Отзывы о книге Виктор Васнецов

Продолжаю читать книги из этой замечательной серии. Раньше у меня, как и у многих других, был стереотип, что книги советского периода настолько пропитаны пропагандой, что большой ценности они в себе нести не могут. Но, как показывает практика, я заблуждался. Да, во многих книгах присутствует "дух времени" или "печать эпохи", если угодно. Но такие места встречаются редко и ущерба повествованию не наносят. Да и библиография впечатляет, люди, при написании своих трудов, работали на совесть.
Давно я порывался поближе познакомиться с нашими художниками и не зря мой выбор пал на Васнецова. В который раз убеждаюсь, чем талантливей человек, тем через большие трудности на пути к успеху ему пришлось пройти. Да и успех этот, чаще всего, приходит уже посмертно. Отчасти это относится и к Виктору Васнецову, который большую часть своей жизни вынужден был отвлекаться на второстепенные занятия, чтобы просто прокормить семью.
В книге подробно описан творческий путь художника, его порывы и искания. Но это был настоящий русский гений, который даже в минуты отчаяния продолжал трудиться. Благо, рядом были настоящие друзья и жена, которые всегда поддерживали его.
Позволю себе не согласиться с предыдущим рецензентом в том, что сказочная тематика была не актуальна.
Не очень понятно, откуда взято, что советскому человеку не были нужны сказочные образы, созданные Васнецовым? Автор прямо пишет, что многие художники и архитекторы признавали, что Васнецов повлиял на их творческое развитие.

Это огромное впечатление, произведённое Васнецовым, не прошло и не пройдёт никогда. Миллионными тиражами издаются репродукции с его произведений, без них не обходится ни одна хрестоматия по русской истории. Отечественная сцена сохранила в ряде спектаклей стиль васнецовских декораций и т. д.

Что это, если не признание благодарных потомков, которые были способны ценить талантливых людей, несмотря на их происхождение?

Талантливый зодчий А. В. Щусев считал себя учеником Васнецова, и в таких его сооружениях, как Казанский вокзал в Москве, бесспорно, выступают черты васнецовского стиля.

Род Васнецовых оказался богат на таланты и потомки великого художника продолжили его дело.
Богата земля наша талантами!..

Необычная книга... Казалось бы, стандартная ЖЗЛ-овская из "глубоко советского" времени , изданная (скорее всего) к 90-летию со дня рождения художника, "обязаловка". С учетом того, что о Викторе Михайловиче, как ни странно, не сохранилось (ну , мне , по крайней мере, мне не попадалось) сколь либо значимых воспоминаний, вкупе со "стандартным набором" типа : "Художник... не чувствовал поступи времени. Искусство церковной росписи не имело массового зрителя (sic!)" , ну и, естественно, порицания чуть-ли не в декаденстве, обещали неинтересное "чтиво". Да и действительно - не укладывался Васнецов "в стопроцентно правильного " художника конца 19 века - ни тебе студентов- агитаторв с горящим взором, ни страдающих народовольцев, ни толстопузых уморительно- туповатых попов, вообщем - никакой "правды жизни", а сплошь Аленушки, волки серые, сказки, берендеи всякие и... русские богатыри - совершенно не нужные русскому(советскому) человеку. А "вишенкой на торте" : "Под влиянием охватившей его религиозности... резко отрицательно, глубоко ошибочно относился к революционному движению, как к бунту и насилию" (да, звучит как приговор) Происхождение тоже вот... Ясно вроде все. Но вот что то останавливает отнести эту книгу к идеологическому "шлаку" и задвинуть на полку повыше. Во-первых, не могу упрекнуть автора в скудности биографических , бытовых, семейных и пр. фактов - видимо, Васнецов был довольно закрытый, малообщительный человек, не оставивший после себя ни обширной переписки, ни , тем более мемуаров: "Я художник и должен писать картины, а не книги; и если я того заслужу, то пусть меня изучают по моим полотнам, а не писаниям." прав он или нет, не нам судить, но так оно и вышло. Искусствоведческой литературы много, а вот с биографической - трудно, почти никак. "Немногословный, несокрушимый в своих убеждениях..." - таким он остался в памяти некоторых современников. Во-вторых, складывается стойкое ощущение , что автору самому "против шерсти" эти идеологические штампы и, вдруг, среди рутинного текста "прорывается" щемящее душу описание старых московских "уходящих" переулочков с "кричащим" заключением: "Каждый дом, каждое дерево, каждый камень - история. Они много могли бы рассказать, да, к сожалению, общий язык меж ними и людьми где-то потерян" (почему, где и как потерян - решать читателю), а ведь именно на этом языке и говорит с нами каждое полотно мастера; то едко пройдётся по одуревшему на старости лет помещику Л.Н. Толстому, который возмущённо выговаривает Третьякову за покупку "аляповатой" и "безвкусной" мазни Васнецова ; и, наконец, по великому просто и абсолютно не пафосно звучит ответ художника на уговоры бежать от новой власти на чужбину ( не смотря на то, что своего отношения к этой власти он не скрывал): "...я родился в России, работал для неё и умереть хочу на Родине, и все мои картины должны остаться в России" (почему то вспоминается " обезручевший" и полуслепой Репин в холодной Финляндии вопрошающий у кого только можно - "А давно большевики расстреляли Васнецова?"). И таких "говорящих" моментов книге не мало и каждый из них говорит о многом. Больше всего меня поразила последняя (буквально) строка ( в основных датах жизни и творчества): "23 июля 1926 года - Смерть от паралича сердца"... Вот так... от паралича сердца.