Палачка

— Тебе, видно, невдомек, что есть мужчины, — сказала жена, — которые сразу после знакомства не тащат девушку в кусты.
— Позволь еще раз тебе напомнить, — сказал муж, — что это был английский газон и что сначала я попросил у тебя разрешения.

Рихард был окружен роскошью (ведь мясник да священник — и в спокойные-то времена всеобщие баловни — в кризисные периоды становятся прямо-таки символом надежды) и заботой; одни только его учителя и доктора съели целое стадо свиней! Каждый вечер он говорил себе, что за все это должен платить родителям сердечной благодарностью, но стоило ему утром вместо «здравствуй» услышать «говно», как он тут же вновь заползал в свою раковину.

Вероятно, именно благодаря голубой крови, растворяющей жир, он не превратился в мешок сала после всех отбивных, шницелей, шкварок и куриных гузок, которыми его пичкали даже на завтрак.

— Единственное, что ты сделал для своей дочери, — воспользовался моей доверчивостью шестнадцать лет назад и затащил меня в кусты, как последнюю служанку. Мне и в голову не могло прийти, что человек с университетским образованием начнет с то го, что сделает мне ребенка.

Хорошая книга — хороший отдых.

— Эмиль, прошу тебя, займись лучше своими марками! В эту минуту для Лизинки решается самое главное, а тут ты со своими глупостями!
— Ладно, — сказал муж, — но если к тому же она в нашей ванной лишится самого главного, пеняй на себя! Я умываю руки.
— Сколько я тебя знаю, ты ничего другого и не делаешь, — сказала жена. — Пилат по сравнению с тобой просто грязнуля!

Процесс взросления длится у кого-то многие годы, а завершается одним махом — то ли на поле боя, то ли над гробом.

Пока вы позволяете себе принципиальничать, ваши дела совсем не так плохи.

— Лизинка, — горячо зашептал он, — мы с тобой всегда были друзьями и никогда не лгали друг другу. Так скажи мне, только честно: неужели ты в самом деле могла бы казнить людей?

Лизинка чистосердечно пожала худенькими плечиками.

— Лизинка, — потрясенно произнес доктор Тахеци, — неужели тебе, моей дочери, больше хочется стать палачом, чем, к примеру, булочницей или садовницей?

Лизинка честно кивнула прелестной головкой.

Он перевернул страницу. В глаза сразу же бросилась характеристика, завершавшая раздел ПОЛ ЖЕН. и весь список:
ГУМ. СПЕЦ-СТЬ С ПОЛУЧ. ДИПЛОМА — ОКОНЧ. ДЕВЯТИЛЕТКУ (Ж.) — ВОЗБ. ДОВЕРИЕ — УМЕЮЩ. ДЕРЖАТЬ СЕБЯ В ОБЩ. — ФЛЕГМ. ХАРАКТЕР — ПРИЯТН. ВНЕШН.
Далее шло примечание, единственное такого рода в папке „СС“: КОТОРУЮ ХОТЕЛОСЬ БЫ ВСТРЕТИТЬ В ЗУБОВРАЧЕБНОМ КАБИНЕТЕ!!!

— Давно она там?
— Часа два, — сказал доктор Тахеци.
— И часто это с ней бывает? — спросил психиатр.
— Нет, — сказал доктор Тахеци, — чаще всего она запирается в спальне.
— А где же тогда спите вы? — спросил психиатр.
— Как правило, в ванной, — сказал доктор Тахеци.
— Ну так ложитесь сегодня в спальне, — сказал психиатр. — По крайней мере, попользуетесь ею хоть немного.

...ведь любая, даже самая экстравагантная любовь стремится быть узнаваемой и признанной.

— ...Я умываю руки.
— Сколько я тебя знаю, ты ничего другого и не делаешь. Пилат по сравнению с тобой просто грязнуля!

Бог полагает, а дураки располагают.

Чем больше хочешь от женщины, тем меньше от нее требуй.

Если бы человечеству понадобилось выбрать три профессии, способные создать новую цивилизацию, то это были бы мельник, мясник и филолог.

Возможности человека ярче всего проявляются в экстремальных ситуациях.

- Америка первой пошла навстречу женщинам-палачам, узаконив казнь электричеством и газом, которые привычны для женщин, — продолжал профессор Влк, обращаясь к пани Тахеци, — поскольку они есть в каждой современной кухне.