Реабилитация "правого уклониста"
Если здесь есть такие, кто вдруг собираются читать эту книгу, то я бы посоветовала перед её прочтением ознакомиться с лекцией Н. Барминой «Внутрипартийная борьба» и «Правые уклонисты». Как мне кажется, она там достаточно понятно обрисовывает дискуссии среди высшего руководства партии, а также их мотивацию действий друг против друга. Также не помешает почитать статью Ленина «новая экономическая политика и задачи политпросветов» и стенограмму речи Сталина на пленуме «о правой опасности в ВКПб» - на последнюю автор сам ссылается, но приводит только ту её часть, которая поддерживает лейтмотив его книги. Ещё перечитала свою рецензию на книгу Юрия Жукова «Справедливый приговор» (введённые в научный оборот тюремные дневники Зиновьева) – оттуда вспомнила, что процесс по троцкистско-зиновьевской группировке сфабрикован НКВД.
Думаю, несложно догадаться по названию и году издания (1990ый), что автор собирается выгораживать Рыкова и обвинять во всех бедах Сталина. Так и есть. Но если отбросить все эти оценочные суждения автора, а также моду в историографии позднего СССР, то книга в принципе стоит прочтения. Хотя бы потому, что в ней действительно есть о жизни Рыкова и других членов партии, биографии которых мало доступны обычному читателю (о том, что мало изучены, не берусь судить). Всё-таки, тут можно выделить цитаты, ссылки на источники, получить представление о событиях.
Предреволюционная жизнь Рыкова мало чем отличается от других революционеров – подполье, ссылки, заграница, съезды. Тут претензий нет – для всей этой работы нужны определённые качества, ими Алексей Иванович обладал. Автор всю дорогу приводит отрывки из докладов и речей Рыкова, где он ссылается на Ленина, тем самым показывая что Р. – последовательный ленинец. Это ему понадобится, чтобы потом сделать из окончания нэпа трагедию и опять сослаться на Ленина, что, мол, он писал о его необходимости, как бы забывая, что переход к капитализму – мера временная.
Итак, из биографии тов. Р.: сын крестьянина, успел небезуспешно поучиться в гимназии. В партии с 1898 года, с момента её образования. Как и многие молодые люди того времени, заинтересовался марксизмом. Своих первых оппонентов в лице эсеров встретил ещё в Казани (автор намекает на какие-то трения с Брешко-Брешковской, но не уточняет). Демонстрации, Предварилка, столкновения с полицией и черносотенцами, ссылки, и как следствие – нелегальное положение. Мало кому удалось избежать эти тяготы.
Описывает автор и первую встречу в 1911 году с Лениным на парижской квартире ул. Мари-Роз, Рыкову тогда было уже 30.
Когда автор пишет про будущую жену Р. – Нину Маршак, то я узнала о такой организации как Политический Красный Крест, созданный Фигнер и Горьким для оказания медицинской помощи ссыльным. Так вот, Нина там трудилась.
1913 год – ссылка Рыкова в Томск. В 1990 году ещё не было модно реабилитировать Столыпина, поэтому автор во всей красе описывает вшей и крыс, холод и голод т.н. «столыпинских вагонов». Именно в таком и следовал в места отдалённые Рыков.
Есть ещё кое-какие моменты, стоящие того, чтобы их запомнить – а именно, в чём Р. не был согласен с ленинской линией партии. Как пишет здесь Шелестов, Р. полагал, что в революции на пролетариат рассчитывать не стоит, нужно дать ведущую роль мелкой буржуазии. Соц. революция, как он считал, придёт из развитых стран. Поставим крестик на этом моменте и вспомним его, когда речь пойдёт о «правых уклонистах».
Тем не менее, нельзя не отрицать заслуг Р. По крайней мере, голодающие москвичи точно обязаны ему повышением нормы выдачи хлеба. С апреля 1918 года Р. Становится председателем ВСНХ, будет снабжать фронт во время Гражданской, а также бороться с последствием ликвидации неурожайного 1923года. Побывает Р. И членом Реввоенсовета с Троцким.
Затрагивает автор и тему похорон. На похоронах Ленина не было Троцкого и Рыкова. Сталин виноват. Ведь это он Троцкого завёл в заблуждение своей телеграммой.
Говоря о похоронах М. Фрунзе, опять тут история со Сталиным. Автор упоминает какие-то слухи о причинах смерти, что «человек из Кремля виноват», намекая, что это Сталин избавляется от более популярных, чем он, людей. Затем автор обсасывает фотографию (во вклейке с изображениями её нет), где несут гроб с телом Михаила Васильевича. Там-де, есть персонаж во фраке, который ехидно отвернулся – это, надо думать, и есть Сталин (автор сам не уверен, но ему хочется верить). Я рассматривала эту фотографию, кроме Будённого и Ворошилова, там вообще сложно кого-то узнать. Тем более, если человек отвернулся. В общем, этот момент мне не понятен. Недоумение какое-то от того, зачем автор несёт всю эту нелепицу.
Много здесь о знаменитом письме к съезду Ленина и вопросами о том самом пресловутом добавлении (где предлагается сместить Сталина с должности ген. Секретаря ЦК). Сталин хотел скрыть это, но не вышло – все доказательства того, что всё сложилось именно так, у автора довольно шаткие. Тут мне больше нравится версия, озвученная в лекции Барминой со ссылкой на версию историка Сахарова.
Шелестов делает также смелое заявление о том, что одним из главных в партии (чуть ли не приемником Ленина) должен был быть Рыков. Мол, из ВСНХ в в1921 г. его переместили на высокую должность председателя Совнаркома РСФСР. О кадровых перестановках, учреждениях новых должностей тут очень много. Я в этом ориентируюсь слабо, поэтому эта часть давалась наиболее сложно.
Сталин у автора – фигура не известная «низам», не то чтобы лидер партии, он – организатор работы ЦК, больше подходящий не на роль лидера партии, а на администратора.
Пригодились мне тут характеристики личностей др членов Политбюро, которые, как мне кажется, отражают истинный образ:
Зиновьев был незаурядным человеком, но не выдержавшим испытания властью. Сов ременем у него появились претензии на «вождизм, склонность к проявлениям жестокости и неразборчивость в достижении целей.»
Каменев не обладал такой работоспособностью, у него не было влечения к повседневным, текущим делам. На своих постах в высшем экономическом органе, а также внешней торговли он пробыл недолго.
И ещё об отношении Р. К Троцкому:
Левацкая позиция Т. Была совершенно неприемлема для Р., в «вождистские» притязаня и в корне противоречили взглядам на партийную демократию.
Прочитала я здесь о таких малоизвестных эпизодах, как «пещерное заседание» и как следствие ввод Зиновьева, Троцкого и Бухарина в Оргбюро, ибо, как там обсуждали, у Сталина слишком много власти. Ни одного заседания эти трое так и не посетили. Выходит что? «Пещерное заседание» имело другие цели, а именно -- раскол партии. Рыкова там не было, поэтому автор смело об этом говорит.
Обычно, когда говорят о внутрипартийной борьбе, то фамилия Рыкова меркнет, слышно о Троцком и Бухарине. Но автор другого мнения.
Их действенное ядро было тем-то и опасно для Сталина, что оно держало реальные рычаги власти (Рыков – правительство, Томский – профсоюзы, Угланов – моск. Партийная орг-ция).
Так что автор делает умозаключение о том, что после низложения Троцкого, лидирующее положение было не у Сталина и Бухарина, а у Сталина и Рыкова.
Что такое «левый» и «правый» уклоны, вероятно автор не объясняет потому, что надеется на осведомлённость читателя. Я поняла сущность этих понятий только из вышеупомянутой речи Сталина, но здесь «правые» - это Бухарин, Томский, а «левые» - это троцкисты, выступающие за сверхиндустриализацию и надрыв крестьянства.
Итак, лидер «правых уклонистов» у нас Бухарин. Наступит момент, когда между ним и Р. Произойдёт сближение. Сближение по точке зрения на нэп. Я так и не поняла, что конкретно тут имеется в виду. Как-то автор несмело говорит на эту тему, ибо нэп – это усиление капитализма. Но помните тот крестик? Вооот, пролетариат, мол – не способен, ставку надо делать на мелкобуржуазный элемент. Вот он, весь Рыков. Симпатизатор нэпа и мелкой буржуазии.
Эта их борьба за отход от сталинской линии будет продолжаться с февраля 1928 до ноября 1929 года. Тройка эта (Рыков, Бухарин, Томский) была в меньшинстве. Автор не упускает каждый раз возможности упрекнуть Сталина, но опять же, как бы одёргивает себя и говорит, что за Сталиным было большинство. Это проявляется и в сопротивлении словам Каменева, который открыто заявил, что не хочет видеть С. «вождём» (согласно стенограмме зал закричал в поддержку Сталина), и позже – обвинение во фракционности. Автор поставит это в вину С., но опять же скажет, что тот «переманил» большинство. Позвольте, большинство – это уже не фракция.
Ещё для себя отметила такой момент Рыкова как политика: почему-то, автор как бы оправдывает взгляды своего героя по поводу якобы чрезмерно вооружения страны. О степени наивности здесь даже говорить смешно: случились путч в Германии, фашизм в Италии, гражданская война в Испании, ну и как бы окончание ПМВ все считали лишь перемирием. Все, но только не Рыков.
Май 1929 года – это время, когда Р. перестаёт быть главой правительства. В 1931 году он комиссар почт и телеграфов, у него самый «плохой и бюрократичный наркомат».
1936 год – начало процесса по троцкистско-зиновьевскому объединённому террористическому центру. Первый обвиняемый – Томский. Он застрелится на 3-ий день. Это событие автор упоминает как предшествующее аресту Рыкова.
«Дело Бухарина-Рыкова». Вот тут, как мы знаем, возымело верх предложение Сталина «суду не предавать – отправить в НКВД». Автор считает, что это такой сталинский «финт», ибо до суда надо было «дожать». Тут автор, однако, признаёт, что архивы закрыты и делать однозначные выводы до введения их материалов в научный оборот нельзя.
Шелестов, конечно, уверен, что это все беды от проделок Сталина, и что Томский, Бухарин, Рыков – это невиновные жертвы. Ещё бы, в 1989 г. «правых» реабилитировали. Наверно, от автора требовалось сделать такой вывод. Однако, даже самому непроницательному читателю становится понятно, что точку в этом деле ставить ещё очень рано.
Возвращаясь к началу и упомянутой мной речи Сталина о «правой опасности», стоит сказать, что он там довольно ясно излагает свою точку зрения. Фамилий не называет. Мне не понятно, почему автор вроде бы как её упоминает, но совершенно странно интерпретирует.
Но для 1990 года, когда была написана эта книга, наверное, «правый уклон» уже не был так страшен. Мелкие торгаши уже заполонили страну, ещё несколько лет назад был взят необъявленный курс на реставрацию капитализма. Так что тут и реабилитация, и симпатии понятны. Рыков и др.--теперь свои. Но вопрос в другом, а смогли бы мелкие торгаши обеспечить индустриализацию и прокормить фронт? Не получилось бы так, что с такими как Рыков и Ко наша страна не была бы утыкана лагерями смерти?
61 понравилось
