Чернобыльская молитва. Хроника будущего

Случайно увидела на livelib.ru, что авторский конкурс на лучшую рецензию продлен.
Про Светлану Алексиевич я не слышала никогда, нет, но заинтересовала, хотя скользнула мысль, что автор просто хочет поднять свой рейтинг "читаемости".
Однозначные "5" книге "Чернобыльская молитва" и какие-то искренние рецензии настолько зацепили, что я в тот же день засела за книгу.
Я сильно ошиблась в своем первом впечатлении.
Наверное, это трудно назвать книгой. Здесь нет слов автора, здесь нет художественного вымысла. Хроника. Эмоции.
Меня раздирали двойственные и противоречивые чувства: то читала запоем, то ломало и крутило от душевной боли, которой пропитаны слова.
Тяжело, очень тяжело.
Я не люблю советскую власть, я родилась ровно за 2 месяца до Чернобыля, но все равно не люблю ее. Много страданий принесла она людям. Многим семьям. Книга заставила вновь задуматься, насколько партбилет был дороже тысяч человеческих жизней. Бравировать. Сохранять лицо важнее, чем любить ближнего.
Кто-то пишет, что книгу нужно включить в школьную программу, я не знаю. Я не против, чтобы школьники помнили историю. Я не против, чтобы они впитывали в себя боль и учились сопереживать. Но я не знаю, какой урок вынесет каждый из нас после прочтения. Главное, чтобы этот урок не стал страхом, с которым придется жить.

Сначала я думала, что книга будет о политике. Знаете, как это бывает, вроде и тема отвлеченная, а всё равно заканчивается все дискуссией о том, какой строй общества лучше. Что касается Чернобыля, то уже возле него этой политики всегда было столько же, сколько рентген на крыше атомного реактора в первые секунды после взрыва.
Но нет. И именно поэтому её должен прочитать каждый.
Ассоциации, оставшиеся после "Чернобыльской молитвы", - тишина. Звенящая, та самая, какая стоит после того, как улетели пчелы, убежали животные и ушли люди, закрыв хаты, занавесив окна, оставив намоленные красные углы. То здесь, то там слышны голоса - отдельные и хором, но они эту давящую абсолютную тишину почти не могут рассеять.
Потому что случилось страшное. Не просто необратимое, но еще и непонятное.

Реактор - беда не только чернобыльцев, не только жителей Припяти, не только украинцев или белорусов. Это беда всего мира, потому что он перевернулся с ног на голову. От любых потрясений человек был защищен надежной, толстой, уютной пеленой поколенческого опыта. Даже страшные кровопролитные войны не были настолько ужасающими, потому что в недрах архетипа они были усвоены и понятны. Неусвоенным и непонятным стало то, как может убивать земля, по которой ты идёшь, воздух, которым дышишь, всё то, к чему питаешь доверие, унаследованное от поколений предков. И эта растерянность, беспомощность сквозит в каждой строчке, записанной Светланой Алексиевич. Хочется прервать чтение и крикнуть: "Боже, мы стали гостями в своём доме, пришельцами на своей планете, сиротами при живой матери". Но крик не вырывается, как не вырывается он и у тех людей, с которыми беседовала автор книги. Самое страшное происходит тихо и буднично, при свете солнца.
И это страшное - не коммунисты и не демократы, не те, кто читает Солженицына и не то, что кто-то его не читает. Страшное, что все человечество, как жители тех эвакуированных деревень, уезжая на три дня, покинуло родной дом навсегда. И нам некуда возвращаться.

Благодаря Светлане Алексиевич у героев появился еще один памятник - эта книга, в которую компактными строчками уложены годы человеческой боли, страданий, слёз и необъятное чувство безысходности.

Книги – слезы. Книги – камни. Каждое слово, каждое воспоминание остается внутри, мучит и не дает забыть. И плачешь, плачешь навзрыд, скулишь и страдаешь, понимая, что помочь уже ничем нельзя, да и раньше не смог бы, как бы ни старался. Понять это невозможно. Это просто было, это просто правда, как бы ни хотелось поверить, что всего лишь выдумка, сон, страшное видение. Сколько бы ни прошло времени, сколько бы ни было прочитано, увидено, услышано, без слез воспринимать эти книги нельзя. Ты смотришь на них, идешь рядом с ними, пытаешься прочувствовать их боль, узнать их радость. Но все не то. И не дай бог испытать такое.
Не помню, почему и в какой момент захотелось читать Алексиевич. Помню только, что после ее книг никакие другие издания о войне и Чернобыле уже не воспринимались всерьез. Какой же может быть хэппи-энд? Какие могут быть геройства? Вот она – правда, страшная, ужасающая, мерзкая, горькая, ЧИСТАЯ правда. От нее нельзя скрыться, нельзя отмахнуться, нельзя закрыть глаза и не заметить. Смотрите на нее, чувствуйте ее, оплакивайте ее.
Сперва была «Чернобыльская молитва»: тема Чернобыля той ясной студенческой весной почему-то глубоко засела в моей голове. Когда все вокруг жили, мечтали, веселились, смеялись, я металась как пришибленная, душевнобольная и думала о том, что вот точно так же лет 20 назад по земле ходили другие люди и тоже радовались весне и солнцу, хорошей погоде, строили планы на лето, шутили, грустили по пустякам… Но все оборвалось. Мир разделился на «до» и «после», 26 апреля перечеркнуло все, и для многих этот день стал последним светлым отрезком.
Недавно посмотрела «Аврору», как-то не получалось раньше добраться до этого фильма. И снова – слезы. И снова – это ноющее чувство, жжение в груди, нежелание жить, невозможность представить радость, ненависть к тем, кто допустил такое.
Потом настало время для другой книги. Я открыла «У войны не женское лицо». Мне хотелось это читать, мне хотелось это знать. Наверное, такое желание сродни мазохизму, ведь заранее предчувствуешь, что придется испытать, ведь явно не радоваться будешь, а мучиться. И мучишь себя сознательно – страница за страницей. И снова я – как в тумане: то ли брежу, то ли сплю. Смотрю на друзей, знакомых и ужасаюсь: «Как вы можете?! Как можете вы сейчас смеяться, когда ТАМ - ТАКОЕ!» Долго потом пришлось отходить, возвращаться к нормальному душевному состоянию, убеждать себя, что надо жить, что все те, кто был там, этого хотели. Конечно, со временем боль утихла, уже нет того гнетущего ощущения несправедливости и ужаса перед будущим. Но стоит только вспомнить – и слезы на глазах. Пожалуйста, люди, миленькие, давайте не будем забывать это, чтобы не повторилось.

Какая это книга? Описать невозможно,нужно просто прочитать,и не потому что она великолепна и т.д, а просто для того,чтобы хоть на толику приблизится к этому страшному слову Чернобыль,хоть немного понять насколько это ужасно и больно.Читая её,не скрою,плакала.Каково тем людям,нам не дано понять,мы можем только наблюдать со стороны. Это книга о безысходности,о смерти и о жизни конечно. Её стоит почитать молодежи,хотя бы для того чтобы иметь представление о том,что же это было и для того,чтобы задуматься о жизни,о нашем месте в ней.Ведь по сути мы не знаем,что случится с нами завтра,сегодня,через час,минуту,секунду....

от Чернобыля нам не откреститься. Это наше общее - людей, животных, насекомых, воды, планеты - будущее. В этом страшном будущем часть человечества уже живет много лет. Особый мир, иная жизнь, где нет места обычным человеческим меркам. Об этом мире не знать грешно.
Читать страницы «Чернобыльской молитвы» страшно. Не просыхают слезы на глазах. Сильнейшее потрясение, когда эмоционально и физически сопереживаешь чужой боли. Но это и очищение – очищается твоя совесть, на мир смотришь трезво, без розовых очков. И учишься, учишься – стойкости, мужеству и любви. Ибо, как ни странно, «Чернобыльская молитва» - книга о любви. Начинается она рассказом о любви – и завершается рассказом о любви. А между ними – смерть. «…любовь и смерть всегда вдвоем».

"Чернобыльская молитва"... В ней мы слышим голоса людей, прошедших через события во время аварии на ЧАЭС и потерявших родных и близких после катастрофы. Они говорят о своём горе, своей жизни. Читаешь и понимаешь, что это не вымысел - это реальная жизнь, это наша история. Страшно. Жутко.

"Чернобыльская молитва" - это истории живых людей, тысяч семей. Масштабы последствий ужасают и не укладываются в голове. Это трагедия, которая коснулась всех... Отголоски катастрофы звучат и по сей день. После прочтения приходит осознание, что невозможно смотреть на мир по-прежнему, как бы громко это не звучало...

Под сильным впечатлением от прочитанного. Однозначно рекомендую. Чтобы знали. Чтобы помнили.