Чужое сердце

Иногда мы видим лишь то, что хотим видеть, но не замечаем того, что прямо перед глазами. А иногда мы вообще ничего не видим

То, чего церковь боится больше всего, обычно и признают самой страшной ересью.

Между "да"и "нет"пролегает целая жизнь.Именно в этом заключается разница между той дорогой,по которой ты идешь,и той,на которую ты не свернул.Именно тут сияет зазор между тем,кем ты хотел стать,и тем,кем ты являешься.Именно это пространство ты в будущем заполнишь ложью,причем обманывать будешь только самого себя.

- Религия - культ. Тебе не приходится выбирать свою религию. Ты такой, каким тебе велят быть родители. Это и не воспитание вовсе, а просто промывание мозгов. Когда младенцу при крещении льют воду на голову, он не может сказать: "Эй, чувак, я бы лучше стал индуистом".

Мне кажется, независимо от того, какую религию вы исповедуете, акты доброты делают мир лучше, потому что мы тоже становимся лучше.

Каждый раз, когда мы делаем добро, Бог становится более совершенным, а мы становимся чуть больше похожими на Бога.

Чудо становится чудом, если только кто-нибудь его наблюдает и передаёт историю кому-то ещё.

Всегда будет существовать что-то плохое. Но удивительное дело: свет каждый раз побеждает тьму. Можно воткнуть свечку в темноту, но невозможно воткнуть тьму в свет.

Тебе не говорят, во что нужно верить, - ты самостоятельно постигаешь это. Нужно заглянуть вглубь себя, понять человеческую природу и судьбу, и в этот момент ты постигаешь тайну: в тебе заключено нечто Божественное, если ты стремишься искать его. И путь для каждого будет разный.

- Что бы вы делали, если бы начали сомневаться во всём, во что верили раньше?
<......>

• Я задавал бы больше вопросов.

Но вдруг идеи, всегда считавшиеся кощунственными, вовсе не кощунственны - просто это идеи, с которыми мы прежде не сталкивались? Или идеи, с которыми нам не позволяли сталкиваться?

Человек должен проживать свою жизнь определённым образом не в силу какой-то Божественной власти, а подчиняясь личным моральным обязательствам в отношении себя и других.

Церковь выживала и процветала не потому, что ее воззрения были нужны человечеству, а потому, что всех достойных соперников она бесцеремонно устранила.

За все нужно платить.
Можно встретить мужчину своей мечты, но вы проведете вместе считанные годы.
Можно завести идеальную семью, но она окажется иллюзией.
Можно спасти свою дочь от смерти, но при условии, что в теле ее окажется сердце человека, которого ты ненавидишь больше всех на свете.

– Религия объединяет людей.
– Да уж, конечно. Каждый спор в этой стране сводится к религии. Исследование стволовых клеток, война в Ираке, право на смерть, однополые браки, аборты, эволюция, та же смертная казнь – и где, по-твоему, линия разлома? А линия разлома проходит прямехонько по твоей Библии.

– Деда, ты же не хочешь попасть в ад? – спросил я.
– О боже! – ответил он. – Это тебя бабушка настропалила?
– Нет, – Солгал я, – Я просто не понимаю, почему ты не ходишь с нами к мессе.
– У меня своя месса, – сказал он. – Я не хочу, чтобы какой-то мужик в платье с воротничком рассказывал мне, во что верить, а во что нет.

Как выяснилось, притворяться гораздо проще, чем надеяться.

В этом мире так сложно отыскать любовь, найти человека, который придаст смысл твоему существованию. И ребенок, пожалуй, был чистейшим образцом любви.

<...> ты можешь спасти лишь того, кто хочет быть спасённым, а иначе тебя самого выведут из игры.

Слова как сети: мы надеемся, что они охватят то, что мы имеем в виду, но понимаем, что они не могут заключить в себя столько радости, печали или изумления. Обретение Бога тоже похоже на это. Если такое произошло с вами, вы знаете, каково это. Но попробуйте объяснить это кому-нибудь другому - и язык уведёт вас куда-то в сторону.