Рецензия на книгу

• 

  EmmaW18 марта 2018 г.

  Джоанн Харрис относится к числу писательниц, которые мне нравятся. Так что от «Другого класса» я ожидала качества и была уверена, что получу удовольствие от чтения. Ну и обложка завораживала – она просто потрясающая и явно в тему.

  Первая глава обещала, что здесь будет что-то похожее на «Мальчика с голубыми глазами». Безымянный герой ведет дневник и пишет в нем те мысли, которые не мог бы ни с кем обсудить. Намекает, что интересуется убийствами и хочет развлечений. Родители отдали его в школу «Сент-Освальд» из-за ее религиозного статуса и множества правил и ограничений для учеников. Они думали, что школа поможет их ребенку избавиться от того, что он в дневнике называет Особым Состоянием. Я сразу сделала предположение, в чем оно заключается и, в общем, не ошиблась. Учитывая отсталых от жизни и помешанных на религии родителей, ответ напрашивался сам собой. Но Харрис долго наводит тень на плетень и выглядит это странновато. Будто она нас считает глупыми.

  Я уже думала, что весь роман состоит из дневника героя и событий из его реальной жизни. Но во второй главе появился этот Рой Стрейтли – учитель латыни – и как-то из повествования понемногу исчезло что-то цепляющее и добавилось раздражение. Я поняла, что Стрейтли основной герой и как минимум половина книги сконцентрируется на его деятельности, его мыслях и его воспоминаниях. Можно догадаться, что аннотацию я не читала. Так и есть. Любимые писательницы избавлены от отборочного этапа и попадают в читательский список по умолчанию.

  Стрейтли и безымянный герой по очереди рассказывают свои истории. Один в настоящем времени в 2005 году, второй в 1981, когда сам поступил в «Сент-Освальд». В то время как раз произошло что-то ужасное, что поставило репутацию школы под удар и надолго всем запомнилось. Харрис дает понять, что герой с Особым Состоянием имел какое-то отношение к этому.

  В 2005 году Стрейтли был уже на пороге пенсии, но сам уходить не собирался. Не только он, но и многие из других учителей, пришедшие преподавать одновременно с ним, тоже не собирались на пенсию, а кое-кто даже рассчитывал на повышение. Поэтому когда специальная кризисная комиссия во главе с новым директором стала наводить свои порядки, то старая гвардия решила угождать и притворяться, что им все нравится. Но Стрейтли моментально взбесился и всем показывал, что он против всего нового. Против компьютеров, Интернета, электронной почты. Не согласен обучать девушек, не хочет убирать старые и никому ненужные доски почета, не хочет чтобы школа попала в рейтинг лучших школ. А самое главное – против нового директора, который являлся его бывшим учеником и которого он считал виновным в тех событиях 1982 года.

  Читать дневник героя с Особым Состоянием интересней, чем мысли Стрейтли. Вначале я даже сочувствовала ему. До тех пор, пока не узнала, что от теории убийства он перешел к практике. Вот тут как отрезало. Далее мне стала безразлична его жизнь. Когда раскрылась правда о тех событиях 1982, то она не добавила ничего и не дала никакого другого взгляда. Когда жертва превратилась в убийцу, то как-то сочувствовать некому.

  Что касается Стрейтли, то он раздражал меня почти с самого начала. Мне никогда не нравились такие учителя. «Твидовый пиджак», как он сам себя называет. Ну да, консервативный зануда. Его мысли погружали меня в прошлое: у нас было полно в школе «твидовых пиджаков». И ни одного Гарри Кларка. Кларк – тоже учитель в «Сент-Освальд», но другой формации, не такой, как Стрейтли – мне понравился сразу. Хотелось бы больше информации о нем. Лучше бы всю историю подать от его лица. Кстати, почему он себя не спас? Харрис не пишет причины, по которой тот ничего никому не сказал. А я сама не поняла.

  Интриги в романе нет, все очень просто, хотя писательница делает вид, что это не так. Она постоянно говорит намеками «там произошло такое… такое…» и молчит почти до концовки. Я даже отмела правильную версию и стала придумывать что-нибудь посложнее. Но все же я не могла знать, что Харрис оставит преступника безнаказанным.

  И, конечно же, это не детектив совсем. И Стрейтли не расследует. Он предается воспоминаниям и вызывает других учителей на разговоры о прошлом. Но я не ждала детектива. Я знала, что его здесь не будет.

  Харрис вроде говорила, что напишет четвертую книгу. Романы «Джентльмены и игроки», «Мальчик с голубыми глазами» и «Другой класс» связаны между собой и считаются трилогией. Кстати, «Другой класс» это не только про школу, но и еще имеется в виду другой социальный класс.

  Остался вопрос о термине «Броди Бойз». Когда выяснилось, что так Стрейтли зовет своих любимых учеников, то я предположила, что это взято из романа Мюриэл Спарк «Мисс Джин Броди в расцвете лет», у которой была своя банда любимых учениц. Но точно я не знаю, а переводчики сноску не дали. Зато почему-то дали на фразу «некоторые равнее других», хотя Оруэлл известен гораздо больше Спарк и уж эту-то его фразу все знают.

  Я очень сильно разочарована романом. Не думала, что ничего не найду здесь для себя и просто потрачу время. Его даже один раз прочитать было трудновато. А уж перечитывать и вовсе нечего. Он хорошо пойдет для тех, кто любили учиться в школе, любили «твидовых пиджаков», любят фиксацию на всяких описательных вещах, вроде мелового запаха, гула коридоров, шума дождя и хотят ностальгировать о школьном прошлом.

  7

  595