Азбучная история

Неплохой роман на тему "каждая несчастная семья несчастлива по своему" . Только в этой семье никого не жалко почему-то и всех хотелось немножко убить. И была ли семья? С их проблемами нужно обращаться не к адвокату, а к психотерапевту, как минимум. Странно, что этого не было в книге, ведь при описании распадающихся семей, всегда есть период посещения психотерапевта и попытки разрулить проблему. Но это для семей, а то что описано в романе, я не могу назвать семьей. Это какое-то избиение младенца, только в роли младенца сорокалетний датчанин вполне здоровый и симпатичный, успешный в карьере и довольный своей жизнью Йоаким Халль. У него хорошая четырехкомнатная квартира в Азбучном переулке. Его жизнь ограничивалась работой и домом. "Готовил он сам. На кухне все сверкало сталью. В кухонных шкафах стоял дизайнерский набор стаканов для бара на двадцать четыре персоны. Йоаким баловал себя. И на привычках своих не экономил. Все только самое лучшее, будь то одежда, мебель или еда. " Из развлечений маленький транзистор, передающий новости, стопка книг с глянцевыми обложками, но прочитать удавалось перед сном не больше 10 страниц. "Был у Йоакима и летний домик в Тисвилле-Хайне, в глубине елового леса, куда он ездил на выходные и в отпуск." И еще он мыл посуду. О мытье посуды упоминалось в книге часто, в разных житейских обстоятельствах. Странно, что у него в сверкающей сталью кухне не было посудомоечной машины. Это сняло бы часть возникших позже проблем. Йоаким встретил Сюзанну, симпатичную миниатюрную темноволосую молодую женщину с дочкой Дитте. Влюбился и женился. Родился сын. Дальше ад. Любви нет, общих интересов ноль. Ад начинается до рождения сына, странное поведение Сюзанны могло насторожить при первых встречах, ему не о чем было с ней разговаривать, его друзей она избегала, а позже Йоаким перестал с ними общаться из-за Сюзанны. Сначала он лишился друзей и постепенно лишается всего. Все повествование идёт от имени Йоакима. Слышится его голос, его мысли, его тихая, убегающая в себя, а иногда и из дома, ответная реакция на дикие поступки и истерические крики Сюзанны. Сюзанну он любил, терпел, жалел, уступал, боялся, отдал ей всё, что имел. Зачем? Сюзанна не совершила ни одного нормального поступка, все направлено на разрушение всего: их жизни, характеров детей, квартиры, мебели, посуды, список можно продолжить. Она либо больной человек (может быть находилась в глубокой депрессии и требовалось настоящее лечение), либо хитрая аферистка с неуравновешенным характером, думающая только о себе. Жалости Сюзанна не вызывает. Я обычно терпелива к персонажам, мне хочется их понять, но я не поняла героев книги. При этом роман хорошо сделан. Всему происходящему веришь и переживаешь за них до безумного раздражения. И от этого всё ещё страшней и безысходней. Автор часто подчеркивает доброту Йоакима, говоря, что "добрый теряет все". Является ли излишняя, необдуманная уступчивость и бездействие добротой? Можно ли считать добрым отказ от борьбы за своего ребенка, когда ему угрожает искорёженное детство из-за больной неадекватной матери? По мне так это просто малодушие и глупость. Счастливых в книге нет.

И ещё одна скандинавская семейная хроника... Йоаким, сорокалетний холостяк с Азбучной улицы, увлёкся Сюзанной, разведённой женщиной, воспитывающей дочку Дитте. Увлечение дало вполне естественный плод, новоявленный папаша вдохновенно принялся строить настоящую семью, но увы, представления о семье и её построении у него были в лучшем случае книжные. Так что события разворачивались совсем не в пользу Йоакима.

Сюзанна удалась писательнице чрезвычайно! Сварливая, вздорная, корыстная, грубая, безголовая и необразованная, ленивая, опустившаяся, - ну прямо мечта мизогина. Не так давно в дискуссии мне задали вопрос: если женщина является abuser'ом по отношению к мужчине, чью сторону я приму. По работе мне приходилось сталкиваться с такими проблемами, правда, не в браке, а в родительско-детских конфликтах, и вот что скажу: когда я вижу акулу, нападающую на пловца, мне всё равно, какие у акулы, да и у пловца, половые признаки. То, как поступает Сюзанна, - мерзость. Понятно, она прикрывается прежним калечащим опытом замужества, но это оправдание нисколько не извиняет её придирок, передёргиваний, манипуляций и непрестанного обвинения по типу "ты виноват уж тем, что хочется мне кушать". Злосчастному сожителю, который, как оказалось, несёт ответственность за всё, от погоды и магнитных бурь до предыдущего Сюзаннина супруга, остаётся только делать ноги... ...и Ида Йессен, в полном согласии с современными исследованиями, демонстрирует: стратегии ухода и избегания не работают. Пока ты будешь прятаться по углам и получать пощёчины в гордом сознании своей правоты, ситуация если и изменится, то лишь в худшую сторону. Насильственные отношения вытягивают силы, отупляют, выматывают сознание и понижают самооценку. Поэтому чисто психологически мне ясно, почему никому из предыдущих рецензентов Йоаким не нравится. Жертва в принципе непривлекательна. Она взъерошена, грязна, жалка и перепугана до потери пульса. Она олицетворяет слабость, а слабость - не то, с чем хочется себя отождествлять и, следовательно, иметь дело. Даже самые близкие начинают обращаться с Йоакимом по методике "Падающего подтолкни": адвокат обманывает, коллега явно подсиживает, друг откупоривает панацею - бутылочку. Но я признаюсь во всеуслышание, что люблю таких, как Йоаким Халль, и ценю в мужчинах честность, порядочность и отцовские чувства. А об отношениях Йоакима с маленьким Якобом невозможно читать без умиления:

Йоаким вынимал спящего мальчика из кроватки, сидел, держа его на руках, и терпеливо ждал, когда он проснётся. Временами Якоб тихонько вскрикивал, а не то потягивался, поднимая над головой сжатые кулачки. Изнемогая от нежности, Йоаким прижимал к себе тёплое тельце. Он не замечал, как бегут часы. Казалось, всё прочее в жизни не имело значения: работа, бег времени, разные мелочи, донимавшие его раньше, когда он не знал, что такое настоящая жизнь. Теперь он словно понимал всё совершенно иначе... Всё обретало двойной смысл...

Сумеет ли Йоаким использовать свой шанс и вырваться из дурной бесконечности насилия? Какой тернистый путь суждено ему пройти, прежде чем сделать первый шаг к возвращению сына? Или его выбором станет апатия и обломовщина? Азбучные истины на Азбучной улице, да. Но пускай истины и избитые, иногда не грех их и напомнить. Так или иначе, а вовремя мне попалась эта история.