Цитаты из книги Скромный герой

- А какая же у тебя библиотека, дядюшка! - воскликнул Эскобита, указав на ровные ряды полок над письменным столом. - Сколько книг, черт меня дери! И ты что, все их прочитал? - Ну, вообще-то, пока не все. <...> Но я убежден, что намного больше вероятность, что книга будет прочитана, если она стоит у тебя дома, а не в магазине.

Зло — это дитя свободы, порожденное человеком.

— Вы человек этичный, дон Фелисито. Этичный до мозга костей. Откровенно говоря, я таких знаю не много. Фелисито остался в недоумении: что означает «человек этичный»? Он положил себе при случае купить словарь.

— А в самом Перу тебе хоть что-нибудь нравится, папа? Дон Ригоберто собирался возразить, объявить, что здесь много интересного, однако предпочел усмехнуться и ответить с преувеличенной иронией. — Только три вещи, Фончито, — произнес он с напыщенностью просвещенного скептика. — Картины Фернандо де Шишло. Французские стихи Се́сара Моро. И естественно, креветки из Махеса.

В жизни всегда так. У хорошего всегда есть плохая стороночка, а у плохого — хорошая.

Маленьким пространствам цивилизации никогда не справиться с безбрежным варварством.

Хороший зад - это самый священный дар, которым Господь наделил женщин, чтобы осчастливить мужчин. Даже в Библии об этом сказано - как мне говорили

Функция печати в это время или, по крайней мере, в этом обществе — не информировать людей, а стирать всякое различие между ложью и правдой, заменять реальность океанической громадой вымыслов, где на поверхность выходят все комплексы, поражения, обиды и травмы нации, изъеденной завистью и злобой.

Любое человеческое существо, каждый из нас — это бездны, населенные тенями.

Полагаю что я утратил веру, как только начал думать. Верующему много думать не подобает.

"Нормальным?» — спросил себя Ригоберто и представил, как Фончито говорит на обезьяньем сленге, глотая слоги, как затягивается косячком, нюхает кокаин или закидывается таблетками экстези в дискотеке на сотом километре Панамериканы, — именно так ведет себя золотая молодежь Лимы. По спине Ригоберто пробежали мурашки. В тысячу раз предпочтительнее, чтобы мальчик видел призраков или даже самого дьявола и писал эссе о природе зла.

«В этой стране невозможно создать уголок цивилизации, пусть даже крохотный, — подвел итог Ригоберто. — В конце концов варварство стирает его с лица земли».

"Функция печати в это время или, по крайней мере, в этом обществе - не информировать людей, а стирать всякое различие между ложью и правдой, заменять реальность океанической громадой вымыслов, где на поверхность выходят все комплексы, поражения, обиды и травмы нации, изъеденной завистью и злобой".

Фелесито немного посидел в гостиной, послушал новости. Преступления, нападения, похищения - все как обычно.

...Фелисито вдруг услышал по радио свой любимы вальс - "Душа, сердце и жизнь". Такого нежного, трепетного, мастерского исполнения ему прежде слышать не доводилось. Ни Хесус Васкес, ни Луча Рейес - никто из креольских певцов не исполнял этот прекрасный вальс с таким чувством, иронией и лукавством, как эта женщина, голос которой он слушал впервые в жизни. Она вкладывала в каждое слово, в каждый звук столько искренности и гармонии, что хотелось танцевать и даже плакать

Любое человеческое существо, каждый из нас – это бездны, населённые тенями.

Сам Фелисито не принадлежал к тому типу мужчин, которые влюбляют в себя женщин, но, безусловно, обладал качествами, за которые к мужчинам привязываются.