Путешествие в мир Толкиена

– Эй, Робокоп! Спроси у него: а не хочет ли он получить назад свою Прелесть?
Горлум тут же встрепенулся и бодро запричитал:
– Прелесть?! Милая, хорошая! Отдайте мне мою Пре лесть!
Но только он собрался к этим бодрым выкрикам до-бавить свое традиционное: «Грл–ум! Грл–ум!», как перед его противной и жалкой рожей склонилась маска Хищника. Но Горлум был редким хамом и очень злопамятной тварью и, не раздумывая долго, плюнул в своего обидчика… но, на свое несчастье, не промазал.
Хищник молча утерся, и походя отстегнув защелки на маске, сбросил ее, явив Горлуму свое необычайно интеллигентное и приветливое паучье лицо.
Ядовитые челюсти Хищника заскрежетали в нескольких сантиметрах от перекошенного в ужасе горлумова рыла и несчастный со страху взял и так запросто и обкакался.
– О повелитель тьмы! – дрист-т-т! – О властелин зла! – ф-р-р-р! – Не убивай меня! Я все сделаю, как ты прикажешь!
– Закрой свою вонючую пасть! – прорычал Хищник (хотя надо было сказать –пасти!).– Не будешь слушаться – я прогрызу тебе грудную клетку, срань господняя!
С этой минуты проблем с Горлумом больше не было! Тут вдруг прибежал назад Рэмбо с криком: «Нашли!»
Что нашли? – поинтересовался народ.
Старинное подземелье нашли!
Все кинулись бежать за Рэмбо, платформа полетела вслед за ними, а бедному Робокопу пришлось тащить Горлума сначала к реке отмываться (тот подумал, что его хотят утопить и все время истошно визжал), потом волочить вверх по склону горы в будущую горлумову темницу

Здесь тоже было много разных мнений: храбрый Арагорн возжелал сразу двинуться на Барад-Дур и разобраться с Сауроном, не менее храбрый Боромир хотел того же самого, но только с заходом в Гондор, маленький Фродо робко предложил возвратиться к северным эльфам и посоветоваться с ними, Гимли ничего не хотел слышать, кроме как спуститься в Морию и отомстить оркам за Гэндальфа и гномов, его неожиданно поддержал Леголас, но не из солидарности, а мотивируя это тем, что заодно они покончат с одной из постоянных угроз Лориэну, и лишь мудрые правители Лориэна ничего не сказали, хотя никто не сомневался, что они имеют свое определенное мнение, что надо делать,