настоящем я абсолютно не могу поверить, что подростка будут гнобить, так откровенно нелепо оправдывая насилие над бедный парнем религиозными мотивами. Одно дело, когда это делают другие подростки и люди за 50-60, другое - 40-летние современные люди, пусть и помешанные на религии. В общем, глупо получилось, по-моему.
Еще один минус - главный злодей. Как я уже писала в рецензии к "Джентльменам и игрокам", я не люблю, когда злодеем является психопат без мотивов. Нет, конечно, и там, и тут мотив хоть какой-то есть, но по факту главной причиной агрессии является психическое заболевание. Тебе не хочется лезть к нему в душу, пытаться понять мотивы.. Нет, просто это больной человек. Лично для меня это абсолютно неинтересно.
Безусловно, стоит сказать, что драма в книге все равно есть. Есть сложная и тяжелая история гомофобии из 80-х. Есть история изнасилования подростка. Есть история манипуляции и шантажа. Есть история, когда пытаются разрушить старые устои и традиции в пользу новых, когда этот шаг может сломать жизнь тем, кто этими устоями и традициями живет. В общем, есть здесь психологизм. Но все же для меня его оказалось недостаточно. Для меня "Другой класс" - специфический история, который и хорошую оценку поставить нельзя из-за затянутости и определенной картонности, и плохую оценку поставить тоже нельзя из-за психологизма и неожиданного поворота сюжета, который заинтересовал в конце.
61,2K
husky-ham17 июля 2017 г.слишком много ружей, которым так и не пришлось выстрелить
This part of Malbry novels is not as enthrailing as "Gentlemen and players", and it left me somewhat confused and at a loss of thoughts.
"Different class" is like the stories I am telling people while slightly tipsy. These stories don't necessarily have endings as I usually forget the reason for telling them in the first place, but they always start with a flourish.6192
Tokka26 мая 2025 г.Два времени - один след
Читать далееРоман «Другой класс» Джоанн Харрис предлагает интересную литературную конструкцию: повествование развивается параллельно в двух временных плоскостях - прошлом и настоящем. Эта идея изначально интригует: ты постепенно распутываешь клубок событий, переключаясь между эпохами, которые тонко перекликаются между собой.
Тем не менее, несмотря на качественную проработку атмосферы и стиля, книга не оставляет сильного эмоционального следа. Она читается с интересом, но без восторга. Развязка предсказуема, а сюжетные повороты скорее логичны, чем ошеломляющи. Автор делает ставку не на сенсационность, а на психологическую достоверность и постепенное раскрытие характеров.
Это добротно написанный роман с интересной структурой, который подойдет тем, кто ценит неспешное, продуманное повествование. Но тем, кто ждет неожиданностей и сильных эмоций, книга может показаться слишком сдержанной.
5342
nastya14108615 декабря 2023 г.Читать далее«Наш мальчик такой чувствительный, ему необходимо особое отношение.» – «Именно это помешало ему выполнить домашнее задание?» «Сэр, мне нужно вам признаться, что я гей.» – «Это как-то помешает вам выучить урок?» Старый Рой Стрейтли, преподаватель латыни, уверен, что в особом отношении нуждается каждый ученик, а личная жизнь, если она не мешает учёбе или мальчишка не попросит совета, его не касается.
Нехорошая история вновь сотрясла крепкие стены частной школы Сент-Освальдз. История мерзковатая, с душком. С выворачиванием наизнанку, извлечением старых тайн, открытием неприятных секретов. И вопросом: насколько хорошо мы знаем своих друзей?
Их было трое новичков, ненадолго задержавшихся в школе – Дэвид Спайкли, Джонни Харрингтон, Чарли Неттер. И все выросли сломленными – из-за религиозного фанатизма, зашоренности мозгов, жестокости и равнодушия. Из мальчишки по прозвищу Пудель всерьёз изгоняли демонов, доведя того до истеричного состояния. Ему и Гарри я сочувствовала – злобная зависть не позволила быть им вместе, когда Пудель стал совершеннолетним. Ханжа Голди до ужаса боялся извращенцев: «Гомосексуалист проклятый, твоё место в аду!» – из его лексикона. Но Зигги… Его сделали преступником не обстоятельства, а его собственные наклонности, идущие из детства. Когда выяснилось, что на самом деле произошло с его братом, я не удивилась.
Если Зигги действительно подвергся сексуальному насилию, всё равно подло через столько лет обвинить в этом невиновного человека, который в той ситуации незаметно помог, но не обратил на Зигги такого внимания, которого подросток хотел. Хотя я Зигги до конца не поверила, создалось ощущение, будто он что-то не договорил.51,2K
AscanioVie11 мая 2019 г.Все учителя попадают в ад
Читать далееСлабоумие и отвага не отпускают нас даже во время чтения. Ведь, конечно, надо было взяться за книгу, не посмотрев, что она в серии третья. И наспойлерив себе знатно. Но спойлеров я не боюсь, мне от них только интереснее. А книга вполне самостоятельная и весьма актуальная.
Меня совершенно не пугают маньяки, восставшие мертвецы, жуткие монстры и даже Чужой, нежно дышащий в ухо. Сон мой спокоен, аппетит хороший. Ровно до того момента, пока на сцену не выходят жестокие дети. Не мучай кота, маленький ублюдок!
Многие, наверное, слышали это популярное утверждение, что чаще всего самые немыслимые по своей жестокости убийства совершают женщины и дети. Впрочем, это что-то довольно спорное и не знаю, насколько подкрепленное фактами. Но то, что дети чаще всего в принципе плохо понимают границы добра и зла — правда. А когда центральный персонаж книги — это мальчик, который в своем роде гениален, который мыслит, как взрослый расчетливый маньяк, вот тут то и начинается жесть. И это совсем не тот популярный сейчас няшный типаж, когда персонаж весь такой хрупкий юноша с ментальный недугом. А реально человек с отбитыми напрочь моральными принципами. И, наверное, самое страшное, что с первых же страниц сам герой вам скажет о своем "особом состоянии", что родители его об этом знают, но никто ничего не делает. Мальчик то умненький, вежливый, учится хорошо. А целительная вера, конечно, поможет. Хотя как раз сочетание компонентов "вера" и "ментальное расстройство" приводит к созданию гремучей смеси, которая отдается взрывами во всех уголках книги.
В "Другом классе" в центре повествования нет приятных персонажей. Все те, кому хотелось бы искренне сочувствовать, остаются на уровне массовки, наполняющей историю так, чтобы она была плотной. Да и вообще про всю книгу, наверное, можно сказать, что она очень "плотная". Буквально на каждой странице идет сильный эмоциональный перегруз, часто гротескный и абсурдный, от чего складывается впечатление, что это театральная постановка в наших любимых декорациях частной английской школы.
С одной стороны — это такая сатира, летящая камнем в огород системы образования. А вроде и драма, где все герои раскрываются с разных сторон, иногда в формате одного всем известного музыкального инструмента в кустах. И так тоскливо от царящей в мире несправедливости, когда все больше проваливаешься в хитросплетения сюжета.Вроде бы это сложная и очень многогранная книга, не с двойным дном, а с тройным, четверным и еще парочкой ответвлений. Актуальная социалочка и такое привычное и любимое многими место действия, маленький городок, где все знают всё друг о друге. Объемные персонажи, почти полное погружение когда почти чувствуешь запах табака, мела, пыли и мокрых носков. А книга заманивает вас в ловушку, предоставляя путанные факты, где может быть как правда, так и ложь. Моральные вопросы вообще очень шаткая штука, кто-то просто обработаете информацию с каменным лицом, а кто-то станет подозревать друзей и коллег в ведении тайных дневников с рассуждениями об убийствах.
Но под конец что-то начинает прихрамывать. Какие-то отблески "во имя справедливости", шпионский накал страстей. Это плохо вяжется с общим медленным повествованием, которое плывет себе сквозь время, поворачиваясь то одним боком, то другим. Конечно, это нормально, что в книге про тайны все причастные рано или поздно сходятся в одном месте, а под одной тайной скрывается еще какая-то. Только когда на горизонте начинает маячить почти голливудский хэппи-энд, это уже как-то странно, будто Харрис писала себе эту темную мерзенькую историю, а потом такая "ой, я забыла добавить радостей жизни!". И для кого-то концовка станет приятным бонусом, вроде звездочки за отличие, что стойко прошел по всей истории. А для меня вся книга просто приятное осознание того, что такая Харрис мне очень даже нравится — глубоко копает, почти не подыгрывает своим героям и определенно умеет передать атмосферу.51K