Дневник Анны Франк

Здравствуй, Китти!
Должно быть, ты испытываешь гордость от того, что дневник твоей лучшей подруги Анны Франк стал известен во всем мире и попал в Список всемирного наследия ЮНЕСКО.

Она рассказала нам всем еще об одной стороне Второй мировой войны. Больше двух лет вместе с семьей она пряталась в "заднем доме" и рассказывала тебе о том, что больше всего тревожит ее.

Хочу спросить тебя, Китти. А всегда ли ты понимала Анну? Ведь для своих лет она была необыкновенно умной девочкой. Я абсолютно уверена, что не каждый взрослый читатель, взяв в руки письма, оценит глубину ее мыслей.

Ты только посмотри, как отличается отношение к происходящему у Анны и ее "сожителей". Кто-то жалуется и придирается к остальным, кто-то прячет ото всех личное продовольствие, Петер проводит много времени в своей комнате, а Анна, помимо учебы, успевает еще всех веселить и периодически раздражать своим "недостойным" поведением. Совершенно удивительная у тебя подруга! Мне нравится, что ей интересно абсолютно все. Она принимает обстоятельства, потому что другого выхода нет, а постоянно жаловаться - это не в ее характере. Эти два года в убежище не прошли впустую. Китти, столько, сколько всего знала и чем интересовалась Анна, многие из нас не узнают за всю жизнь. Твоя упрямица презирала праздность и безделье, считала, что много денег не нужно человеку для счастливого существования. Сколько языков она параллельно учила? А сколько книг прочла за эти 25 месяцев? Может быть, ты считала?.. А помнишь, как она назвала Гитлера глупым?

Как считаешь, можно ли назвать любовь Анны к Петеру несчастной? Ты же понимаешь, я говорю вовсе не о взаимности. С одной стороны, мне хотелось, чтобы она немного проще относилась к этому, ведь первая любовь, а девочки в ее возрасте не слишком заботятся о том, чтобы избранник неустанно развивал все свои качества. У меня сбиваются мысли. Я ошибаюсь или чувства к парню стали угасать, потому что он устраивал себя таким, какой он есть, ведь так проще?..

А помнишь, как они жили? Все время в замкнутом пространстве, на виду у остальных и сутками с одними и теми же людьми. Закрытые и зашторенные окна. Вечный страх быть пойманными. Бытовые проблемы. Голод. Жизнь по строгому расписанию. И все же это была свобода!..

Честно говоря, Анна для меня - это не просто какая-то еврейская девочка, олицетворяющая весь народ во времена холокоста. И даже не символ евреев, потому что даже в пределах убежища, ты сама знаешь, люди проявили далеко не лучшие свои качества. Она - Человек. Ставила перед собой цели, упорно к ним шла, планировала свое будущее, интересовалась всем миром, работала над своим характером...

Сейчас Анну Франк знают все. Ее именем названы улицы, музей, даже астероид! Российское издательство "Вече" включило ее в сотню великих женщин. А дневник переведен на множество языков. Еврейская девочка, мечтавшая стать журналисткой и известной писательницей,прославилась на весь мир.

Я давно заметила, что лучшие из нас почему-то уходят рано. Ты перечитываешь ее письма, Китти? Ведь ты была ее единственной подругой.

P.S. Китти, извини, что я воспринимала лишь трагедию девочки, а не трагедию еврейского народа.

Мария.

Анна Франк — обычная еврейская девочка, уроженка Германии, скрывавшаяся с семьей от нацистского террора в Нидерландах. Всемирную известность Анне и её семье принес дневник девочки, который она вела в Убежище. Анна погибла в феврале 1945, в лагере Берген-Бельзен. Её дневник впервые был опубликован в 1947 году, в сокращенном варианте, сокращения были сделаны отцом Анны, опущены были моменты, где Анна слишком откровенно пишет о вопросах пола или чересчур сурово осуждает мать. Сокращенная версия издавалась вплоть до 1991 года, когда на основе научного издания дневника, содержащего полный текст, была выпущена та версия, которая доступна современному читателю.

Оценивать личные дневники всегда неимоверно трудно, тем более оценивать дневник девочки, ставшей жертвой Холокоста. Да я бы и не стала этого делать, если бы этот дневник не планировался автором для публикации и не был ею в какой-то степени к этой публикации подготовлен — изменены имена, сделаны дополнения, и т.д. Работа по переработке дневника не была доведена до конца и то, что издается сейчас представляет смешанную версию — тут и переработанные куски и первоначальные. По мере прочтения, я все больше хотела согласиться с Отто Франком (отцом Анны) в желании издать дневник в сокращении — не знаю как кому, а мне было странно и неприятно читать размышления Анны о сексе, менструациях, отношениях с мальчиками, и, о ненависти к собственной матери — все это очень личное, совершенно не имеющее отношение к документу эпохи.

Дневник Анны назван «документом, обличающим нацизм», очень пафосное и громкое заявление. И если бы не две страницы послесловия о том, кто где и как умер, оборавшиеся записи дневника Анны вряд ли бы кого-то затронули — мало ли почему она перестала писать? Текст дневника в настоящем издании содержит более трехсот страниц, из них есть несколько очень интересных и прогрессивных мыслей для столь юной девочки, но в остальном же это пустая болтовня. Особенно в начале, вообще все, что написано до Убежища — совершенно нечитаемо, хотя Анна когда это писала, была еще совсем ребенком и не её я осуждаю за глупые мысли, а тех, кто решил это издать. Повторюсь, идеальным вариантом была бы сокращенная версия, охватывающая только период жизни в Убежище.

Описание жизни и быта Убежища тоже не совсем оправдали моего ожидания — восемь нелегалов жили в не самых плохих условиях, трехразовое питание каждый день, полноценная квартира с санузлом и возможностью помыться, библиотека и радио, каждодневные визиты помощников, подарки, дни рождения и Ханука (!), стишки и смех. И все на фоне постоянного нытья о том, как однообразна у них еда — да уж, какая жалость мы едим одну картошку, ой этому на день рождения подарили бутылку вина, а тому пряники, а этой торт. Эм, вот где тут нечеловеческие условия и выживание на грани? Это при том, что в это время была блокада Ленинграда, где люди мечтали о такой однообразной пище, и вынуждены были есть кошек (к слову, в Убежище их было даже две, все с ними игрались и умилялись).

Весь мир жалеет Анну Франк, её именем названы улицы, открыт музей и установлены памятники, сняты киноленты. Да, жаль девочку, которая погибла в пятнадцать лет и не узнала многих радостей жизни, не смогла в тридцать перечитать свои подростковые записи и в голос похохотать над своими глупостями, не смогла родить ребенка и стать ему идеальной матерью, какой у нее не было. Но в тоже время безумно обидно, что эту Анну Франк на Западе вознесли до героических высот, её восхваляют и жалеют, а девочек, голодающих и замерзающих в блокадном Ленинграде почти никто не знает...

Случайная цитата: Новые проблемы: мефрау в отчаянии, заводит разговоры о расстреле, тюрьме, виселице, самоубийстве. Ревнует Петера ко мне, потому что не ей, а мне он доверяется, обижается на Дюссела за то, что он недостаточно идёт навстречу её заигрываниям, боится, что супруг истратит на курево все деньги, вырученные за её меховую шубу, затевает ссоры, ругается, плачет, жалуется, смеется и затевает новую ссору.

Сначала маленькая история. За этой книгой мы с сестрой охотились где-то полгода. Искали кропотливо, дошло даже до того, что мы начали соревноваться в том, кто первый ее найдет. Первой ее нашла я, с чем себя и поздравила. О книги я была наслышана, начитана восторженных отзывов и морально подготовившись к предполагаемым ужасом, я, не без содрогания, открыла первую страницу, и...
И все, собственно. Нету ужасов войны. Нету вообще войны. Она упоминалась только как картонные декорации к школьной пьесе и выглядело это примерно так - описание своих проблем, свой быт и тут оппа, да я же пишу в военное время! Пора вставить пару военных эпизодов. Этим дело и ограничивается.
О книге. Всю книгу Анна задирает нос, в открытую презирает свою мать и остальных "тупых" взрослых, ноет по поводу того как они во всем ограничены и о своей великой любви.
Про ихние ограничения. Извините, конечно, но как во время войны, когда бедная Россия умирала с голоду, находили торты, клубнику, кофе и прочие радости желудка? А столько книг? А учеба заочно? А одеколон, сигары? И пишет об этом так, как будто это нечто само собой разумеющееся. Еще и бигудями успевали накручиваться. Ну и дела, не война, а курортный городок какой-то. А потом еще и жаловаться, мол, слишком много фасоли, слишком мало хлеба. А если их помощники болели или не могли что-то достать - так искренне возмущение, мол, как так, оставить НАС! Просто уму непостижимо.
Про любовь. Лучше бы вообще не начинала. Честно. Как по мне, большинство ее огорчений и проблем не то, о чем стоит думать во время войны. Вот честно. Какая, к черту, любовь? Тут народы уничтожают, тут люди, чтобы выжить, трупы едят, а она про "Ой, я прям не знаю, поцелует он меня или нет. А если да? А что делать? А вдруг ему этого мало будет?" и в таком же духе. Эта девочка волнуется о судьбах других? Не думаю, только если начинает думать не о себе, то есть не так часто.
Про саму Анну. Она меня жутко раздражала. Все вертится вокруг "Я". Я умная. У меня поклонники. Я кокетка. Я флиртую. Я лучше своей мамы. И на минутку так - кокетка в 12 лет? Это сильно.
Я ни в коем случае не обзываю и не делаю наезды на бедную девочку. Я не говорю, что книга ужасна, пресна и прочее. Книга только мне такой показалось, а, может, и не только мне. Я придирчивая тварь, что с меня взять. Но. Тут нет войны. Тут только кучка неблагодарных евреев, с раздутым самомнением. Тут есть типичные подростковые проблемы и лямур. Я такое не читаю и впредь не собираюсь читать. Если бы не такой грамотный пиар, я бы никогда не взяла книгу с таким содержанием, которое меня совершенно не привлекает.
Вывод. Читать для общего развития, но не с целью потом идти и доказывать что-то несогласным. У каждого свое мнение и если книга понравилась большинству, это не значит, что она обязана нравится всем, так не бывает. Это мысль всегда успокаивает меня, когда популярная книга мне не нравится.
И да,несмотря на мою грубую рецензию, мне безумно жалко Анну и всех обитателей убежища, такое не должно случатся с людьми.

Анна Франк прожила всего 15 лет. Самые лучшие дни юности прошли взаперти, а дни перед смертью - в концлагере. Это дневник военных лет, но писала его подросток. Поэтому и проблемы она описывала, актуальные для ее возраста. Это конфликты с матерью и другими взрослыми, непонимание с сестрой, первая любовь и многое другое. Все проблемы усугубляются тем, что живут они скопом и возможности побыть одной не так уж и много. И постоянный страх. Страх, что их обнаружат.
Не знаю, еще можно написать об этой книге. У меня только одно желание: я не хочу чтобы такое случилось с моими детьми.

Дети всегда остаются детьми независимо от того, в какую эпоху они живут... В тринадцать-четырнадцать лет девочки всех поколений пишут дневники, чтобы рассказать в них о самом сокровенном, о том, чего нельзя доверить даже лучшему другу: о первой любви и привязанности, о ссорах с родителями, об увлечениях и книгах, которые ты любишь, о подарках, которые тебе вручили на День рождения и о многом другом.
Суть не в этом, а в шокирующих датах, проставленных в дневнике: 1942 год, 1943 год, 1944 год... Читая, я заранее знала, что вот-вот появится последняя дата, но как же я молила, чтобы дневник продолжился, и в нём появился счастливый 1945, 1950, 1970, 1980...
Анна Франк родилась в 1929 году. Сколько прекрасных вёсен не встретила она, сколько радостных десятилетий прошли мимо неё, она могла бы стать матерью троих детишек, счастливой женой, а может, известной писательницей, историком, учёным, однако её жизнь оборвалась, так и не начавшись... А всё она, проклятая война, лагеря, геноцид, миллионы смертей, миллионы искалеченных судеб...
Я не берусь судить строки этой маленькой девочки, я просто не имею на это право, я только хочу, чтобы наши дети ЖИЛИ, и чтобы все мы не забывали это страшное время. Вечная память....
Флэшмоб 2011.

Предупреждение лайвлибовцам: на сайте гуляют кривые версии

"Дневник Анны Франк" оказался совсем не таким, как я его представляла: мало политики, много обычных девочковых переживаний. Читая, как будто проглядывала свой собственный дневник, писанный в 13-14 лет. Они идентичны, если опустить убежище. Абсолютно одинаковые фразы, одинаковые предложения, проблемы, мысли, за исключением убежища. Я в свои 13-14 лет не была еврейской девочкой во время Второй мировой. Я не знаю, каково это, когда нельзя показать носа на улицу, говорить в полный голос, спускать в туалете воду ночью. Я не знаю этого. Но тем не менее я была такой же. Родители не понимали, насколько мне одиноко. У меня не было близких друзей. У меня была первая любовь. И тем тяжелее читается сие произведение. Нидерланды показались мне несколько похожими на Париж Зюскинда. Живые, грязные, вонючие. Вот только они не выдуманы. Это все взаправду. О Нидерландах мне рассказывали мои дедушка с бабушкой. Только они были не в Голландии - у нас, в Беларуси, в Украине, они были в любом городе, который эта война хоть как-то затронула. Такая же грязь, вонь, нищета. И на фоне этого совершенно обычные люди, обычные дети, даже кошки, из которых какой-нибудь поймавший их счастливчик мог сварить суп и заработать немного на их шкуре.
Евреи, англичане, русские, да и рядовые немцы тоже - от этой войны никому не было пользы. Война никого не щадит, на ней все равны. Так зачем тогда все это? Зачем это продолжается сейчас и будет продолжаться, пока существует род человеческий? Зачем, скажите мне, вся эта ненависть, для чего?
Пожалуй, я никогда не пойму этого.

Давно хотела взяться за данную книгу, и вот настал и её черёд. Я знала только о том, что данная девочка погибла в убежище, где они с семьей и знакомыми скрывались от нацистов. А всё потому, что они были евреями. И это ужасно, ведь у беды нет национальности. Дневник - это повествование Анны с 13 до 15 лет, а потом он прерывается. На протяжении всего дневника можно увидеть и взросление девочки, и становление ее как личности, видеть все её проблемы подростковые, но вместе с тем, поражаться сначала её наивности и непосредственности, а потом проследить ступени взросления. Анне очень быстро пришлось вырасти, слишком рано увидеть то, что творилось в мире. Пронзительная книга, невыносимая боль, когда у неё была и теплилась надежда, что всё будет хорошо в будущем, но будущего так и не суждено было ей увидеть. Когда я дочитала до последней страницы, меня охватил ужас. Не верилось, что всё вот так заканчивается, что обрывается ниточка жизни. И апофеозом звучит её самое сокровенное желание: «Я хочу приносить пользу или радость людям, окружающим, но не знающим меня, я хочу продолжать жить и после смерти». Желание Анны Франк исполнилось: она продолжает жить после смерти и приносить пользу людям. Моя оценка: несомненно заслуживает высшей награды, 10 из 10. И обязательно к прочтению для всех. Не зря некоторые сравнивают данный дневник с лучшим пособием по взрослению и по подростковому возрасту.

Не могу сказать, что увлекаюсь подобной литературой, но обязательно читаю книги этой тематики. Для чего? Чтобы напоминать себе о том, что люди всё ещё люди, что никто не лишён очень важной части человеческой души: сострадания, милосердия, страха, надежды и любви в конце концов.

Собственно, мне довольно много было известно об истории этой книги, и я прежде чем читать освежила в памяти информацию, добавив к ней нечто новое. Но всё равно поверить, что читать я буду реальный дневник было сложно. Представьте, каково это — оказаться погружённой в сокровенные мысли девочки-подростка? Каково это — читать чужой личный дневник?

Вот в таком смятении я приступила к чтению. И сейчас, после всего могу сказать, что его стоит читать в разных возрастах. Сначала, пока ты юн, потом где-нибудь до тридцати, и позже. Перечитывать. Постоянно. Пока ты ребенок, потом когда стал родителем.
Два года в Убежище, без выхода на улицу, в компании родителей, сестры, другой семьи и доктора, да ещё с визитами тех, кто поддерживал нелегалов (семью Анны и иже с ними). Представьте себе, что такое для подростка тринадцати лет два года? Это как две сотни лет.
Анна пишет откровенно обо всем, что видит. О себе, о родителях. И не всегда слова её лестны. Она критична, строга, сурова, но вместе с тем одинока и ранима. Ей трудно. Но она поначалу не видит помощи и поддержки, а потом просто не может попросить. Хотя находится и утешение, и тепло (и здесь мне сложно говорить о тех тонких, наивных и вместе с тем очень трогательных и интимных моментах девичьих переживаний).
Очень хорошо видно, как она взрослеет, как меняется, становится другой. Как пытается быть сильной, как борется со страхами, с ужасами, как целенаправленно не говорит о лишениях, описывая жизнь в Убежище так, будто бы ничего не происходит, будто бы так и надо: учеба, ссоры и дни рождения, новости, еда, распорядок дня. Жизнь ведь всё равно остаётся жизнью. Дети учатся, читают, переживают о том, что пижама стала мала и ботинки больше не в пору.
Анна мечтает. И не только о мелочах, а о чем-то большом и счастливом. О себе в будущем. Она хочет жить. Она эту жизнь любит. И это — самое страшное в дневнике. В словах этой девочки иногда столько мудрости, простой, очевидной, но очень важной. Столько щемящей надежды на свет, веры в Бога, что становится стыдно.

В общем, этим людям просто не повезло. Не хватило совсем немного времени, чтобы исход был другим. И таких историй слишком много. И не только там, в прошлом.
Такие книги нужны для того, чтобы люди всё же попытались выучиться на ошибках прошлого.

Могу ли я рекомендовать? Да. Чтобы незаметно, без фронтовых и госпитальных ужасов увидеть весь кошмар тех событий. И, может, разобраться в том, что чувствуют подростки, когда взрослые уже не являются опорой, когда ничто в мире уже ей не является.

Дневник Анны Франк – это книга, конец которой ты уже знаешь. Чего мы не знаем так это то, что записи 13-летней девочки окажутся настолько глубокомысленными, прочувствованными, насколько хорошо изложенными. Анна заставит вас смеяться и грустить, удивляться и сопереживать.
Мы лишь смутно представляем, каково это жить только с членами своей семьи в закрытых условиях (спасибо коронавирусу), но наш опыт даже близко не похож на жизнь взаперти, когда ты вынужден спасать свою жизнь, боясь издать лишний звук. И так целых ДВА года. Одни и те же лица, одни и те же ссоры, одни и те же занятия…И главное, непонимание: за что?
Суть трагедии может описать упомянутая Анной еврейская поговорка:

Беря в руки эту книгу, ты понимаешь, что это книга не для развлечения. Мы читаем ее, чтобы лучше понять, чтобы увидеть ужасы холокоста, услышать голоса людей, прошедших через этот кошмар.
На протяжении всей книги не покидает мысль: А что было бы, если…?
Если бы Анна выжила в лагере? Если бы их не нашли вплоть до окончания войны? Если бы она и вправду смогла совершить все те простые мелочи, о которых мечтала: пойти в кино, встретиться с подружками, стать журналистом, состариться? Стала бы эта книга настолько знаменитой? Вопрос, ответа на который нет.
И фраза «… На этом дневник Анны обрывается» разбивает сердце очередного читателя…

Начну "плясать от печки", как в какой-то поденной заметке выразилась Анна Франк.
По специальности я учитель истории. Был у меня класс, где была девочка из еврейской семьи. Ездит в Израиль каждое лето к родителям, но учится тут у нас, живет с бабушкой и дедушкой. И этим летом тоже улетела, конечно. А оттуда новости: Газа, ракеты, ХАМАС, дети, убежища, бомбят Ашкелон, Ашдод...
А я учитель ее, люблю ее, как и всех остальных своих детишек, сердце кровью обливается.
Август 2014 года, ее день рождения - 15 лет. Пишу поздравления, спрашиваю как дела, желаю мирного неба над головой.
Отвечает, что все закончилось, скоро вернется.
Как черти меня подначивали начать читать дневник Анны Франк в озвученный период.
И вдвойне сердце на куски рвалось: читать новости от ребенка, который в Израиле и читать новости от ребенка, которого нет уже давно. Анна! такая маленькая, но светлая головушка. Такой интересный собеседник, так доходчиво объясняла мне свои мысли и эмоции. Девочка выросла бы знаменитостью, будь она жива, и без этого дневника. Такой талант, такой ясный ум за строчками. Но душу загубили, как, впрочем, и всех остальных, упомянутых и не упомянутых в книге. И ведь я прекрасно знаю конец, когда и чем закончится история. Но все равно ближе к концу говоришь куда-то в пустоту: "Погоди, Анна, не уходи. Ну может иначе все. Может ход истории другой. Может дневник продолжишь дальше, и я увижу, что ты счастлива и твои мечты сбылись". Я не хочу тебя отпускать.
Август 1944 года. Анна не вернется никогда.

Я подпишусь под каждым словом. Пожалуйста, будьте счастливы. Будьте счастливы все те, кто прочел мой небольшой крик (сложно назвать это рецензией, да и оценить, и описать как книгу дневник Анны сложно) и все те, кто с ним не знаком. Пусть будут счастливы все дети мира, пусть они никогда не знают войн.

Искренне Ваша Е. М.