Filthy Foreign Exchange

— Любовь моя.
Он в одиночку идёт по направлению ко мне, ухмыляясь и излучая дерзкую уверенность. Он одет в тёмно-зелёную рубашку, которая выгодно подчёркивает эти серые крапинки в его глазах — если вы заметили их в первый раз, то всегда будете обращать на них внимание.

Кингстон: Слева от меня… Эхо-Метр?
Я: Она проститутка. Твёрдый0. Может быть, даже -1.
Кингстон: Проститутка говоришь? Чертовски блестяще!
Я: Ты слишком хорош, чтобы связываться с проституткой.
Ох, он впечатлён. И я знаю это, потому что он тут же поворачивается на своём стуле в мою сторону и встречается со мной взглядом, ослепляя меня довольной улыбкой.

Это другое фото.
Эм. Вау.
Я: Кингстон, это ПАРЕНЬ.
Кингстон: Уверена?
Я: Вполне.
Кингстон: Ты прикалываешься?
Я: Ага.
Кингстон: Тогда моя работа здесь окончена. Так что, ты будешь смеяться, когда я увижусь с тобой?
Я: Возможно.
Кингстон: С нетерпением жду этого.
Как и я.

Я мгновенно осознаю — это не очень хорошо, потому что когда вы думаете, что что-то ушло, но затем сразу же возвращается, ваша тяга к этому становиться ещё сильнее, опаснее. Вы полностью осознаете глубину своих желаний и всё что нужно после — пережить утрату.

— Видела ли я тебя на вершине пирамиды? Да, видела, — я достаю свои ключи из кармана и добавляю: — Интересно ли было смотреть на парней гоняющих мяч по полю? Нет, не очень.

«Ты здесь ради своей подруги, ты здесь ради своей подруги. Ты здесь ради своей подруги». Я продолжаю повторять эту мантру в своей голове, чтобы не повернуть назад и не убежать из этого места.

— Какой мудак, — смеётся Кингстон мне на ухо. — Что является чистой правдой. Как будто я бы позволить кому-то, — кроме меня, конечно же, — мучить тебя.

Тёплое дыхание Клея опаляет заднюю часть моей шеи, и я слышу, как он шепчет низким голосом мне в ухо.
— Не волнуйся, малышка. Я прослежу, чтобы ты весело провела время.
И это официальное заявление: сегодняшняя ночь будет сущим адом.

Саванна появляется как раз к ужину, как и Клей, потому что это наша давняя традиция. Единственный кого не хватает, чтобы насладиться огромным вниманием моей мамы, которая приготовила на всех — Себастьян… и его дублёр.

Следующие несколько дней проходят довольно нормально — ну, нормально, если так можно выразиться, учитывая, что новый горячий, британский парень проживает вместе с тобой.

— У меня есть свои методы.
— Методы в виде папочкиных денег? Впечатляет.

— Эй, братишка, — тихо отвечаю я, сражаясь со своей печалью и пытаясь не выдать себя. — Это я, Эхо.
Он смеётся.
— Кто такая Эхо?

— Кстати говоря, я лучше пойду спасать Кингстона от Клея, или, по крайней мере, буду там на всякий случай. Ты же знаешь эго этого человека.
— Кого именно?
— Клея! — отвечает она, смеясь.
— Мы действительно называем его человеком сейчас? — спрашиваю я, наблюдая, как она уходит. — Потому что я бы не сказала так о нём.
— Смешно, Эхо! Не позволяй ему услышать этого. Иначе его сердце не выдержит.

— Слухи могут быть полной фигнёй. Он ещё не клюнул на меня и…
Моя голова резко дёргается в её сторону.
— У тебя уже есть парень — тот, чью комнату занимает Кингстон в настоящее время! Если он клюнет на тебя, то станет не только бесклассовым, но и трупом, к тому же его перестанут уважать! Чёрт, если я не смогу убить его, то натравлю на него Клея, чтобы закончить работу.

— Ну, хватит с меня такого удовольствия, — я закатываю глаза и прыгаю на землю. — Всё, что я хотела — это разгрузить грузовик, но я предпочту наблюдать за тем, как сохнет краска, чем за вами. Вы, ребята, оторвитесь по полной — и не сломайте тут ничего!

Я поворачиваюсь и чуть не спотыкаюсь о груду верёвок, шокированная тем, что Саванна здесь. Я вижу её намного чаще после приезда Кингстона в город, чем когда мой брат, фактически её парень, был дома. Лучше бы она потерялась, чем всё время хихикала над каждой репликой Кингстона. А ему следует перестать целовать её руку, как и руки всех женщин, которых он встречает. Кто знает, какие именно микробы он собирает и приносит домой.