Шопен = чистоплюйство + уныние
Почти каждый, считающий себя образованным, человек в разговоре нет-нет да ввернёт фигуру о знаменитом Шопене. Видимо, население Земли делится на тех, у кого он – любимый классический композитор, и остальных 50%. Да, музыка Шопена для нас прекрасна, любима и узнаваема. А вот его персона, вне рамок некоей Жорж Санд и болезненной хрупкости здоровья, незнакома. В надежде лучше познать музыку через личность создателя (а может и наткнуться на какой-то исторический перчик) я взялась за чтение этой книги...
Книга, написанная признанным гением своего и дальнейшего времени – Ференцем Листом, является поэтическим описанием личности и творчества Шопена. Она НЕ для практичных читателей! Автор был, видимо, очень впечатлительной и экспрессивной натурой, поэтому я, вместо того, чтобы, как я ожидала, купаться в эфире, в действительности, грузла в болоте.
Следует сказать, что Лист не писатель и этим всё сказано. Книга у него получилась на 80% о романтизме и только примерно на 20% - о Шопене. Я не верила, что настолько творческий человек может настолько нудно писать! Местами закрадывались подозрительные мыслишки о неудачных литературных неграх (благо Лист был очень занят концертами). Я ждала, я терпела, я жаждала… И я, в общем-то, потеряла интерес.
НО послесловие Якова Мильштейна к книге дало мне все пароли к пониманию и все фильтры для очистки текста сочинения Листа! Оказывается, всё не так просто, и за написанием "Шопена" скрывается удивительная историческая каверза! Всё сразу стало на свои меса, и я перестала сердиться на Листа за порчу моего времени.
А теперь немного о самом Шопене (я считаю, что в отношении подобной биографии неуместно говорить о спойлерах, но, если кому-то горит приступать к чтению этой книги "незапятнанным", да будет так - дальше спойлеры).
По свидетельствам Листа, Шопен:
(далее идет, в некотором роде, объяснение названия этой рецензии)
- зная толпу насквозь, боялся её и, в то же время, нуждался в ней. - в то же время, ни на чью судьбу не оказал решительного воздействия. - умножил средства искусства, научив концентрировать их на меньшем пространстве (о малых формах). - слишком нравился, чтобы толкать на размышления. - предпочитал женское общество, которое меньше обязывало к последующему общению. - не драпировался в плащ непризнанного гения. - жил рядом со всеми, но не жил вместе ни с кем. - имел в характере и привычках больше подлинной оригинальности, нежели внешней эксцентричности. - не позволял даже ближайшим знакомым проникнуть в святыню его души, столько сокровенную, что они даже не подозревали о её существовании.
Также Лист: - употребляет слово «позерство», что меня немало удивило и позабавило. - утверждает, что
гений выявляет себя изобретением новых форм.
- отмечает, что когда-то у каждого польского герба было свое имя. - говорит о трех стимулах, которые
свиваются в сердце в запутанный клубок патриотических, тщеславных и любовных чувств.
- считает, что
творчество – это добродетель, поэтому плохие поступки Поэта искупаются ею в отличие от таких же поступков человека, ничего не создавшего
(«заслуги обеляют»).
- призывает сохранять в своих руках руководство энтузиазмом своей эпохи. - цитируя некоего господина, замечает, что
Прекрасное – это то, что нравится просвещенному патрицию.
- романтично обобщает, что
поэзия существует потому лишь, что находит свою вечную правду в прекраснейших побуждениях сердца человеческого.
- утверждает, что
Богатство хорошо тем, что, давая возможность кое-чем пожертвовать, служит опорой в изгнании.
- озвучивает свое уникальное мнение о том, что
Большинство национальных танцев не может сохранить свою былую оригинальность, как только выходит из употребления соответствующий им костюм.
- печально, в лучших традициях антиглобалистов, провозглашает, что
Европейская цивилизация, не изменяя основ национальных характеров, сглаживает, тем не менее, их особенности и шлифует внешние формы.
- увещевает, что
Истинная поэзия и подлинное очарование мазурки раскрываются только поляку и польке… Только они знают, что во время мазурки один может потерять уважение, а другой завоевать симпатию.
- по-философски констатирует, что
На балах не всегда находишься между своими.
- в пример Казанове делится мыслью о том, что
Наилучший комплимент женщине – это то, что она танцует так же хорошо, как и молится.
Вы спросите мое мнение? Вероятно, я не достаточно романтична, чтобы читать такое без запинок и с удовольствием. Но в то же время, Лист породил во мне милое убеждение в том, что Польша – удивительная, уникальная и классная страна. Это притом, что сам он был венгром.
Рекомендую эту книгу интересующимся Шопеном, но не из-за его музыки (о музыке там мало написано), а больше в контексте эпохи, в которую он жил.
11 понравилось
