В "Долгой прогулке" июня выпал мне выбор из трёх бестселлеров от Нью-Йорк Таймс, словно развилка у камня на перекрёстке трёх дорог. Налево пойдёшь - с бойкой американкой познакомишься. Отправил её непреклонный президент послом в Румынию. Прямо пойдёшь - в лапы к ушлому адвокату попадёшь. Да он сам и без нас крепко влип. Направо пойдёшь - в античности окажешься, ради серебряной чаши пешком и на верблюдах восточную часть Римской империи обойдёшь. Решила я, что это судьба. Близок путь от Бонхёффера до сурового апостола Павла, внимательного к беднякам врача Луки и молодого скульптора Василия. Сначала путешествие задалось лихо. В детстве Василия звали Амброзием, и был он сыном мелкого антиохийского торговца чернилами. Смышлёного и талантливого мальчишку купил богатый торговец Игнатий. Время тогда было безжалостное. Хочешь - счастье сыну покупай и реализацию его талантов чужим именем обеспечивай. Хочешь - принципиально оставь рядом с собой в нищете доживать. Однако, своенравный пацан показал норов. После того, как его вырядили в белую тогу, сбежал в порт и вымазался сажей. Не помогло. Нашли, отмыли и притащили пред очи нового отца... Это единственный бунтарский эпизод романа. Постепенно сюжет из полусказочного перетёк в сериальный. Выросший Василий с крыши белого дворца Игнатия видел тайные перешёптывания христиан и обмен бумагой. Вот первый звоночек, какая бумага в Антиохии 1 века по Рождестве Христовом! В пути Василий познакомился с индийским принцем. У того в молодости было три жены и 59 наложниц.
Вчера вечером я вспомнил их всех и сосчитал. Мне понадобилось на это несколько часов. Но, должен признаться, я получил от этого занятия большое удовольствие. Те из них, которые были из Татарии, всегда нравились мне больше остальных.
Не зря в других рецензиях ругают бестселлеры нью-йоркской газеты. От современных сверхпопулярных книг я бы и сама поморщилась, но роман Костейна был выбран 7 сентября 1952 года. На консерватизм жюри и читателей понадеялась. Скульптор подмечает характерные черты лиц других персонажей, отражающие их нрав. Кроме описаний внешности и одежды героев, много интерьеров, городских, горных и пустынных пейзажей. Сюжет одновременно неспешный и наполненный событиями. Но только стоит прийти в Иерусалим Симону волхву, как роман окончательно скатывается в сентиментальное зрелище. Тут и поражающие внимание толпы фокусы, которые смахивают на трюки Дэвида Копперфильда, и любовный приворот вкупе с изгнанием злых духов... Диалоги удлинняются, интриги сильнее сплетаются, склоки из-за двух наследств разгораются, совпадения чаще и чаще случаются. В Иерусалиме Василий встречает именно ту самую рабыню Елену, которая девять лет назад сбежала из дома Игнатия. Тщеславная девушка долгие годы помнит улыбку юного скульптора. Составители аннотации отметили экранизацию романа Костейна. Легко поверю, что такой визуализированный текст несложно адаптировать в сценарий. Несмотря на недостатки романа, о выборе второй подряд книги о вере не жалею. Здесь и нравы проще, и люди выражаются конкретней, и стиль доходчивей. Ошибки распознавания электронного варианта книги смешили, а не мешали восприятию текста.
17 понравилось
