Цитаты из книги Мне бы в небо

Правила, которые мы устанавливаем и которые определяют нашу личность, сильны исключительно за счет того, что из них не бывает исключений — а в некоторых случаях потому, что они недоказуемы. Салли не носит синтетику. Такова Салли. Билли не ест яйца. Принимайте его как есть. Извиняться за персональные абсолюты или, как их называет Сэнди Пинтер, «глубинные привязанности», — значит, извиняться за самый факт своего существования.

Просто трудно признать, что посторонний человек, который говорит о каких-то вещах, которые кажутся наивными и явно ниже твоего уровня, на самом деле помог тебе выправиться и вырасти.

Наши векторы направлены вперед и параллельны, они не соприкоснутся и не пересекутся. Для романа нужен конфликт, столкновение — а мы обречены на согласие и сочувствие.

Я боюсь миллиардеров, хоть и по другой причине, нежели мой отец. Если их цель — всего-навсего мировое господство, то нам будет спокойнее; проблемы начинаются, когда они берутся за отдельных личностей.

Везение — странная штука. Когда удача со мной, особенно если такого давно не происходило, я порой чувствую, что вот-вот получу должное и что это отнюдь не случайность, а справедливость. Мироздание расплачивается со мной. Моралисты, наподобие моей матери и старшей сестры, сочли бы это опасной иллюзией, но я отчасти язычник — я верю в успех, во вспышки космического благорасположения. Бывают подъемы и спады, а иногда — сплошные подъемы.

Есть люди, которые пользуются зажимами для денег, и есть любители бумажников. Представители первой разновидности оставляют щедрые чаевые, даже если сервис никуда не годится, расплачиваются исключительно новенькими бумажками и считают вечер неудавшимся, если не получилось потратить все.

Иногда я боюсь, что моя книга — просто поток сознания, переполненный жаргоном, и это автоматически сводит на нет ее преимущества. Я позволил себе перечитать текст лишь единожды, и некоторые идеи показались мне чужеродными, совершенно не похожими на то, как я поступаю в действительности. Возможно ли быть мудрее в книге, чем в жизни? Надеюсь.

До КВПР, когда я еще занимался маркетингом, то время от времени общался с графическими дизайнерами. Аксессуары для них — это все. Они наденут вместо брюк мешок из-под картошки, если сумеют подобрать к нему стильный пояс.

Вы сунули галстук в портфель, ослабили воротничок и слегка распустили ремень. Чтобы дышать. Иногда это такая роскошь…

Когда же ты прекратишь вкалывать и займешься любимым делом?

Он потребовал вегетарианских блюд, хоть и не озаботился заказать их до полета, и разразился непечатной бранью, когда стюардесса не обнаружила их на тележке. В последнее время таких кретинов полно повсюду, они как будто множатся, и чем выше их заработок, тем сильнее они хамят. Эконом-класс по сравнению с первым — просто рай.

Увлекательное и в то же время привычное расписание — смесь дела, удовольствия и семейных обязательств. Есть люди, которых я должен повидать; люди, которых хочу повидать; люди, с которыми я пока не знаком, но, возможно, они мне понравятся. Нужно быть гибким, дисциплинированным, внимательным — это непросто, зато окупается.

Мои путешествия казались мне балладой в стиле кантри, с рифмующимися названиями, неоновыми вывесками, удаляющимися огнями машин и расплывчатыми женскими лицами. Привычные сентиментальные стихи — но и кое-что новенькое.

Небо -- это нация без территории, со своим языком, архитектурой, менталитетом, даже с собственной валютой -- бонусными милями, которые я научился ценить превыше долларов. Инфляция на них не влияет, они не подвергаются налогообложению. Частная собственность в чистом виде.

За шесть лет я слушал выступления генерала четырежды, и он продолжает читать лекции. Похоже на впрыскивание витамина В прямо в сердечную мышцу.

Говорят, стресс — сущий убийца, и это правда. Я видел взрывы. Вытирал лужи. Девять десятых пути человек проходит крадучись и молча, а на последнем отрезке начинает рыдать и реветь.

Сомневаюсь, что для скорби нужно подыскивать оправдание.

телевизоры источают отрицательные эмоции, они навязывают зрителям идеи.

Я невольно поджимаю пальцы ног. Чувствую себя захваченным врасплох, как будто я отдернул занавеску в гостиной и обнаружил соседа с биноклем.