Цитаты из книги Hominids

Если у вас нет религии, нет списка вещей, которые, не нанося никому вреда, тем не менее считаются предосудительными — употребление лёгких наркотиков, мастурбация, адюльтер, порнография — то вы, скорее всего, и не будете так ревностно относиться к сохранению тайны частной жизни. Люди настаивают на её соблюдении частично из-за существования в их жизни вещей, огласки которых они до смерти страшатся. Но в терпимом обществе, где преступлением являются лишь те, что направлены против конкретной жертвы, огласка, возможно, не такое уж большое дело.

Какая часть мужского населения создаёт проблемы? Сколько процентов буйных, злобных, неспособных контролировать эмоции, неспособных противиться импульсам? Действительно ли их настолько много, чтобы их нельзя было… «вычистить», кажется, так выразился Понтер – какое доброе и оптимистичное слово – из генофонда человечества поколения назад?
Неважно, велик или мал процент буйных мужчин, подумала Мэри, всё равно их слишком много. Даже один такой ублюдок – это слишком много, и…
Вот и она уже думает, как народ Понтера. Генофонду и правда пошла бы на пользу небольшая терапевтическая чистка.

Если у вас нет религии, нет списка вещей, которые, не нанося никому вреда, тем не менее считаются предосудительными – употребление лёгких наркотиков, мастурбация, адюльтер, порнография, – то вы, скорее всего, и не будете так ревностно относиться к сохранению тайны частной жизни. Люди настаивают на её соблюдении частично из-за существования в их жизни вещей, огласки которых они до смерти страшатся. Но в терпимом обществе, где преступлением является лишь то, что направлено против конкретной жертвы, огласка, возможно, не такое уж большое дело. И конечно же, как недавно Понтер наглядно продемонстрировал, в таком обществе отсутствует табу на наготу – ещё одно явление сугубо религиозной природы, – а также потребность запираться в туалете.

Из… – И тут глаза Понтера расширились, став почти круглыми под изгибом лобной кости, словно он узрел явление Христа народу – его светский аналог. – Из нашего убеждения в том, что жизни после смерти не существует, – победоносно заявил он. – Вот что встревожило меня в ваших верованиях; теперь я это увидел. Наши убеждения недвусмысленны и согласуются со всеми наблюдаемыми фактами: жизнь человека после смерти полностью завершена; после того как он ушёл, с ним уже не помиришься и не отблагодаришь, равно как не существует ни малейшей возможности того, что благодаря своей добродетельной жизни они теперь пребывают в раю, забыв о земных тревогах.