Цитаты из книги Я исповедуюсь

Оба мы были большие мастера по обнаружению причин быть недовольными жизнью.

Довольно долго я восхищался отцом, несмотря на его ужасный характер, и старался делать всё, чтобы ему угодить. Особенно мне хотелось заслужить его одобрение. Он был груб, чрезвычайно талантлив и совсем меня не любил. Но я обожал его. Потому мне так тяжело говорить о нём. Тяжело не судить его. И не осуждать.

Ты когда-нибудь видел, чтобы люди держались за руки всю Четвертую Брукнера, а? С вами все понятно. Любовь до гроба... Сидели в партере, как два карамельных голубка.

Какое значение может иметь хронологическая точность, если до сих пор я излагал события в таком беспорядке!

Впервые она назвала меня не «сын», а «Адриа». Впервые в жизни. Двенадцатого апреля тысяча девятьсот шестьдесят какого-то или семидесятого

Почему мы с матерью никогда не любили друг друга?

Это загадка для меня. Всю жизнь я завидовал детям, которые могли сказать, ай, мамочка, моя коленка! - и мама прогоняла боль поцелуем. Моя мать этого не умела.

Не далее как неделю назад я плеснул себе в стакан апельсинового сока, оказавшегося при ближайшем рассмотрении молоком. Однако, взяв его в рот, я не сразу понял, что это молоко. Я решил, что это сок, только поразительно мерзкий на вкус, притом что молоко я на самом деле очень люблю. Главное здесь то, что я ожидал одного, а получил другое. 

И если где-то должен воцариться ужас, пусть он будет бескрайним. И если где-то должна быть проявлена жестокость, пусть она будет абсолютной.