Греческая трагедия

Нисколько мне не страшно с равным в брак вступать, но не взглянул бы на меня сч неумолимой страстью бог высокий!

Мудр, о, поистине мудр тот, кто впервые понял и вслух произнёс: с равными нужно в браки вступать, чтоб счастье своё найти.

Прометей:
Вам, новым, внове править и незыблемой твердыней власть сдаётся вам.

Прометей:
Робей пред всякой властью, льсти, заискивай, а мне до Зевса дела никакого нет.

Какой безумья вихрь тебя принес?

Ты немало прибавила бед к беде,
Ты опять и опять подымаешь войну
В унылой душе... Бесполезно вступать
В спор с сильнейшим.

Опасна гнусная корысть, и чаще
Ты с ней беду, чем прибыль наживешь

Кто возомнит, что он один умен,
Красноречивей всех и даровитей,
Коль разобрать, окажется ничем.
И самым мудрым людям не зазорно
Внимать другим и быть упорным в меру.
Ты знаешь: дерева при зимних ливнях,
Склоняясь долу, сохраняют ветви,
Упорные же вырваны с корнями.
Тот, кто натянет парус слишком туго
И не ослабит, будет опрокинут,
И поплывет ладья его вверх дном.

По правде
Мы не должны ни горькой, ни счастливой
Жизнь человека называть до смерти.
Вот счастья баловень —вот горя горя сын —
И что ж? Случайность манием единым
Того низвергнет, этого возвысит,
А как— того не скажет и пророк.

А я скажу и без гаданий: если
Ты женишься, то выбирай жену
И верную и добрую, чтоб дома
Сидела... - или вовсе не женись.

Пускай он мечет огненные молнии,
Пусть белокрылым снегом сыплет, громы пусть
На Землю рушит, все перевернет вверх дном
Ничем он не добьется, чтобы выдал я,
Кто тот, который у него отнимет власть.

С отцовской волей строгой тяжело шутить.

Запомни: все искусства - Прометеев дар.

Пред­во­ди­тель­ни­ца хора
Ни в чем ты боль­ше не был вино­ват? Ска­жи.

Про­ме­тей
Еще у смерт­ных отнял дар пред­виде­нья.

Пред­во­ди­тель­ни­ца хора
Каким лекар­ст­вом эту ты пре­сек болезнь?

Про­ме­тей
Я их сле­пы­ми наде­лил надеж­да­ми.

Пред­во­ди­тель­ни­ца хора
Бла­го­де­я­нье это, и нема­лое.

Разум нужен править войском, править гражданами - ум,
И, за деньги власть купивши, промахнешься, толстосум!

Увы! Увы!
С какой беды начать? Средь этих зол
Не каждое ль покажется мне первым?
Кто в море вас, о волны, различит?

На что слова? Или прикажешь ложью
Бесстыдною несчастье украшать?

Когда мы в горе, дети
Не говорят, а понимают всё.

Для смертного отрадно видеть солнце,
А под землёй так страшно… Если кто
Не хочет жить – он болен: бремя жизни,
Все муки лучше славы мертвеца.

Бывает, госпожа,
Что, где совсем не ждёшь спасенья, боги
Любимого спасут…